Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

И еще этот пикт-файл с записью сражения, который только что просмотрел Таддеуш.

— К записи регулярно обращались, — пронесся над библиотекой голос.

Дознаватель Шен был высоким и привлекательным мужчиной, все еще сохранявшим черты воина-дикаря из-за архаичной кирасы и инферно-пистолета на поясе. Речь его была несколько монотонной и казалась даже механической, поскольку высоким готиком он овладел достаточно поздно, и то благодаря техникам обучения во сне.

— Что бы это ни значило для них, но Испивающие Души всесторонне изучили запись, прежде чем уйти. Вот почему техножрецы смогли собрать ее по кускам с нескольких когитаторов.

— А они могут сказать, что там изображается? — Таддеуш медленно прокручивал запись назад, глядя, как сражение разворачивается в обратную сторону.

— Мы предполагаем, что это одна из их последних баталий. Место действия не столь важно. Возможно, именно тогда они потеряли многих своих людей. Но Адептус Механикус стали первой организацией Империума, против которой обернулся Орден, а в этой записи они почему-то сотрудничают.

Таддеуш покачал головой и указал на оружие, высасывавшее пули из тел эльдарских воинов-аспектов.

— Это болтер модели «Кентаври». Перед тем как Испивающие Души отвернулись от правды, их вооружение было значительно обновлено, а значит, запись сделана не менее десяти лет тому назад. До ереси. Необходимо узнать, где это произошло. Техножрецы приступили к доскональной проверке?

— Приступили, мастер Таддеуш, — ответил Шен. — Но тут особо не с чем работать. Аванпост являет собой обычную КСО-постройку, а местность лишена отличительных признаков. Да, это один из аванпостов Адептус Механикус, расположенных в тундре. Но таких можно насчитать несколько тысяч. А если речь и в самом деле идет о настолько давних событиях, как вы говорите, он может и вовсе уже не существовать.

Таддеуш поставил на паузу. Изображение застыло на том мгновении, когда тактический отряд перепрыгивал через первые линии баррикад, взламывая оборону Диких Мстителей — одного из наиболее дисциплинированных эльдарских аспектов, неутомимых и преданных воинов, ставших главной опорой правящей элиты этой расы. Но Испивающие Души проломились и через них, и через другие аспекты, хотя и сражались без поддержки против превосходящих сил противника. В свое время, подумал Таддеуш, они были достойны восхищения. Великие и бесстрашные воители, но одержимые гордыней. И гордыня эта привела их к ужасной ереси, заставившей порвать даже свою связь с Империумом. Жаль было уничтожать их, но Таддеушу предстояло сделать все возможное, чтобы так все и завершилось.

— Если это важно для них, — сказал инквизитор, — значит, это важно и для нас. Если мы найдем, где сделана запись, — отыщем и Испивающих Души. Шен, ты можешь пока самостоятельно проверить остальные наводки. Это большая ответственность.

— Я справлюсь, наставник.

Шен служил у Таддеуша уже семь лет, причем несколько из них — в ранге дознавателя.

В отличие от инквизитора он в первую очередь был воином, но Таддеуш приложил все свои старания на то, чтобы развить разум этого человека, и теперь не сомневался: его воспитанник сможет за себя постоять.

— Хорошо. Прикажи астропатическому хору прибыть на «Сломанный хребет» и снова провести свои ритуалы. Я хочу, чтобы они рассказали мне как можно больше про свои видения об Испивающих Души, пусть те будут даже тривиальны или неправдоподобны. Они также могут помочь нам взять эту территорию под свой контроль. Пусть к ним присоединятся и астропаты с «Покорного». Воспользуйся моей властью. «Сломанный хребет» становится нашей оперативной базой до тех пор, пока я не скажу обратного.

Шен учтиво кивнул наставнику и отправился исполнять поручение. Таддеуш задумался над тем, сможет ли его воспитанник действительно однажды стать инквизитором. По правде говоря, Шену не хватало терпения и воображения, чтобы выслеживать врагов, угрожавших человечеству изнутри. Таддеуш знал собственные силы и понимал, что воспитаннику до него еще очень далеко. Однако лучшего дознавателя он не желал — тот был преданным, исполнительным и способным проявить предельную жестокость в сложной ситуации человеком.

Таддеуш снова посмотрел на голографическое изображение, где гиганты в пурпурной броне бесстрашно мчались сквозь бурю вражеского огня. Инквизитор никогда по-настоящему не понимал, как космические десантники, а в особенности ориентированные на штурмовые операции Испивающие Души, умудрялись просчитывать тактику безумных, самоубийственных атак и каким-то образом добиваться победы за победой там, где обычных людей просто изрубили бы на куски. Казалось, что их вера и самоотверженность позволяли справиться с тем, перед чем пасовали тело и логика.

Но теперь их вера извратилась настолько, что целый Орден этих гигантов объявил себя врагами Империума. Таддеушу сложно было представить более опасного неприятеля.

Это был замечательный день. Впрочем, как и всегда в Доме Йенассис. Купол, под которым протянулся хабитат, возвели из электрореактивных материалов, благодаря чему небо над ним всегда оставалось безупречно голубым, какими бы ни были внешние погодные условия на планетоиде. Атмосфера поддерживалась на уровне, соответствующем вечному летнему дню, что позволяло буйно цвести восхитительным инопланетным растениям в саду. Франтис Йенассис каждый день отправлялся на прогулку по саду и углублялся в него до тех пор, пока золотые минареты дворца не скрывались за раскидистыми ветвями завезенных сюда деревьев.

Дом Йенассис представлял колонию, протянувшуюся на несколько километров вширь под воздушным куполом и состоявшую из самого дворца, полей с теплицами, скопления простых деревенских домиков для прислуги и напоминающего храм комплекса, где размещался Великий Галактариум. Йенассис — такова была фамилия навигаторов, служивших Империуму уже десять тысяч лет, прошедших со времен Ереси Хоруса. Франтис Йенассис, действующий патриарх Дома, и сам когда-то водил звездные суда Императора сквозь варп, где только взгляд такого, как он, мог найти дорогу, но после долгой карьеры вернулся, чтобы взять главенство над Домом. Жизнь его была хороша, особенно если учесть, в каких условиях приходилось существовать миллиардам менее преуспевших людей. Но он заслужил такую жизнь, ведь, как Франтис был абсолютно убежден, без навигаторов Империум станет только скоплением изолированных друг от друга звезд, брошенных на милость врагов.

Дел этим днем предстояло много. Франтису надо было договориться с Департаменте Муниториум о заключении контракта с Имперской Гвардией на охрану многочисленных отпрысков Дома Йенассис в их путешествиях. Требовали рассмотрения и вопросы взаимовыгодных союзов, связывавших навигаторов как с отдельными частными лицами, так и с организациями Империума. Необходимо было зарегистрировать новорожденных, и Франтис должен был расписаться под заключениями экспертизы, подтверждавшей, что новые носители гена навигаторов чисты от разрушительных мутаций. Также пора было проверить счета Дома, а это знаменовало долгий и мучительный труд. Да, челядь, без сомнения, подсунет ему под нос ворох бумаг, требующих прочтения и подписания или же каких-либо иных действий, но впереди еще целый день. Утро можно было посвятить наслаждению садом, ведь зачем еще Франтис Йенассис столь упорно трудился, если не затем, чтобы заслужить немного отдыха в старости?

Позади беседки раскинулось одно из прекраснейших озер хабитата, где под нависающими над водой ветвями пальцевых деревьев с серебристой корой скользили тенями морские дьяволы.

Франтис прошелся по изящному, стилизованному под старину мосту, перекинутому через пруд, и взглянул на стайку птичек-самоцветок, кружащих под голубым куполом.

Вдруг самоцветки, будто в страхе, бросились врассыпную. А потом Франтис услышал это — раскатистый грохот, словно по поверхности купола били огромным молотом. Неожиданно по одной из секций свода пробежали уродливые черные трещины, а затем она обрушилась со звуком, напоминающим раскат грома.

Вниз посыпались огромные листы стекла, похожие на гигантские кинжалы, вонзившиеся в землю в пределах видимости от пруда. Раздался рев ветра, когда теплый воздух вырвался в разлом, устремляясь в более холодную атмосферу снаружи. Дыра в куполе была огромной, и Франтис с ужасом увидел тучи, сереющие в небе планетоида. Деревья закачались, по воде побежала рябь. Ветер развевал изукрашенные драгоценными камнями одеяния патриарха, неожиданно ощутившего холод.

Крошечный черный силуэт выпал из грозовых облаков и устремился к разлому в куполе. Когда предмет приблизился, Франтис сумел разглядеть металлическую луковицу, разделенную на сегменты, что делало ее похожей на нераскрывшийся бутон уродливого серого цветка. Из-под днища вырывалось реактивное пламя, замедляющее спуск, но все равно, когда предмет упал на ухоженную лужайку примерно в трех сотнях метров от патриарха, на месте посадки взметнулся фонтан земли. Потом появились еще две стальные луковицы, а затем и четыре. Франтис понял, что последняя из них направляется к пруду, возле которого он стоял.