Вильгельм Завоеватель. Викинг на английском престоле - Дэвид Дуглас

Правление Вильгельма Завоевателя, несомненно, было временем великих бед для английского крестьянства, которое составляло примерно девять десятых населения Англии. Даже в самых оптимальных условиях жизнь крестьян была нестабильной, поскольку у них было мало продовольственных запасов. В результате одного неурожая сразу же возникала нехватка пищи, а два плохих урожая подряд могли привести к ужасному голоду, который был так характерен для тех лет. Но эти бедственные условия, в которых жизнь и здоровье можно было сохранить с большим трудом, не являлись последствием Нормандского завоевания. Вообще, в том, что оно преумножило бедствия, есть определенные сомнения. Если учитывать, что во времена политических перемен на долю наименее удачливых людей всегда выпадают лишения, утверждение, что при Вильгельме Завоевателе не было ломки коренных основ жизни английского крестьянства, остается верным.

На жителей английских городов его правление повлияло примерно так же: заметных различий в последствиях не было. О том, что король был заинтересован в процветании английской торговли и городов, в которых она была сосредоточена, уже было сказано: но для людей, которые жили в этих городах, это было время большого риска. Иногда случались поистине огромные несчастья. Например, Йорк был разграблен несколько раз подряд. Постройка замков в главных городах Англии часто приводила к печальным последствиям. В Линкольне для того, чтобы освободить место под новую крепость, было уничтожено самое меньшее сто шестьдесят домов. Такие действия способствовали обеднению многих людей и вели к увеличению численности городской бедноты. Тем не менее, основы роста английских городов не были подорваны. В годы царствования Завоевателя города продолжали страдать от последствий Нормандского завоевания, которое нанесло по ним удар. К 1086 году они еще не залечили свои раны. Но меньше чем через шестьдесят лет после смерти Завоевателя города Англии процветали больше, чем когда-либо до этого, и это развитие, вероятно, в какой-то степени произошло благодаря нормандским правителям и консервативной политике Вильгельма. Многие элементы городского самоуправления, характерные для Англии XII века, в зародыше существовали при Эдуарде Исповеднике, а Вильгельм сохранил и развил их. Достойно внимания большое количество англо-нормандских грамот, адресованных английским городам и касающихся их прошлого.

Структура городского населения не претерпела значительных изменений в результате Нормандского завоевания. Но возможно, один процесс, который позже имел большие последствия, начался с указов Завоевателя. Сомнительно, чтобы до Нормандского завоевания в Англии были постоянные еврейские поселения, но можно с уверенностью сказать, что в Руане в середине XI века существовала еврейская община. И почти несомненно, что группа этих руанских евреев прибыла в Англию вслед за Завоевателем и по его указу основала там колонию. Значение этой колонии стало быстро возрастать. К 1130 году еврейская община прочно обосновалась на новом месте и процветала. Но было бы ошибкой заявить, что в Англии XI века существовало что-то похожее на тот широкий размах, который приобрела деятельность евреев в Англии при Анжуйской династии. Таким образом, последствия деятельности Вильгельма в этом отношении стали заметны лишь значительно позже. Завоеватель облегчил приезд евреев в Англию, и на протяжении всего XII века еврейская община Англии не только оставалась по преимуществу французской, но и сохраняла тесные связи с англо-нормандской монархией. Несмотря на то что этот процесс начался по инициативе Вильгельма, он мало продвинулся вперед при его жизни. Сомнительно, чтобы в его время прочно обосновавшаяся еврейская колония существовала где-нибудь еще, кроме Лондона.

В XI веке повседневная жизнь английского народа самым непосредственным образом зависела от обычаев и традиций, а Вильгельм постоянно заботился об их сохранении. По этой причине его должностные лица, какими бы суровыми и грубыми они ни были, вероятно, предпринимали какие-то меры для ослабления бедствий, выпавших на долю его беднейших подданных во время смены власти. У английских крестьян были причины быть благодарными новой аристократии за то, что она поселилась в их стране, не перевернув все вверх дном. Среди занесенных в «Книгу Судного Дня» судебных процессов можно встретить много случаев, когда арендаторам-англичанам возвращали часть имущества, отнятого у них новыми землевладельцами или алчными шерифами. В долгосрочной перспективе крестьянство получило выгоду от того, что король строго следил за охраной общественного порядка на местах. В этом случае он тоже следовал своему обычному правилу приспосабливать местные институты для своих целей. Например, своим известным указом он сделал население сотни коллективным ответчиком за убийство любого из его сторонников. В указе говорилось, что если в течение пяти дней убийцу не обнаружит его господин, то население сотни, где было совершено это преступление, должно внести ту часть штрафа за убийство, которую не в состоянии выплатить господин. Этот штраф, называвшийся «murdum», был очень большим – сорок шесть марок серебром. По правде говоря, порядок, который поддерживался таким путем, покупался очень высокой ценой, но пользу от него почувствовали современники Вильгельма по обе стороны пролива. Англичанин с благодарностью написал о том, что Вильгельм установил хороший порядок, а нормандские летописцы все как один жалуются на то, что после смерти Завоевателя общественная безопасность в его герцогстве уменьшилась.

Метод правления, который Вильгельм Завоеватель использовал в своем составленном из двух частей королевстве, был замечателен во всех отношениях. Его власть была суровой и грубой, но она никогда не была слепой тиранией. Часто отвратительная в своих наиболее жестоких проявлениях, она была приспособлена к условиям Нормандии и Англии и имела долговременные последствия, особенно в области правосудия и финансов. Не следует забывать и о том, что эта власть действовала по одному и тому же образцу на всей территории королевских владений. Двор Вильгельма повсюду следовал за своим королем в его поездках, и потому королевское правосудие развивалось примерно по одному и тому же пути в Нормандии и в Англии. Канцлеры Вильгельма тоже вели дела по обе стороны пролива. Херфаст имел отношение к грамотам, касавшимся как Нормандии, так и Англии. Осмунд часто исполнял свои должностные обязанности в герцогстве, и то же можно сказать о Морисе. Таким образом, с 1066-го по 1087 год все области английской государственно-административной системы испытали на себе нормандское влияние, но и английская управленческая практика часто переносилась на другую сторону пролива. Те беспорядки, которые начались в Нормандии сразу после смерти Вильгельма, служат несомненным доказательством того, что стабильность, которая преобладала в герцогстве в 1066–1087 годах, в значительной степени обеспечивалась эффективностью его правления.