Дневник (1918-1919) - Евгений Харлампиевич Чикаленко

и прямолинейный, недалекий, эсдек, правда, безусловно честный. 2) Внут. дел — Мицюк{419} (эсер), лесной кондуктор по образованию, хотя и говорят, что он недавно выдержал экзамен за юридический факультет, товарищ и приятель-фонограф Н.Шаповала, человек мелкий и грязненький; хоть я его лично никогда не видел, но знаю его по сотрудничеству в «Раде», которую он охаивал и оббрехивал после того, как не напечатали какую-то его статью. 3) Военный министр — Греков, которого все очень хвалят, но ставят ему в вину то, что он не выучил укр. язык. 4) Юстиции — Слабченко{420}, в юности эсдек, потом доцент Одес. университета, стипендиат Касо и член черносотенного «Галицко-русского общества», а теперь снова эсдек, человек ненадежный, грязный в своих попытках сделать карьеру. 5) Просвещения — И. Огиенко{421}, ректор Каменец-Подольского университета; знаю его по сотрудничеству в «Раде»; человек тупой, дьявольски самолюбивый; во время реакции (1907-17 годов), как и Слабченко, скрывал украинство, потому что это вредило карьере, и занимал должность учителя в черносотенной гимназии Стельмашенко, теперь уже записался в эсеры. 6) Пищевых дел — Мартос, которого я совсем не знаю, но слышал, что этот эсдек — человек недалекий. 7) Торговли — неизвестный и мне Остапенко{422}, (эсер), одни говорят, что он профессор коммерческого института, другие говорят, что нет. 8) Финансов — Супрун{423}, тоже неизвестный никому, очевидно, мартовский эсдек. 9) Земельных дел — Н.Шаповал (Сриблянский) бывший корректор «Рады», старый эсер, лесной кондуктор по образованию, потом офицер; человек талантливый, страстный, горячий до ненормальности, с большой склонностью к мании величия и прямолинейный до нелепости. 10) Искусства — Антонович, сын знаменитого Вл. Бон. Антоновича, эсдек, вечно готовится к профессуре по искусству; одни считают его человеком очень умным, а другие говорят, что это «форменный дурак»; я так мало его знаю, не могу ничего сказать. 11) Путей — Сидоренко, эсер, такой же репутации, как и Антонович. 12) Народного здоровья — Матюшенко{424}, хороший врач и порядочный человек, в юности был эсдеком. 13) Гос. контроля — какой-то Симонов{425}. 14) Морской — какой-то Билинский, оба называют себя самостийниками. 15) Труда — какой-то русский эсдек Мартынов{426}. 16) Почты — какой-то Косенко{427}, эсер, и 17) Гос. секретарь Гордиевский{428}, проф. Одесского университета, тоже эсер, неизвестной репутации. Но если эсер, то уже ненадежный, потому что до 1917 года таких у нас было всего два-три человека, а после революции стало их без числа; всякий, кто хочет сделать карьеру и не имеет никаких политических убеждений, спешит записаться в эту партию, опирающуюся на «беднейшее крестьянство» и которая не имеет никаких логических оснований на Украине с индивидуальным землевладением, а копирует русскую эсеровскую партию, которая прославилась борьбой с самодержавным правительством и своим лозунгом — «Земля и Воля». Этими эсерами в кабинете будет заправлять Шаповал, а эсдеки будут слушаться Винниченко, но я уже говорил, что оба они, и Винниченко, и Шаповал — больше люди темперамента, настроения, чем логики ума и оба они талантливые агитаторы, пропагандисты, но не государственные мужи, а потому с уверенностью можно сказать, что их политика доведет Украину до полной анархии, большевизма, а в итоге приведет к реакции, а может, и к всероссийской монархии, если не до раздела, как в XVII веке.

25 декабря

В киевских буржуазных русских, а отчасти и в украинских кругах паника — боятся, что правительство это заведет такие же порядки, как в совдеповской Московии, а потому забирают из банков деньги и убегают в Крым. Чтобы не сбежали добровольцы и «фаховцы», которые накрали денег, сегодня правительство запретило выезд из Киева. Очевидно, и правительство чувствует себя не твердо, а точно так же, как и в январе перед наступлением большевиков. И теперь, как и тогда, вся русская общественность резко настроена против него — буржуазные круги за большевизм, а рабочие за буржуазность, все же вместе — за украинское «самостийництво» и за несуществующую «насильственную» украинизацию. Украинское интеллигентное общество тоже подавлено большевизмом правительства, а главное — списком кабинета, состоящим почти исключительно из политических мошенников, или больных манией величия. В армии, на которой только и держится правительство, тоже начинается недовольство: лучшая ее часть — галицкие сечевики недовольны большевизмом Директории, а наши — дисциплиной и запретом грабить; пока что армия держится на легендарно-фантастическом имени «народного героя» — Петлюры. сечевики, говорят, хотят, чтобы он захватил всю власть в свои руки и в интересах Укр. державы повел умеренную политику, но скорее всего Петлюра не решится открыто выступить против Винниченко. Всех теперь интересует то, как отнесется Антанта к Директории. В Одессе она взяла под свою защиту добровольцев, и республиканская армия по приказу Винниченко должна была выйти из Одессы, чтобы не было конфликтов с антантовской армией и не дошло до непризнания Антантой Директории и украинской державы.

26 декабря

Очевидно, Директория приняла к сведению критику общественности, потому что сегодня есть в газетах сообщение, что министром образования будет Холодный, юстиции — Шелухин, а Петрусь говорит, что Скоропися, возможно, позовут с Холмщины на должность министра внут. дел, но сомневаюсь, чтобы он согласился пойти, если общий курс политики будет большевистский. С этим курсом никак не может помириться галицкая часть армии с Коновальцем во главе и уже грозит уехать в Галицию; если это произойдет, то неизбежно двинут сюда московские большевики по вызову местных, а наша армия, наверное, как и в январе, перейдет на их сторону, тогда повторится та же картина, которая закончится приходом иностранцев, которые не признают Украину, а объединят Россию.

28 декабря

Сегодня Петрусь приехал радостный и рассказал, что наконец-то Винниченко решился открыто выступить против большевиков. Произошло это вот по каким причинам. Когда Директория, желая вступить в добрососедские отношения с большевиками, обратилась с нотой к Совнаркому, то получила ответ, что с буржуазной Директорией, во главе которой стоят давние враги Совдепии Винниченко и Петлюра, Совнарком ни в какие отношения вступать не хочет. С другой стороны, Коновалец доказал документально Винниченко, что местные большевики агитируют против Директории и намереваются поставить во главе правительства Пятакова, Бош{429} и других большевиков, входивших в состав правительства в январе. После этого Винниченко не спал всю ночь, а все ходил и курил, а утром предложил Петлюре взять в свои руки диктатуру, потому что ему неудобно резко сменить курс. Петлюра решительно отказался, сказав, что «Вы начинали