Чердынец - taramans

— Юра! Все — нормально, не так ли? Пойми и не обижайся — это было… наваждение — вот! Оно — прошло. И будем жить дальше, да?

— Жаль, очень жаль! Мне с тобой было… очень хорошо! — я повернулся и пошел на выход.

— Мне тоже было хорошо! Всего доброго, Юра!

Я — обиделся, я очень обиделся! Вот хрен поймешь этих женщин!

Больше у нас с ней ничего и никогда не было. Хотя периодически мы встречались, случайно — на улице, в различных учреждениях, в кафе. Просто вежливо здоровались и расходились.

И вот эта Алена — стоит передо мной. И ей сейчас — двадцать два или двадцать три года…

— Кать! Ты и не говорила, что у Вас такая девчонка красивая есть! — я, улыбаясь, смотрел на Алену. Она же была явно удивлена.

— Ты что, совсем дурак? Какая тебе девчонка? Это Алена Александровна — наш руководитель! — Катька зло шипела, зыркая на меня, и старясь не привлекать внимания окружающих.

— Катя! А кто этот мальчик? — Алена заулыбалась.

— Да — не обращайте внимания! Брат это мой, придурок полный! У него — с головой не все в порядке! — Катя старалась развернуть меня и отправить восвояси.

— Ага! Я в глубоком детстве с березы упал, головой ударился! — я продолжая смотреть на Алену и улыбаться, подтвердил слова сестры.

— Вот как?! Клоун, значит? Интересно…, — Алена взяла мороженное и начала его облизывать и посасывать. Ох, как она это делает! Не специально, конечно, но как прикажете есть мороженое, если оно еще толком не подтаяло?

— Да! Я — такой! — я продолжал придуриваться.

— А ты, мальчик, не хочешь к нам походить? А то у нас мальчишек вечно не хватает? — Алена продолжала улыбаться. Катька в ответ на ее слова закатила глаза — ну да, ей вовсе не «улыбалось» заниматься еще и танцами рядом со мной!

— Я смотрю — парнишка ты стройный, спортивный даже. Потенциал есть — Алена продолжала меня «соблазнять», а я во все глаза глядел, как она управляется со сливочным лакомством.

— А… Извините. Я бы со всем удовольствием занимался у такого руководителя… Но… у меня другие планы — больше со спортом связанные, еще раз — извините…, — Катьке все же удалось меня развернуть и направить прочь.

— Всего доброго! Очень рад был познакомиться с Вами, Алена! — Катька толкала меня в спину и шипела: «Ты что опять устроил, балбес! Ты еще с Аленой позаигрывай, придурок!».

За спиной я явно слышал негромкий смех девушки-хореографа. Э-э-э-х-х-х!

Потом мы пошли всей компанией — продолжать гулянья в Рощу.

Это еще одна такая местная традиция — после официального праздника, народ расходится компаниями по Роще и занимает места на полянках. По крайней мере — жители близлежащих поселков — РТС, Дорстроя, Мелиораторов, ближних улиц Кировска.

Компаний таких — много. Практически под каждой березой сидят люди. Одни компашки небольшие, три-четыре человека. Другие — как у нас и под двадцать человек. Многие друг друга знают, переговариваются, шутят, смеются. Есть и те, кто, пользуясь настроением людей и многими знакомствами, бродят от березы к березе, «хлопая» по рюмашке тут и там. И уже через час-полтора, «нахлопавшись» — спят под деревьями.

Но — таких немного, особой любви и уважения они у людей не вызывают. Где-то и гармонь уже играет, и поют люди. Ребятишки носятся между деревьями.

По команде бабушки, я, дядька Володька, присоединившийся к нам Сашка Полоухин и тетя Надя — быстро идем домой к бабе Дуси. Что тут идти-то? Забираем заранее приготовленные женщинами закуски, напитки в сумках и сетках и возвращаемся назад, к своим. Не нести же это все сразу с собой — на концерт, правда же?

Все рассаживаются вокруг расстеленных на траве новых, чистых половичков, сюда же выставляется снедь. Все едят с аппетитом — проголодались! Мужики разливают «беленькую», у женщин, в основном — какое-то красное вино. Потом, когда голод сбит и все насытились — уже степенно начинают выпивать и закусывать, под разговоры, шутки, побасёнки-анекдоты.

Есть и еще одна черта у моих родственников — Камылиных. Они все, ну — почти все! — песенники. Когда застолье клонится за свою половину, обычно дедушки и бабушки — запевают. Но сейчас у нас есть штатный запевала Камылиных — тетка Надя. Ей помогает моя мама, потом подключаются остальные. Интересно, ведь никто никогда не репетирует такое, а поют хорошо, слаженно так! Тут и тетя Аня дала знать, что она тоже — пусть и бывшая, но Камылина. И муж ее, дядя Саша — оказывается, тоже поет, таким — чуть хрипловатым тенорком!

Раньше я, когда подрос, обычно до таких моментов за общим столом — не засиживался. Убегал по своим делам, к друзьям, к подругам. А сейчас вот сижу, слушаю — и мне очень нравится. Поют мои родные разные песни, в основном народные. Да еще и такие, о которых я и не знал, которые — не слышал никогда.

Мы сидим рядом с Сашкой Полоухиным. А ничё он пацан, нормальный такой. И компанейский, и с головой. Мы с ним даже поборолись мальца — подурачились. Крепенький, ага… Если бы не моя верткость — мне бы вообще ничего не светило. А так — удалось немного посопротивляться. Все не так позорно он меня по траве «повозил». Что не понравилось в нем — очень уж он откровенно пялился на Катькины и Светкины коленки, зараза!

Я его уже и кулаком в бок пихал, шептал, чтобы не смел так пялится. А он, дурень, ухмыляется и говорит, мол, ладно — на Светку пялится не буду, если уж ты так хочешь. А вот Катька — она вообще твоя сестра, поэтому ты к ней ничего иметь не можешь, а вот он, как брат двоюродный — вполне себе может! Убил бы, гада!

В какой-то момент настроение немного подпортил дядя Саша — сын деда Гены. Подпив, он стал гонор проявлять — ну как же! главный агроном колхоза! начальник же! И что-то понесло его — стал учить всех жизни, да рассказывать, какой он хозяин, да организатор! Родственники сначала притихли, потом разобрались «откуда ветер дует», да осадили его все скопом — шутками, подколками, да и просто так, прямо — в лоб! Тетка Аня его так смешно передразнила