Теневые игры - Ксения Чайкова

– Молчи уж! – так же злобно прошипел в ответ на мои претензии Вэррэн, и я вдруг ни с того ни с сего подумала, что его брат никогда не заслонял меня собой. Да, целовал, да, таскал мои сумки, да, подавал руку. А чтобы так, перед лицом опасности, почти безоружным закрыть меня собой,- нет, такого не было.

А ведь говорят, близнецы во всем одинаковы…

Додумать эту ценную мысль мне не дали: наши гости переглянулись, гикнули для устрашения и решительно пошли в атаку. Я высоко подпрыгнула, сделав одной рукой упор на плечо rio-прежнему упрямо стоящего передо мной Вэррэна, и щелкнула тайтрой, да так сильно и решительно, что одним махом перебила деревянную рукоятку какой-то не то секиры, не то топора. Лезвие тюкнулось в пол дюймах в десяти перед ногами атьма.

– Осторожнее, идиоты! Это же храна! – зычно крикнул рвущийся из пут Зверюга.

Это сообщение произвело поразительный эффект: нападающие все как один стушевались и шарахнулись назад, едва не задавив друг друга. В комнате воцарилась такая звенящая тишина, что я даже испугалась, уж не оглохла ли, и поспешила разорвать ее коротким, не слишком уместным в данной ситуации смешком. Впрочем, он оказался именно тем якорем спасения, за который с готовностью ухватились все присутствующие, поторопившиеся высказать свое авторитетное мнение и поделиться собственным взглядом на происходящие события.

– М-да… – задумчиво протянул из-за моей спины впавший в неожиданную меланхолию Торин. Может, зря ты, Тень, свою профессию постоянно скрываешь и маскируешься то под простую горожанку, то под высокородную даму? Ты же посмотри: всего одна фраза, а каков результат! Когда мы ездили в Меритаун, тебе надо было не моей любовницей прикидываться, а во все горло на каждом углу орать, что ты храна. Тогда, глядишь, на нас всякие-разные нападать бы поостереглись.

Идея, спору нет, была хороша. Только вот припоздала она слегка. А если учесть, что все эти спектакли затевались именно для того, чтобы никто не догадался, что Торина храна сопровождает, гениальность задумки аристократеныша просто умиляла.

– Может, ну ее? – довольно робко и неуверенно предложил один из пятерки незнакомых мне мужчин,- Храна – это же…

– Это… – глубокомысленно поддержал его сосед, пялясь на меня так пристально, словно хотел запомнить до мельчайших подробностей. А может, и впрямь запоминал – чтобы в кабацкой драке потом когда-нибудь по ошибке мне в челюсть не заехать.

– Да девка это, обычная девка! Разве что клинками махать обучена да ногами ловко дерется, зубы выбивая! – заорал потерявший терпение Зверюга, одним махом подписав себе смертный приговор. Терпеть ненавистное слово из уст предателя я не собиралась.

Конечно, альм – это альм. Быстрый, стремительный, нечеловечески сильный и все такое. Вот только остервеневшую храну он удержать все-таки не смог. Я легко избегла тянущихся ко мне когтистых рук и рванулась вперед, видя перед собой только Зверюгу. В конце концов, предательство еще оправдать как-то можно: ну промотал парень все деньги, влип в неприятную ситуацию, наделал долгов и с горя решил пополнить мошну за мой счет, мало ли, с кем не бывает. Но вот от оскорблений он мог бы и воздержаться!

Страх перед храной оказался все же слабее желания лично опробовать, на что же эта хваленая наемница, телохранительница и убийца способна. Поэтому Зверюгины друзья, не сговариваясь, кучно бросились вперед. Как они отреченного в своем Воинственном порыве не затоптали – загадка.

– Тьма, оставайся с Торином! – громко крикнула я. Разум в это время метнулся в другую сторону.

Паучок серебряной бусиной скатился с моего воротника на пол и деловито застучал коготками по направлению к агрессорам. Те вновь остановились как вкопанные. Да что же это за драка такая? В первый раз со мной такое – чтобы нападающие с редкостным единодушием то в атаку бросались, то тормозили и даже отступать пробовали!

– Взять! – повелительно скомандовала я своей магической тварюшке, поняв, что противник решил уступить сомнительную честь напасть первой даме. Брошка слегка свистнула и послушно метнулась вперед.

Вот уж никогда бы не подумала, что человеческие мужчины могут так ловко бегать по стенам! Ну эльфы, ну альмы – это бы я еще поняла. Они ловкие, сильные и грациозные. Но люди… Даже хран при предельном напряжении сил и должном стимуле, думаю, вряд ли сумел бы легконогой серной скакать по комнате и, хватаясь за все выступы и впадины, лезть прямиком на потолок. А тут – какие-то не то наемники, не то отреченные такие чудеса акробатики демонстрируют!

– Куда вы, придурки?! – раненым вернетоком взревел Зверюга, подпрыгивая в положении лежа и приземляясь всей спиной на жесткие доски пола. То-то синяки у него будут – загляденье…

– Да это ведь не храна! – разноголосым хором отозвались ловкие мальчики, уже успевшие добраться до потолка и зависнуть кто на чем. Пустые полочки, которым не повезло предоставить опору одному из них, жалобно потрескивали, но еще держались. Равно как и потолочные балки, и рассохшийся шкаф,- Это же магиня! Сам с ней воюй! Не было такого уговора, чтобы с чародейщиками схватываться!

– И повоюю! – взвился оскорбленный Зверюга.- Освободите только, идиоты!

Лично я после такого невежливого призыва на помощь крикуну не поспешила бы ни за какие коврижки. Однако в остальных долг, видимо, был сильнее самолюбия: один из висящих едва ли не на потолке обреченно зажмурился, брякнулся на пол и начал понемногу, то и дело косясь на меня, переползать к своему гневливому командиру. За ним последовали и остальные, шустро скучковавшись в дальнем от нашей боевитой компании углу. Я милостиво щелкнула пальцами, отзывая паучка, и с благодушным интересом созерцала жалкие попытки отгородиться от меня предметами обстановки, прикидывая, кого пожаловать сильными ударами, а кого и убивать придется.

И тут случилось то, чего не ожидал никто: в двери с изумительно несвоевременным и донельзя наивным вопросом: "Господа, все ли в порядке?" – вкатился полноватый хозяин гостиницы, на ходу вытирающий вспотевшую лысину полотенчиком. Судя по его мгновенно округлившимся и вывалившимся из орбит глазам, увиденное мужичку не понравилось, хотя я и постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее, лучезарнее и обаятельнее.

Торин за моей спиной коротко охнул. Да уж, выдать наше милое времяпрепровождение за что-нибудь более-менее мирное – дружескую беседу, военный совет, встречу старых приятелей или даже оргию – вряд ли удастся. Только нам проблем с городской стражей для полного счастья не хватало…

– Вы мешаете, уважаемый! – ледяным голосом благороднорожденной леди, потревоженной в непозволительно ранний утренний час, отчеканила я, слегка приседая, дабы при необходимости одним прыжком перелететь комнату и силой заставить любезного хозяина принять участие в нашем трогательном междусобойчике.

Однако мужчина оказался на удивление понятлив и сообразителен:

– Прошу меня простить! – отчаянным голосом выкрикнул он и захлопнул дверь снаружи с такой силой, что со стены свалилась небольшая картина, изображающая деда и бабу на завалинке.

– Как бы он не за стражей побежал,- эхом моих мыслей заметил один из Зверюгиных приятелей. Я задумчиво кивнула, чем заработала недоуменные взгляды всей остальной части нашей разношерстной компании. Ну а что делать, если и враги вполне способны изрекать дельные и разумные мысли? Не спорить же с ними на ровном месте только из-за того, что они, ворвавшись в комнату, сразу в ножи и в топоры бросились! Зачем они это сделали, кстати? Могу поклясться своим демоном, что ни одного из этих загорелых мужчин с простыми и открытыми лицами доверчивых силачей я раньше никогда не видела и уж тем более не портила им крови. Так в чем же причина их необоснованной агрессии?

– Слушайте, давайте дело миром решим! – видимо придя к таким же умозаключениям, предложил Вэррэн, вновь аккуратно и ненавязчиво оттесняя меня в угол, к Торину под крылышко. Я прижалась к аристократенку, убедилась, что с ним все в порядке, и вновь выглянула из-за спины моего защитника, не без интереса наблюдая за налаживанием переговоров. Дипломатом Вэррэн, кстати сказать, оказался просто превосходным, видимо, его и впрямь готовили к карьере при дворе соправителей Тэллентэра. Во всяком случае, ему в течение трех минут удалось убедить агрессоров сложить оружие и склонить их к временному перемирию. Общая угроза в виде городской стражи заставила недавних соперников сплотиться и усесться за стол переговоров. Роль оного, по причине отсутствия необходимого предмета обстановки, выполнял по-прежнему связанный веревками, плюющийся и ругающийся Зверюга, около которого умилительным кружком уселись все участники переговоров, включая Тьму и брошку-паучка размером с молодого волкодава. Поэтичному мерзавцу это, правда, совсем не нравилось, но развязывать отреченного никто не спешил, и ему пришлось смириться со своим незавидным положением. Надо было еще сказать спасибо, что хоть локти ему на живот никто ставить не стал.