Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Да наплевать на правомерность! Немцы предупредили американцев, чтобы они не садились на английские корабли. Об этом писали в газетах. Что еще они могли сделать? Вот представьте, если бы мы вели войну с Мексикой, а «Лузитания» была мексиканским судном и везла оружие, предназначенное для того, чтобы убивать американских солдат. Неужели мы его пропустили бы?

Вопрос был непростой, и обоснованного ответа у Гаса не нашлось.

— Ну, госсекретарь Брайан с вами бы согласился, — сказал он. После ультиматума Вудро Вильсона Брайан ушел в отставку. — Он считал, что этой меры — предупредить американцев не пользоваться судами противоборствующих стран — вполне достаточно.

Но она не желала упускать его с крючка.

— Брайан понимает, что Вильсон рискует, — сказала она. — Если Германия не пойдет на уступки, войны нам не избежать.

Гас не стал признаваться журналистке, что разделяет ее опасения. Вильсон потребовал, чтобы германское правительство отказалось от нападении на торговые суда, предоставило компенсацию и предотвратило подобные случаи в дальнейшем — иными словами, предоставило английским судам свободу перемещения по морю, в то время как ее собственные корабли были заперты в портах. Странно было ожидать, что Германия примет такие требования.

— Но общественное мнение одобряет действия президента.

— Общественное мнение может заблуждаться.

— Однако президент обязан считаться с ним. Послушайте, Вильсон ходит по краю. Он пытается удержать нас от вступления в эту войну и при этом не хочет, чтобы в международной дипломатии Америка показалась слабой. На данный момент именно такое поведение мне кажется наиболее верным.

— А в будущем?

Это был больной вопрос.

— Никто не способен предвидеть будущее, — сказал Гас. — Даже Вудро Вильсон.

Она рассмеялась.

— Вот это ответ настоящего политика! Вы далеко пойдете…

С ней заговорили, и она отвернулась от Гаса. Он отошел, чувствуя себя, словно боксер после матча, окончившегося вничью.

Кое-кого из присутствующих пригласили на чаепитие с лектором. Среди приглашенных оказался и Гас, ведь его мать входила в число попечителей музея. Он направился в комнату для приемов. Войдя, рад был увидеть Ольгу. Наверняка ее отец тоже поддерживал музей материально.

Гас взял чашку и подошел к ней.

— Если окажетесь в Нью-Йорке, я буду рад устроить вам экскурсию по Белому дому, — сказал он.

— Да что вы! А вы могли бы представить меня президенту?

Ему хотелось сказать: «Конечно, все что угодно!» Но он побоялся обещать то, что может оказаться не в состоянии выполнить.

— Возможно, — сказал он. — Это зависит от того, насколько президент будет занят. Когда он садится за машинку и начитает строчить речь или сообщение для прессы, никому не разрешается его беспокоить.

— Мне было так жаль, когда скончалась его супруга, — сказала Ольга. Элен Вильсон умерла почти год назад, вскоре после начала войны в Европе.

Гас кивнул.

— Он очень тяжело переживал ее смерть.

— Но я слышала, что он уже ухаживает за богатой вдовой.

Гас смутился. В Вашингтоне ни для кого не было секретом, что всего через восемь месяцев после кончины супруги Вильсон страстно, по-мальчишески влюбился в чувственную красавицу Эдит Голт. Президенту было пятьдесят восемь, его возлюбленной — сорок один. Сейчас они были в Нью-Хэмпшире. Гас относился к тем немногим, что знал, что месяц назад Вильсон сделал предложение, однако миссис Голт пока не дала ему ответа.

— Кто вам сказал? — спросил он Ольгу.

— Это правда?

Ему отчаянно хотелось произвести на нее впечатление своей осведомленностью, но он справился с искушением.

— Я не могу обсуждать такие вещи, — через силу ответил он.

— Ах, как обидно! А я надеялась услышать сплетни из первых рук…

— Извините, что разочаровал вас.

— Ну что вы, ерунда! — она коснулась его руки, и электрический разряд пробежал по его телу. — Завтра днем у меня собирается компания играть в теннис. Вы играете?

У Гаса были длинные руки и ноги, и играл он довольно прилично.

— Играю. И очень люблю эту игру.

Левка научился водить за один день. Обучение второму основному навыку шофера — менять проколотые шины — заняло у него часа два. К концу недели он мог залить в бак бензин, поменять масло, отладить тормоза. Если автомобиль не заводился, он мог проверить, не разряжена ли батарея и не перекрыта ли подача бензина.

Как сказал Джозеф Вялов, гужевой транспорт уходил в прошлое. На конюшне платили мало, а рабочих рук было предостаточно. Шоферов же не хватало, и зарабатывали они хорошо.

К тому же Вялов хотел, чтобы шофер у него был крепкий и при необходимости мог выступать в роли телохранителя.

Вялов ездил в новехоньком восьмиместном лимузине «Паккард Твин Сикс». Другие водители смотрели на машину с восхищением. Эта модель была запущена в производство всего несколько недель назад, и ее двенадцатицилиндровому двигателю завидовали даже те, кто ездил на «Кадиллаке V-8».

Суперсовременный особняк Вялова нравился Левке гораздо меньше. На его взгляд, это был просто огромнейший хлев: длинный, низкий, с широкой нависающей крышей. Старший садовник сказал, что это называется «стиль прерий», последний крик моды.

— Если бы у меня был большой дом, я бы хотел, чтобы он напоминал дворец, — сказал Левка.

Он подумывал о том, чтобы написать Григорию и рассказать о жизни