Околдовать разум, обмануть чувства - Катерина Полянская

— А мне сказали, ты уже встала? — проворковал Тен, появляясь на пороге. — Эй, ты чего?!

Дальше все произошло само собой. Лицо принца в мгновение сделалось до крайности озабоченным. Хоть кому-то есть до меня дело! Я вскочила со своего места и с рыданиями бросилась в объятия любимого.

— Катарина?! — пытался понять хоть что-нибудь принц, на всякий случай успокаивающе поглаживая меня по спине.

— Отец меня не лю-ю-ю-бит!

— Что за чушь ты несешь?! — фыркнул мне в макушку Тенмар. — Нико здесь только из-за тебя, он сам сказал. И все его бега, исследования и прочее — тоже ради семьи. Иначе вы бы никогда не смогли воссоединиться.

С ним было так хорошо и спокойно. Хотелось верить.

— Он только об этой кровососущей и говорит! — продолжала жаловаться. — А на меня совсем не обращает внимания!

Будущий король Эгрекса вздохнул и сжал объятия крепче.

— Ну мне-то ты веришь? — коварно спросил он. Весь в дядюшку!

— Всегда!

— Тогда прими за истину мои слова. — Тенмар подхватил меня на руки и опустился в кресло. — Не каждая любовь проявляется в словах, слезах и поцелуях. Некоторые бывают скупы на проявление чувств, но все можно понять по их поступкам. Уверяю, ты бесконечно дорога отцу, но как образ некой предполагаемой дочери. Вы ведь не знаете друг друга…

Доля истины в его словах была, и я перестала всхлипывать. Ну-ка, что там у нас с поступками? Он ушел, но так было нужно. Один визит, малейшая попытка подать весточку, и страшно представить, где бы мы с мамой оказались. Слава сочувствующих и так испортила нашу жизнь. Появись подозрения, если не храны, то сами люди извели бы.

А потом? Бросился спасать, наказал Марика… Но эта Сайриша!

— Может, ты и прав… — неуверенно пробормотала я и потерлась щекой о его рубашку.

— Дай время и себе и ему, — продолжал исполнять функцию голоса разума любимый. — Там видно будет.

— Но эта девица меня раздражает!

— Так прогони. — Предложение прозвучало настолько провокационно, настолько искушающе, что я в первый момент решила, будто ослышалась.

Он не мог такого сказать. Нет, только не Тен!

— Серьезно?! Разрешаешь?

— Слова против не скажу, — окончательно поразил меня принц. Не шутит! — Но я уверен, что ты не сделаешь этого.

Еще какое-то время мы шутливо пререкались, после чего Тен отправил меня в ванную смывать размазанную по щекам тушь, а сам побежал придерживаться постельного режима, который ему назначил Нико.

Благодаря принцу клубок противоречивых чувств, не дававших душе успокоиться, распутался. Только сейчас я заинтересовалась окружающей обстановкой. Хозяйка имения выделила будущей родственнице небольшую спаленку, обставленную в персиковых тонах, зато со всем необходимым, даже собственная ванная имелась. А о нарядах и прочих мелочах позаботился принц.

Я это вот к чему… Может, напрасно злюсь? Если вдуматься, мы с Нико действительно чужие люди и совсем не знаем друг друга. И судя по тому, что произошло сегодня, общий язык будет найти не так-то просто. Но стоит ли убиваться? Теперь в моей жизни и без него достаточно любви и понимания.

И мама скучает, наверное… Волнуется, если до их захолустья дошли слухи о восстании одаренных.

Вот какое слово подобрала! Я больше не чувствовала себя ненормальной.

С этими в общем-то позитивными мыслями я привела себя в порядок и осторожно выскользнула в коридор. Дом гудел, мимо сновали слуги, храны, мужчины и женщины в повседневной одежде. Кто есть кто, я пока слабо себе представляла, поэтому озадачилась поиском хоть бы одного знакомого лица — вдвоем сориентироваться проще.

И лицо не замедлило явиться.

А меня как перемкнуло.

— Ты!.. — Плохо понимая, что делаю, я вцепилась в тонкую ткань персикового оттенка.

Осознание содеянного пришло в ту же секунду и волной страха опалило спину. Она же монстр! Сейчас как откроет свои рты на ладошках…

Но вместо того, чтобы хоть как-то защитить себя, девчонка банально разревелась. Привалилась к стене, у которой стояла, глаза стали красноватыми и влажными, нижняя губа задрожала.

— Стой, ты чего?! — пошла на попятную я, отдергивая от нее руки. — Я ошиблась.

Поздно. Ее уже прорвало.

— Я заблудилась… — хлюп! — … испугалась… и платье… у меня никогда не было… порвалось…

Да, хватанула я от души…

— Идем, кажется, я помню, где моя комната. — Я схватила эту реву за руку и потащила назад по коридору. — Там подберем тебе новое.

Понятия не имею, ее слезы тому виной или страх, что Нико узнает и его мнение обо мне окончательно испортится, но почему-то захотелось сделать для нее хоть что-нибудь. Заодно выясню, что их с моим отцом связывает. Сайриша не слишком вдохновилась и трястись не перестала, но покорно побрела следом. Только у самой двери уперлась и спросила вдруг:

— За что ты так со мной?

Вот тут стало по-настоящему стыдно…

— Я ревновала, — призналась с некоторой долей смущения и распахнула дверь. — Но теперь это уже не важно.

Безумие! Я боюсь ее до полусмерти! Как вспомню обезображенные голодными ртами ладони, так просто брр… Но зачем-то утешаю, даже в комнату к себе привела. Хочется заслужить похвалу от Нико? Или здесь что-то другое?

— Красиво, — поделилась впечатлениями Сайриша, оглядывая мои временные владения.

Правда? Для меня обычно. Побогаче, конечно, чем комнатка у феталь Аделины, но в Бастионе и в доме Тенмара все было на порядок роскошнее.

Ну вот, уже превередничаю!

— А ты меня точно не съешь? — спросила опасливо, закрывая за собой дверь.

— Ты что?! — Она даже реветь от возмущения перестала.

— Согласись, у меня есть причины для беспокойства!

Короткая пауза.

— Я это делала всего два раза в жизни, — нехотя созналась гостья и продемонстрировала мне все еще нормальные руки. Только худые очень, как и вся она. Кости так и торчат!

— Теряла контроль?

— Нет, использовала возможность защитить себя.

Снова повисло молчание. Я решительно ничего не понимала, но уверенность в том, что передо мной стоит мерзкий монстр, стремительно меркла. Ну какое из этой доходяги чудовище?

— Расскажешь?

Девчонка пожала костлявыми плечами и опустилась в кресло. Пришлось мне тоже садиться. Иначе выглядит так, будто я подумываю сбежать.

Но место совершенно инстинктивно выбрала поближе к спасительному выходу.

Первые слова дались ей с трудом, но потом капли слились в ручеек, а тот в свою очередь хлынул бурным потоком. Если отбросить эмоции, то получалась коротенькая и впрямь нерадостная история.

Риша выросла в приюте, родителей не помнила. Жажды крови как таковой не было, но однажды, когда переболела лихорадкой, чуть не укусила одну из медицинских сестер. Организм требовал восстановить силы за чужой счет. Тогда она сдержалась, и никто про страшный секрет не узнал.