Москва, Токио, Лондон - Двадцать лет германской внешней политики - Герберт Дирксен

УБОРЕВИЧ

ЦГСАС. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 329. Л. 1-145. Подлинник

19 июля 1933 г. Берлин

(...) Рейхсвер не выступит против фашизма, а, наоборот, борьба против Версаля, против марксизма его объединит с Наци. Он ему подчиняется и составляет одно целое с ним. (...) Рейхсвер теряет свою политическую роль, если она вообще была у него как политическая сила. (...) Каковы перспективы офицерства Рейхсвера? На это может быть дан короткий ответ: или перейти к Наци окончательно, или быть вычищенными. Конечно, большинство из этого офицерства будут у Наци, и сегодня они явятся тем костяком, на котором и развернется массовая фашистская армия, и возможно в случае колебаний гитлеровского правительства и его непрочности - они используют фашистскую массу, чтобы перепрыгнуть через самого Гитлера до восстановления военной диктатуры и борьбы против коммунистической революции.

Командующий войсками СИБ ВО ЛЕВАНДОВСКИЙ

ЦГАСА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 505. Л. 41-43. Подлинник

22 апреля 1933 г.

Совершенно секретно

(...) В настоящее время ведется неслыханная агитация в пользу идеи "вооруженного народа". Эта агитация проникает буквально во все отрасли и области государства и быта и ведется самыми разнообразными методами: в кино появилась масса военно-патриотических картин (бои Фридриха Великого и т. д.); в театрах появились пьесы типа "Шлагейтер" (расстрелянный французами на Рейне во время оккупации немецкий патриот), и т.д.; школьники маршируют под звуки марша "Frederiks - Rex"; газеты беспрерывно рассказывают о страданиях немцев в оторванных от Германии областях, о безоружности Германии и т. д. Словом, такого разгула шовинизма не знала даже Гогенцоллернская Германия. А под весь этот "бум" рейхсвер упорно и систематически реорганизуется и вооружается, и нет ничего удивительного в том, что, как говорил в прошлый раз 37-й, в 1935 году вся намеченная программа организации вооруженных сил будет полностью закончена.

ШНИТМАН

Германская разведка об РККА

10 февраля 1933 г. Совершенно секретно

Общая оценка армии. Значение армии в общем поднялось до такой степени, что она в состоянии вести оборонительную войну против любого противника. При нападении на Красную Армию современных европейских армий великих держав, возможная победа их на сегодня может быть поставлена под вопросом. При своем численном превосходстве Красная Армия в состоянии вести победоносную наступательную войну против своих непосредственных соседей на Западе (Польша, Румыния). (...)

Переход промышленности на военное производство в Советском Союзе облегчается тем, что вся промышленность находится в ведении государственного аппарата. (...) По сравнению с предыдущими годами в обучении Красной Армии имеются несомненные результаты. Немецкий прообраз в этом отношении ясно виден. Опыт гражданской войны, невзирая на принятые меры, недостаточно изучен. В основном строительство вооруженных сил закончено. Теперь очевидно настало время по созданию инициативного и волевого командира всех степеней. Однако... налицо опасность, что это не удастся своевременно провести и что средний командный состав застынет на схеме и букве устава. До сих пор армия страдает тем, что, начиная от командира взвода и кончая командиром полка, командир не является еще полноценным. В своей массе они способны лишь решать задачи унтер-офицера. Несмотря на все мероприятия, проблема о командире Красной Армии еще не разрешена. Но общая ценность армии поднялась, она сейчас способна хорошо вести оборонительную войну против любого из противников. Ее численное превосходство дает полную возможность вести наступательную войну против непосредственных соседей Советского Союза Польши и Румынии.

Для особых поручений при начальнике IV Управления штаба РККА

СВИРИДЕНКО

"Русские в нас экономически слишком заинтересованы"

Из немецкого документа

"Союз германской промышленности во внутренней и внешней политике Гитлера"

19 февраля 1933 г.

(...) Борьба с немецкими коммунистами не испортит наших отношений в СССР. Русские в нас экономически слишком заинтересованы и кроме этого они не переоценивают реальное значение коэффициента полезного действия для русских интересов.

Эра власти Шлейхера закончилась. С ним пали "политиканствующие военные", к которым принадлежит и Гаммерштейн, уход которого поэтому представляется нам необходимым. (...)

Наши официальные отношения с СССР не будут ухудшены. Экономически мы слишком связаны с русским рынком. (...)

"Ценность армии [РККА] должна быть признана относительно высокой..."

Из доклада германского военного атташе в СССР Гартмана в Берлин

27 марта 1933 г.

При характеристике командного состава заметна далеко идущая боязнь ответственности. (...) Эта боязнь приводит к тому, что не рекомендуют выступать со своим мнением до получения в четкой форме мнения начальства. (...) Тем не менее ценность армии должна быть признана относительно высокой, тем более что она находится в процессе дальнейшей консолидации. (...) Промышленность страны еще не в состоянии удовлетворить самые необходимые массовые потребности. (...) Совершенно исключатся возможность полного или частичного удовлетворения всем необходимым мобилизованной армии. (...) Лейтмотивом в подготовке к будущей войне является прививаемая армии и народу идея обороны от готовящейся интервенции западных государств. (...) Я также не разделяю мнения, что Красная Армия в состоянии вести оборонительную войну против любого противника, потому что общее положение и состояние страны не позволяет армии развернуть все необходимые силы (например, на Дальнем Востоке). Сила Советского Союза в представлении внешнего мира покоится на его малоизвестной военной мощи, трудно уязвимых обширных просторах, невозможности изучить его внутреннее состояние и, наконец, на тех многочисленных затруднениях, с которыми вероятные противники СССР должны бороться в своих собственных странах. Все эти обстоятельства усиливают престиж Советского Союза и дают неисчерпаемые возможности для ведения удачной внешней политической игры. (...) Правильность и необходимость военного сотрудничества сказанным выше не только не отрицается, но, наоборот, оно по изложенным соображениям должно бы быть даже усилено.

Из дневника Крестинского. Прием фон Дирксена и Гартмана

3 апреля 1933 г. Секретно

Согласно предварительному уговору, Дирксен пришел ко мне с германским военным атташе полковником Гартманом, чтобы официально его мне представить. До настоящего времени в Москве не было официального немецкого военного атташе и лишь с 1.4 во всех германских посольствах крупных государств, в том числе и в Москве, начали функционировать официально военные атташе. При нашем же посольстве в Германии военный атташе существует уже с 1925 г.

В связи с решением сделать и в Берлине и в Москве энергичные заявления германскому правительству в связи с чинимыми по отношению к нашим гражданам и нашим хозорганам безобразиями, я решил использовать посещение Дирксена и Гартмана и серьезно поговорить с ними на эту тему. (...) После того, как Дирксен представил мне Гартмана, я сказал последнему, что приветствую в его лице первого официального германского военного атташе в Москве, затем, извинившись, что я не считаюсь с обычными условностями, при первой же встрече коснусь существующих между нашими государствами отношений, сказал Гартману, что он начинает свою работу в очень тяжелый период отношений между СССР и Германией. Тесное сотрудничество между рейхсвером и Красной Армией продолжается уже более 11 лет. Я был у колыбели этого сотрудничества, продолжаю все время ему содействовать и хорошо знаком со всеми моментами улучшения и ухудшения отношений, и я должен сказать Гартману, что никогда эти отношения не осуществлялись в более тяжелой общеполитической атмосфере, чем сегодня. Ему, конечно, известны многочисленные случаи насилий над нашими гражданами, чинимых в Германии национал-социалистическими штурмовиками, а во многих случаях и органами полиции. Он не может не знать об обысках и в гамбургском, и лейпцигском отделениях нашего торгпредства, о повальных обысках приходящих в Гамбург наших судов, наконец, мне не нужно напоминать ему о настоящем походе против Общества по продаже советских нефтяных продуктов - Деропа. Правление Общества в Берлине, его отделения в Кельне, Дрездене, Штуптарте, Мюнхене и целом ряде других городов подверглись многочисленным налетам и обыскам, во время которых производились беззаконные аресты сотрудников, в том числе и советских граждан, которые подверглись грубейшим насилиям и издевательствам, в конце концов освобождались, ввиду полной неосновательности их ареста. Налетам и разграблениям подвергаются также отдельные продажные пункты Деропа, откуда бензин отпускается автомобилям в розницу, в некоторых случаях бензин насильственно забирается бесплатно приезжавшими на автомобилях штурмовиками, в других случаях бензин просто выпускается. (...) Все эти беззакония и бесчинства, весь этот произвол и насилия создают вокруг наших граждан и органов в Германии чрезвычайно тяжелую атмосферу. Наше общественное мнение, так же как и общественное мнение всего мира, не может не усматривать противоречий между официальными заявлениями канцлера и других членов правительства о сохранении прежнего характера советско-германских отношений и между этими повседневными фактами враждебности. Общественное мнение, естественно, придает большее значение делам, чем словам, и считается с фактом резкого изменения к худшему советско-германских отношений.