Дневник (1918-1919) - Евгений Харлампиевич Чикаленко

что и во Франции и Англии найдутся свои «Розы», но как у торжествующих победителей, эти розы будут с меньшими шипами и тогда весь мир перестроится социально-экономически. Возможно, что это обновление не забьет украинского национального возрождения, и Украина будет жить как независимое государство в федеративном связи со всеми культурными державами мира. Кто жив дождется, то увидит!

21 декабря

Сегодня в газетах оповещение, что на 12 января 1919 года созывается «Конгресс трудового народа»{418} из крестьян, рабочих и военных, то есть «совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов», как и в Московии, а значит, и у нас должна быть «совдепия». Хотя бы уже не давали избирательных прав великороссам, чтобы этот совдеп был украинский, если уже его не избежать. Прилагаю из «Видродження» историю организации восстания, из которой видно, что мои рассуждения, которые я высказывал относительно переворота 14/ХІ, были совершенно справедливы.

                                                                      ИСТОРИЯ ОРГАНИЗАЦИИ ВОССТАНИЯ[82]

Ноябрь-декабрь 1918 года.

Ввиду ложных, а порой совершенно нелепых слухов, которые распространяются в обществе по поводу восстания, Информационное бюро при Директории считает необходимым дать обществу короткую, но, основанную на фактах и авторитетных свидетельствах, историю подготовки революции Ноября-Декабря 1918 года на Украине.

Идея восстания среди разных групп украинской демократии не угасала за все время правления бывшего гетмана. Наиболее активными в этом направлении с практической стороны были: полк Сечевых стрельцов в Белой Церкви и организация железнодорожников в Киеве. Изображая из себя сторонников гетманского правительства, эти группы постепенно, под русскими легальными предлогами, подготавливали свою физическую силу.

Среди других украинских военных частей лучшим агитатором и организатором идеи революции была политика гетманского правительства. Украинский национальный союз, как центральная организация социалистических и демократических украинских партий, в начале своей деятельности к идее вооруженного восстания относился с недоверием, а отчасти и враждебно.

Только с приходом на пост председателя Национального Союза В.К. Винниченко эта идея была им поставлена среди некоторых партийных кругов совершенно серьезно и реально. Стоя на той точке зрения, что необходимо бороться всеми способами с помещичье-буржуазным господством на Украине, В.Винниченко от имени Национального Союза одновременно вел переговоры с немецкой оберкомандой по формированию национально-демократического кабинета, а в то же время от самого себя вместе с Н.Е. Шаповалом вел подготовку и организаторскую работу в направлении вооруженного восстания. Имея в виду те условия, в которых приходилось проводить эту работу, инициаторы восстания должны были быть осторожными и с самого начала соблюдать конспирацию даже в отношении ближайших соратников по партии.

Когда подготовительная работа достигла соответствующего уровня, В.Винниченко и Н.Шаповал. представили ее на обсуждение центральных комитетов своих партий (с-д. с-р.). Обе институции принципиально согласились как с самой идеей вооруженного восстания, так и с планом инициаторов, разработанным ими вместе с представителями Сечевых стрельцов, полковником Коновальцем, начальником штаба Сечевых стрельцов Мельником, а также представителями железнодорожников А.Макаренко, генералом Осецким и др.

Имея за собой поддержку своих партий, В.Винниченко и Н.Шаповал попытались вынести идею восстания на обсуждение всего Национального Союза. Но по конспиративным соображениям было принято решение сначала обсудить ее на частном собрании представителей трех партий: с-д., с-р. и соц-фед. Если бы с-фед. согласились, то тогда можно было бы предложить этот вопрос пленуму Национального Союза и получить гарантированное большинство голосов в нем.

Однако на частном собрании представители партии соц. -фед. отнеслись к идее восстания с такой острой критикой и таким недоверием в возможность успеха его, что инициаторы восстания не отважились вынести обсуждение Национального Союза эту идею и на свой страх и риск решили продолжать работу.

Мало того. Принимая во внимание, что по Киеву уже начали циркулировать слухи о восстании, что к В.Винниченко и Н.Шаповалу гетманским правительством уже были приставлены шпики, и несколько раз подписывались уже ордера об их аресте. Учитывая, что на основании всего этого гетманское правительство могло разгромить весь Национальный Союз, было решено, во всеуслышание на заседании Национального Союза заявить, что в Национальном Союзе никогда никаких вопросов о восстание не поднималось, и все слухи по этому поводу есть ничто иное, как провокация с целью уничтожить Национальный Союз. Такое заявление было сделано, и на какое-то время была отведена занесенная над союзом рука, но такая ситуация еще более затруднила работу тех людей, которые взяли на себя инициативу этого движения. Потому что план был такой: в последний момент подготовки поднять на пленуме Национального Союза вопрос о восстании, принять определенное постановление и всему Национальном Союзу в тот же день выехать в Белую Церковь, откуда должно было начаться наступление на Киев. Движение, поднятое от имени всех социалистических и демократических партий, дало бы большую политическую, социальную и моральную поддержку людям, которые стали бы во главе его.

Итак, настроение среди большинства Национального Союза и вся политическая обстановка того момента не позволили найти ту поддержку у всей организации. Трудности еще более возрастали из-за абсолютной нехватки денег (в то время в кассе В.Винниченко и Н.Шаповала было не больше 20-25 тысяч рублей, а на первое время военный штаб восстания требовал не менее 2 миллионов), а также арестов, неотступного шпионажа гетманского правительства, а самое главное — разобщенности воинских частей, которые согласились принять участие в восстании.

Однако постановление свое инициаторы не меняли, и было, наоборот, решено выступить как можно скорее, даже без участия Национального Союза. Для конспирации же от имени президиума Национального Союза за подписями В.Винниченко и Н.Шаповала был выпущен призыв к записи в полк помощи Галиции.

До окончательного выступления задержка была только за деньгами. Но в это время гетманом был издан (14 ноября) акт о федерации с Россией, возвращен И.Кистяковский, как символ лютой реакции, и это сразу дало организаторам восстания и поддержку всех партий, и денежную помощь. Дней за несколько перед этим из тюрьмы выпущен был С.В.Петлюра. Но до окончательного решения о выступлении он по разным причинам активного участия в подготовке его не принимал. Только в последний день 15 ноября после заседания президиума Национального Союза было решено предложить ему принять активное участие в восстании. С.Петлюра дал свое согласие и в тот же вечер уехал в Белую Церковь, а В.Винниченко созвал на вечер президиум Национального Союза и в последний раз поставил перед ним вопрос вооруженного выступления. В заседании президиума принимали участие представители всех украинских партий, а также представитель от Сечевых стрельцов, повстанческого революционного штаба и железнодорожников. Единогласно было постановлено с оружием выступить против реакции и государственной измены генерала Скоропадского,