Теневые игры - Ксения Чайкова

Тем временем мужчины, обменявшись многозначительными взглядами и несколькими фразами, более-менее наметили себе план действий:

– А вам, тэмм, похоже, нужен этот умник? Так давайте, может, обмен: мы вам Зверюгу, а вы нам кристалл.

Оригинально! Я фыркнула:

– Неравнозначный обмен получается! Зверюга и так, можно сказать, мой. Достаточно одного хорошего удара, чтобы прикончить его. И кристалл при мне – попробуй-ка отними!

Довод, бесспорно, был сильным. В самом деле, полюбоваться на идиота, который вздумал бы насильно храну ее собственности лишить, не прочь были все присутствующие.

Мужчины переглянулись. Вэррэн едва заметно улыбнулся мне и пошевелился. Кажется, просто поменял позу, вытянув затекшие ноги, но на самом деле передвинулся на пару дюймов к самому разговорчивому из Зверюгиных друзей-приятелей. Думает, что этот представляет наибольшую опасность? Возможно, возможно, спорить не буду. Я указала взглядом на двоих и опустила ресницы, демонстрируя свое нежелание сражаться. Глупо вот так очертя голову в драку лезть, сначала узнать было бы неплохо, кто именно все это безобразие организовал.

Видимо, кто-то по-настоящему богатый и влиятельный на кристалл проклятущий позарился, раз эти мужички готовы отреченного мне без разговоров сдать…

Поэтичный подонок, поняв, что его, возможно, сейчас бесславно обменяют на магическую цацку, ту самую, которую он охранял и ради которой, похоже, затеял весь этот спектакль, задергался, как припадочный, и от души заорал. Что именно он изрек, я повторить не берусь, однако замечу лишь, что все его высказывания отличались большой эмоциональностью и образностью, а также богатством метафор, эпитетов и аллегорий.

– Не ругайся при даме,- с минуту послушав изобретательные словеса, попросил Вэррэн, весьма невежливо тыкая отреченного ногой.

– Да какая она дама! – взвыл выведенный из себя Зверюга. – Видел бы ты, как она вокруг твоего брата вилась! Впрочем, она и вокруг тебя сейчас гак же вьется!

Взвизгнув от злости, я с ненавистью ударила предателя но губам, словно надеясь вбить обратно все его слова, желательно вместе с зубами. В ответ мерзавец, криво улыбаясь, выдал пару фраз относительно моего поведения и взглядов на жизнь, после чего оттаскивали меня от него вшестером, охая и поругиваясь, если я в своем остервенении пиналась уж слишком решительно и болезненно. Мрак знает почему, но об оружии и всех приемах борьбы я даже не вспомнила и стремилась навешать Зверюге оплеух, как простая рыночная торговка, "ласково" приветствующая своего муженька после его полуночного возвращения из трактира.

Забытый всеми Торин забился в угол и оттуда испуганными круглыми глазами следил за разворачивающимся перед ним действом. Тьма, в отличие от своей хозяйки, не позабыла о наших обязанностях и влезла графенку на плечи, на всякий случай развернув крылья, дабы все убедились в серьезности ее намерений и готовности защищать вверенного ее опеке милорда.

В конце концов приоритет в сдерживании взбешенной храны был безоговорочно передан альму, который при помощи своей нечеловеческой силы сумел кое-как смирить мое буйство и усадить рядом с собой на пол. Отдышавшись и попив водички из заботливо подсунутой мне фляжки, я устыдилась. В самом деле, что это я себе позволяю? Такую безобразную драку перед лицом клиента затеяла! Какой пример я подаю Торину?! Фу!

– Прошу меня простить. Эмоции, сами понимаете… – Голос от еще бурлящего во мне бешенства взял на много тонов выше, но по крайней мере не дрожал. Хотя ругаться мне хотелось страшно. Не выдержав, я выдала не слишком приличное слово. Потом подумала и добавила еще два.

Мужчины отшатнулись и посмотрели на меня с уважением. Торин тихонько охнул, вжался спиной в свой угол, потом пересилил себя и подполз поближе ко мне, тщательно следя, чтобы тело его храны было преградой между ним и Зверюгой. А вот для Вэррэна эмоциональное выражение моего неудовольствия явно стало далеко не самым приятным сюрпризом. Во всяком случае сощурился альм так, что я мгновенно устыдилась и потупила глаза, мысленно поклявшись себе не ругаться больше никогда и ни при каких обстоятельствах. Тьма покосилась на меня с такой ехидцей, что мне сразу стало ясно: уж кто-кто, а вонато мне и на медяк не верит. Она меня едва ли не лучше меня самой знает.

– Однако время не ждет,- напомнил о своих интересах обладатель шрама, хищно покосившись на Торина, которого, видимо, счел главным носителем кристалла. Мне этот деловитый взгляд совсем не понравился. Я поспешила, словно бы невзначай, придвинуться к своему подопечному поближе, борясь с желанием раскинуть руки и зависнуть над графенышем, как курица над единственным цыпленком. Один из наших гостей заметил это и понимающе улыбнулся. Я едва заметно качнула головой. Ну да, дорог мне Торин, причем в самом прямом смысле этого слова. По два золотых в день мне платят вовсе не для того, чтобы я тут невесть кого изображала, а чтобы милорд Лорранский был в безопасности. В полной безопасности. Которую я, к моему величайшему сожалению, как ни кручусь, обеспечить ему не могу.

– Да, время не ждет,- задумчиво согласился Вэррэн. Кто знает, просто так милый хозяин гостиницы подальше от опасных гостей ноги унес или за стражей кинулся? – Тень, тебе Зверюга или кристалл нужен?

– И то и другое,- хищно улыбнулась я.- Кристалл при мне, Зверюга, можно сказать, тоже. Тащить его никуда не собираюсь, здесь хочу уму-разуму поучить. Есть ли ко мне какие-нибудь претензии, господа хорошие?

Претензии были. Да еще какие. Если бы я была одна против них всех, то душевно приложила бы Зверюгу, сделала всем остальным ручкой и прыгнула в окно (не впервой мне так-то уходить), а гам уж давайте боги ноги. С Вэррэном в принципе проблем нет, понадобится – альм еще быстрее меня драпанет. Но помимо нечеловека на моей шее камнем висел Торин. И вот этого-то благороднорожденного увальня так просто на стремительное и поспешное отступление, по-простому называемое бегством, не сподвигнешь. Не по ранжиру ему бегать-то.

– Расскажите хоть, кто покупатель,- благодушно попросила я, не чувствуя в себе ни малейшего желания ни аристократенка за шкирку через окно тащить, ни в битву вступать. Вдруг да смогу мужичков уболтать, кто знает, до какой степени они верны своему нанимателю…

– Ну что вы, тэмм,- поморщился разговорчивый тип. Остальные хранили абсолютное молчание. Даже странно как-то вспоминать, как они при виде атакующего паучка орали.- Как это мы вам все расскажем? Вы же сами тогда кристалл ему сторгуете, а нам чего, шиш, получается?

"Вам и так шиш",- хмуро подумала я, не собираясь признавать правоту собеседника и в то же время прекрасно его понимая. Наемники – они наемники и есть. Им заказали кристалл доставить – они обязаны это сделать. Нет кристалла нет оплаты. Их тоже можно понять. Но отдавать чародейскую побрякушку я не намеревалась. Не для того ее Торин в свое время из кошеля спер, не для того я ее столько времени при себе таскаю, чтобы так просто сдать первому встречному.

Следующее мгновение оказалось богато на события. Во-первых, Зверюга таки ухитрился выпутаться из веревок. Как – понятия не имею, видимо, отреченный тоже был не чужд магии, потому как какими силами можно развязать затянутый мною узел – не представляю. Освободившись, изящный мечтатель и поэт, любитель эротической литературы и знаток восточной безоружной борьбы бросился на меня с таким жутким воем, что содрогнулась даже закаленная душа привычной ко всему храны.

Однако боги, видимо, решили, что сражения с остервеневшим отреченным мне мало и ниспослали еще противников. Как выяснилось, хозяин гостиницы все-таки побежал за стражей. Долго же он ее искал…

Разумеется, бравые блюстители порядка мигом узнали альма, из-за которого чуть ли не вся стража Райдассы на ушах стояла (а если и не узнали, то живенько решили, что он и есть преступник, который из казематов под Неартой убежал), и взвыли от восторга. Я их понимала, однако разделять эту искреннюю радость не спешила. Более того, была близка к тому, чтобы начать паниковать.

Цеховая солидарность – страшное дело. На улицах Кларрейды могут твориться грабежи и убийства, но никто из стражников и не подумает почесаться. А вот стоит пристукнуть одного из них… о-о-о… тут такое начнется – боги в мире надлунном на всякий случай облаками задрапируются. Поэтому применять самый простой способ устранения стражи со своей дороги нельзя ни в коем случае – иначе нам просто не дадут покинуть Кларрейду, захлопнув городские ворота, как дверцу мышеловки. А потом и нас найдут, рано или поздно просто вытряхнут из того убежища, в котором я попытаюсь укрыться вместе с Торином, Вэррэном и Тьмой.