Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

Непрестанно стреляя и на бегу меняя обоймы, Солк, пока его прикрывал Нициас, добрался до носа корабля и прицельным огнем стал снимать телохранителей, сидевших за посадочной опорой.

— На борт! — приказал Солк Нициасу.

Под прикрытием Каррика гигант обежал судно и швырнул пленника над посадочной рампой прямо в пассажирский отсек. Когда он сам втискивался в проход, по его спине, выбивая осколки керамита, застучали заряды.

Крин погрузился следующим, а за ним Солк и Каррик, продолжавшие, забираясь внутрь, отстреливаться длинными очередями.

Внутри маленькое помещение покрывала роскошная обивка насыщенных и совершенно не сочетающихся цветов картеля Поллоса — зеленого и красного. Отсек предназначался для десятка нормальных пассажиров, но, когда туда влезли четыре космодесантника и их единственный пленник, в нем стало трудно повернуться. Сержант оглядел остатки своего подразделения. Доспехи Каррика покрывала копоть, вишневая окраска почти полностью обгорела. Шлем он потерял, а одна из щек была сильно обожжена. Перчатки Крина дымились из-за перегревшегося плазмагана, а броню Нициаса испещрили следы попаданий. Многие из ран гиганта все еще кровоточили, хотя его кровь и сворачивалась мгновенно, превращаясь в темно-красные кристаллики.

Пленник сжался на застланном ковром полу и практически не шевелился, если не считать слабого дыхания.

Развернувшись, Солк увидел люк, ведущий в кокпит шаттла. Тот был закрыт. Сержант отбросил в сторону болтер и вцепился пальцами в края двери, вырвав ее из креплений под скрежет железа. В кокпите сидели двое молодых, трясущихся от страха пилотов в изумрудной форме. В затылки их выбритых голов были вставлены нейроконтакты. Солк посмотрел на показания инструментальных панелей — шаттл оказался полностью заправлен и готов к отправлению.

Сержант стащил с себя шлем, ощутив наконец бегущий по лицу пот. Его ноздри тут же наполнились дымом, поднимавшимся от болтеров, запахом опаленной кожи Каррика и вездесущими миазмами городских загрязнений.

— Взлетаем, — произнес он.

Пилоты помедлили пару секунд, загипнотизированные огромной, закованной в броню фигурой, проломившейся в кокпит. Затем они повернулись к пультам управления и почти механически стали включать основные двигатели и маневровые турбины. Рев моторов заглушил стрельбу и крики.

Солк снова обернулся к пассажирскому отсеку. Всего в нескольких метрах от закрывающейся рампы он увидел приближающуюся толпу изнуренных чумой людей, раздавившую и телохранителей, и самих глав картеля Поллоса. Крин прицелился, но сержант отвел в сторону сопло его плазмагана — в этом уже не было необходимости. До взлета оставалось всего несколько секунд. Эти люди уже ничем им не угрожали.

Рампа захлопнулась, и раздалось шипение герметизации. Солк снова вернулся в кокпит и через обзорный экран увидел, как полыхают шпили улья Квинтус, окутанные облаками дыма.

Из основных дюз вырвалось пламя, и судно устремилось вперед, удаляясь от огненного кошмара Юменикса и улья Квинтус. Сержант оставил многих достойных космодесантников в этом городе, включая капитана Дрео. И ни одну из этих потерь Орден не мог легко восполнить. Но раз уж их пленник выжил и был вывезен с планеты, любые потери можно было посчитать приемлемыми. Командор Сарпедон был предельно откровенен, когда говорил это Дрео, а значит, Солку предстояло исполнить приказ после гибели капитана.

Сержант возвратился к своему подразделению. Каррику и Нициасу требовалась медицинская помощь, а сам Солк, прежде чем превратиться в сержанта и удостоиться внимания Сарпедона после ужасной гражданской войны в Ордене, был младшим апотекарием Испивающих Души. Что еще важнее — пленник находился в шоковом состоянии и нуждался в надлежащем уходе.

Они обыскали шаттл на предмет запасов. До того как их смогут подобрать, могло пройти некоторое время, а пленник должен был остаться в живых. Затем Солк мог позволить своему подразделению погрузиться в полусон, а сам — остаться присматривать за пленником и сделать все возможное, чтобы обеспечить им безопасное возвращение к Ордену.

Солк не знал всех подробностей плана Сарпедона. Но ему было известно достаточно, чтобы догадываться: его миссия только начинается.

Субсектор Терион лежал на пустынном космическом тракте и только благодаря своим астероидным полям, богатым редкими минералами, становился известен хотя бы терпеливым геологам, обрабатывавшим их. И именно геологи первыми предупредили утилизационные команды Имперского Флота о появлении чего-то необычного и загадочного, возникшего без предупреждения и словно случайно выброшенного из варпа.

Это «что-то» оказалось огромным. В некоторых его частях все еще можно было распознать имперские военные корабли, чьи орлиные профили выпирали из искореженной груды металла. Меньшие суда — истребители и эскорты — сплавились в жуткие и угловатые стальные созвездия. Другие же секции были абсолютно чужими, составленными из серповидных корпусов или луковиц органических машин. Общее количество космолетов, объединившихся в мешанину «Космического скитальца», не поддавалось подсчету. Сказать можно было только то, что он образовался из кораблей многочисленных эпох и, иногда, принадлежавших совершенно незнакомым цивилизациям. «Скитальцу» явно довелось участвовать в сражениях, причем совсем недавно. Свежий серебристый шрам протянулся по его поверхности там, где огромный участок обшивки был словно вспорот гигантским когтем. Команды утилизаторов из Военного Флота сочли этого «Скитальца» одной из самых уродливых находок в своей жизни.

Инквизитор Таддеуш был с ними согласен. Чудовищные очертания гигантского корабля, выведенные на гололитический обзорный экран, казались огромными даже с мостика «Полумесяца», парящего в нескольких уровнях от моторного отделения. Над широким участком космоса, на который взирал Таддеуш, господствовала серо-черная туша «Космического скитальца». Свет Териона, главной звезды субсектора, выхватывал скалистые металлические выступы, пространство между которыми заполняла непроницаемо-черная тень. Рядом со «Скитальцем» поблескивали серебряные нити, выпущенные судном утилизаторов, передававшим информацию стоявшему рядом эскортному крейсеру «Покорный», а через него и «Полумесяцу».

Капитан «Покорного», не дожидаясь официального запроса, согласился принять Таддеуша в качестве командира этой операции. Судя по журналам первых дней разбора «Космического скитальца», семьдесят четыре «мусорщика» проникли на его борт. Тринадцать — возвратились.

Уцелевшие докладывали об отсутствии опасных организмов, как правило обживавших такие бродячие корабли, зато отчитывались об огромном количестве профессионально спрятанных ловушек. Связки фраг-гранат крепились к люкам. Орудийные сервиторы охраняли перекрестки. Воздушные шлюзы выходили прямо в открытый космос.

Но кое о чем все равно можно было догадываться. Внутри обнаружили области, разделенные на монастырские кельи и библиотеку, заставленную книгами в кожаных переплетах. Один из вернувшихся рассказал о палубе, где стояли истребители и грузовые суда. Все это нашли еще до того, как информация о находке достигла Таддеуша, который приказал заморозить поиски, пока он сам не прибудет и не станет присматривать за всем лично.

«Космические скитальцы», состоящие из кораблей, затерявшихся в варпе и дрейфовавших там веками, прежде чем снова вынырнуть в реальное пространство, часто становились домом для диких ксеносов, безумных культистов и куда худших тварей. Но в этом «Скитальце», каким бы огромным он ни был, похоже, не обитало ни одно подобное чудище. Кроме того, казалось, что до недавних пор это место было населено.

Пальцы Таддеуша забегали по пульту управления навигационного аналоя, и в глубине обзорного экрана возникло несколько дополнительных окон. На них выдавались размытые изображения с камер, закрепленных на плечах офицеров поисковой команды. Те сейчас сидели вместе со своими людьми в армейских посадочных шлюпках, состыковавшихся с ближайшими шлюзами «Скитальца». Учитывая общую площадь космического бродяги, шансов на обнаружение хотя бы чего-нибудь важного почти не оставалось. Подобная задача требовала многолетнего труда, поэтому Таддеуш отправил их проверить только наиболее стабильные и опознаваемые участки, такие как древний медицинский крейсер Империума и эскадренный миноносец времен Готических Войн.

Утилизационные бригады Военного Флота Империума состояли из закаленных ветеранов, привычных работать в самых опасных условиях, какие только можно было обнаружить в глубинах космоса. Они знали, что на «Скитальце» уже погибли люди, но были готовы продолжать, чтобы получить за свои находки деньги, на которые можно было бы пуститься в загул в ближайшем же порту. Вооруженные ружьями и крепкой выпивкой, они, в основной своей массе, стали бы пиратами или контрабандистами, если бы их не завербовали во Флот насильно при зачистках ульев и пограничных миров. Жаль было бы промывать им мозги, если бы они нашли там что-нибудь, о чем не должны знать. Но и про такой риск эти люди знали.