Крылатый воин - Александр Васильевич Чернобровкин

— Испытания требуют много времени: недели, месяцы иногда годы, — возразил руководитель отдела.

— Это то, что ты делаешь, надо проверять годы, а мое сразу видно, — насмешливо заявил ему.

Моя самоуверенность, видимо, убедила его в честности ответов, тут же умотал на полигон. Вернулся в конце рабочего дня в прекрасном настроении и даже не скривился, как обычно, когда я ушел ровно в семнадцать тридцать.

На следующее утро к нам пришел руководитель научной лаборатории Джек Дастин и поздравил сотрудников отдела:

— Молодцы, парни! С вашей помощью Карл Элисон разработал новую присадку для моторного масла, от которой в восторге даже наши инженеры! Обычно им не угодишь!

— А какое отношение к присадке имеет Карл Элисон⁈ — возмутился я. — Ее разработал я, обойдясь без советов этого бездаря, который только и умеет, что лизать задницы начальству и присваивать чужие идеи.

Начальник отдела моторных масел продолжал улыбаться, как ни в чём ни бывало.

— Ты хочешь сказать, что Карл не помогал тебе? — задал уточняющий вопрос Джек Дастин.

— Он даже не знал, чем занимаюсь, до вчерашнего дня, когда я вернулся с полигона и сообщил, что испытания прошли успешно, — ответил я.

— Что скажешь, Карл? — обратился он к начальнику отдела.

— Само собой, я не вмешивался в детали, осуществлял общее руководство… — с важным видом начал тот.

— Да ничем он не руководит, — перебил я. — В лучшем случае имеет смутное представление о том, кто чем занимается. Если кто-то что-то изобретет, присваивает и за это разрешает перевестись в отдел бензина. Можешь спросить у парней, которые туда перешли. Они тебе много чего интересного расскажут.

— Он нагло врет! Пытается отомстить мне за то, что требую соблюдать дисциплину! — погнал волну Карл Элисон.

Джек Дастин увидел старательно скрываемые ухмылки на лицах других сотрудников отдела моторного масла и сделал правильный вывод:

— Вернемся к этому разговору позже, — и ушел.

Судя по шуму шагов, направился в соседний отдел бензина. У некоторых парней оттуда большой зуб на Карла Элисона.

— Ты заплатишь за свое наглое вранье! Я добьюсь твоего увольнения! — пообещал мне руководитель отдела моторного масла и куда-то убежал, наверное, жаловаться более высокому начальству.

Я начал складывать свои вещи в портфель. Вроде бы, приносил только чайную чашку и ложечку, а набралось много чего еще.

Минут через пятнадцать вернулся хмурый Джек Дастин и позвал:

— Пойдем со мной.

В лифте он нажал кнопку тринадцатого этажа и буркнул расстроено:

— Ты сделал бульон, теперь хлебай его. (Сам заварил кашу, сам и расхлебывай).

— Когда-то это должно было случиться, — произнес я.

Президенту компании «Тексако» Гарри Клейну пятьдесят шесть лет. Невысок, худощав, с внимательным взглядом, какой бывает у людей, которые плохо интуитивно разбираются в людях, поэтому тщательно отслеживают и анализируют невербальную информацию. На нем дорогой светло-серый костюм и синий галстук, хотя большая часть сотрудников из-за жары ходит в рубашках с коротким рукавом. Пост занял месяца три назад, а до этого был заместителем по финансам. Кабинет у него огромный. Возле длинной части Т-образного стола с каждой стороны по шестнадцать мягких стульев с темно-красными подушками. На первом слева сидел Карл Элисон и победно улыбался. Мы с руководителем лаборатории заняли места справа.

— Докладывай, — приказал президент руководителю лаборатории.

— Я пригласил Шона Вудворда к нам на стажировку после того, как прочел его статью в «Журнале Американского химического общества». У него два патента на изобретения. За месяц с небольшим он разработал присадку для моторного масла, от которой наши инженеры в восторге. Сегодня утром Карл Элисон доложил мне, что открытие сделал он. Я пришел поздравить коллектив отдела, и выяснилось, что автором является Шон Вудворд, — рассказал Джек Дастин.

— Он проводил исследования под моим руководством! Я указал ему направление, что и как делать! Он всего лишь исполнитель! — яростно возразил руководитель отдела моторных масел.

— Чем отличается молибденит от йордизита? — задал я вопрос ему.

Карла Элисона перемкнуло ненадолго, после чего нашелся:

— Надо в справочнике посмотреть, не помню уже.

— Присадка сделана на основе одного из них, — сказал я. — Ты не помнишь, какой приказал мне использовать⁈

Руководитель отдела моторных масел собирался объясниться, но Гарри Клейн остановил его жестом и обратился к руководителю лаборатории:

— Что-то добавишь?

— Подобные случаи и раньше были, но я думал, что сводят счеты со строгим руководителем, — сообщил Джек Дастин.

— Можешь идти, — приказал президент Карлу Элисону, после чего обратился ко мне: — Служил в армии?

— Капитан ВВС, сэр. Исполнял обязанности командира эскадрильи. Сорок семь боевых вылетов, — четко, по-военному доложил я.

Для моих собеседников эта информация была в новинку, хотя о военной службе написано в анкете, заполненной при устройстве на работу, но кто их читает⁈

В это время запикал селектор.

— Да, — ответил президент.

— Пришел охранник с деньгами, — доложила секретарша.

— Впусти, — разрешил Гарри Клейн и сказал нам: — Минуту.

Он подошел к сейфу с кодовым замком фирмы «Сэнтри», повернул диск три раза. В это время в кабинет зашел и приблизился к президенту вооруженный охранник с черным кожаным саквояжиком. Гарри Клейн открыл его, сорвав сургучную пломбу, и переложил три пачки купюр в сейф, который сразу закрыл. После чего охранник удалился, а хозяин кабинета вернулся на свое место.

— Теперь понятно, почему у тебя хватило смелости обострить отношения, — сказал мне Гарри Клейн. — Предлагаю тебе занять место этого махинатора.

— Для меня это большая честь, сэр, но сперва надо закончить университет. Не люблю оставлять дела незавершенными, — отказался я.

На самом деле мне уже перехотелось работать в «Тексако», как и в любой другой крупной компании. В них подковерные схватки — обязательная форма выживания. Лучше иметь собственный бизнес, где тебя никто не будет подсиживать. К тому же, если бы я знал, что молибденовая присадка еще не применяются, мог бы получить на нее патент и заработать кучу денег, а так, считай, подарю компании за восемьсот пятьдесят баксов зарплаты за десять недель. Впрочем, они могут заплатить и больше.

111

Не знаю, может, мне одному так кажется, но один и тот же кабинет выглядит по разному, когда в нем есть хозяин и когда нет. Помещению как бы передается часть ауры человека. Вот и кабинет президента компании «Тексако» казался как бы выхолощенным без Гарри Клейна, хотя в нем еще остался запах одеколона. Хозяин уехал минут десять назад на черном служебном «линкольн зефир контенинталь». Минут через пять убыли обе секретарши. К восьми вечера прибудут уборщицы и начнут с верхнего этажа.

У меня часа полтора или меньше, если здесь станет слишком темно. Фонарика