Вильгельм Завоеватель. Викинг на английском престоле - Дэвид Дуглас

Не меньший доход приносили и сами города, в которых была сосредоточена торговля. Разнообразие английских городов было столь велико, что трудно делать какие-либо обобщения, к ним относящиеся. Как правило, если город был достаточно крупным, он принадлежал королю, который брал себе две трети получаемой городом прибыли. Получаемые суммы (их источником служили чеканка монет, аренда королевской собственности или рыночные пошлины) могли быть очень крупными. Несомненно, деньги городов обеспечивали королю значительную часть его богатства и власти.

Экономические потери, которые принесло Англии военное вторжение, оборачивались выгодой для Нормандии и в конечном итоге для самого Вильгельма. Сокровища, привезенные из Англии в 1067 году, привлекали к себе внимание, и в последующие несколько десятилетий развитие Нормандии во многом происходило за счет богатства, добытого в Англии. Было много прямого разграбления Англии победителями ради герцогства, но все же благосостояние Нормандии после 1066 года увеличивалось не таким путем. Нормандские аббатства и крупные нормандские феодалы стали владельцами английских земель, и обработка этой земли обеспечивала финансовую основу для расширения коммерческой деятельности нормандцев. Имеются достоверные свидетельства материального преуспевания аббатства в Фекане под мудрым управлением аббата Иоанна. В других источниках есть указания на то, что нормандцы значительно расширили территорию своих торговых операций. Сумма пошлин, которые взимал епископ Котанса Жофрей с 1049-го по 1093 год, выросла в четырнадцать раз, и можно предположить, что примерно на столько же увеличилась сумма пошлин в Кане и, возможно, в Байе. В Руане расцвет коммерческой деятельности поражал еще больше. Торговля, которая и прежде активно велась в этом портовом городе, стала столь масштабной, что привела к началу формирования торговой аристократии. К 1091 году некий Конан из могущественной семьи Пилатен, принадлежавшей к сословию горожан, славился своим состоянием. Его богатство дало ему возможность на собственные деньги нанять значительное количество воинов-наемников для поддержки Вильгельма Рыжего.

Вся эта активность по обе стороны пролива была на руку королю, в особенности тем, что способствовала увеличению денежного потока. В бытность герцогом Вильгельм потребовал для себя монополию на чеканку денег и собирался сохранить ее как король. В герцогстве существовало всего два монетных двора – в Байе и в Руане. После похода их значение, разумеется, сильно возросло. Оказавшись в Англии, Вильгельм обнаружил, что в этой стране чеканка – гораздо более мощный источник доходов. Характерная особенность Англии заключалась в том, что каждый ее город имел свой монетный двор. Известно, что за короткое правление короля Гарольда деньги для него чеканились по меньшей мере в сорока четырех местах. Поэтому монопольное право Вильгельма на чеканку денег приобрело после завоевания Англии первостепенную важность. Выше уже упоминалась деятельность нормандского чеканщика Раннульфа перед завоеванием Англии. Его сыновья унаследовали и умножили богатства своего отца. Один из них, Валеран, который сам был денежником (банкиром), столь успешно распространил свою деятельность на Англию, что приобрел земли в Кембридже, Суффолке, Эссексе и Хартфорде, а также дом в Лондоне на Деревянной улице.

К сожалению, дать сколько-нибудь точную оценку размера дохода, который Вильгельм ежегодно получал с Нормандии и Англии, невозможно. Во-первых, трудно найти соответствующую информацию, а во-вторых, слишком рискованно называть его эквивалент в современных деньгах. Но по меркам нашего времени общая сумма была огромна. Вильгельм был известен как богатый государь, и в час его смерти его финансовое положение было прочнее, чем у любого другого правителя в Европе. Он оставил своим преемникам огромное наследство, хотя никогда не имел необходимости быть скупым. Великолепие его двора и щедрость при раздаче милостыни были известны всем. Зять Вильгельма называл своего тестя вторым по щедрости человеком после византийского императора. Установленный им церемониал, по словам Вильгельма из Малмсбери, стоил так дорого, что, перестав следовать ему, Генрих I сэкономил приличную сумму денег. Ну и конечно же постоянные войны, которые Вильгельм вел в целях обороны своего королевства, могли быть оплачены лишь из большого дохода. Имея в обеих частях своего королевства весьма эффективные финансовые структуры, Вильгельм развивал их для того, чтобы объединенные ресурсы позволяли удовлетворять политические нужды англо-нормандского королевства. Действительно, своим существованием оно в значительной степени обязано тому богатству, которым Вильгельм получил возможность распоряжаться.

Но окончательную оценку правлению любого средневекового короля всегда нужно давать на основе того, как он вершил правосудие. В этом отношении виртуозное мастерство Вильгельма как государственного деятеля было особенно заметно. Как мы уже видели, и курия короля Вильгельма, и курия герцога Вильгельма в своей основе были феодальным судом, подтверждавшим правильность феодальных законов и обычаев. О некоторых разбирательствах этого суда в период с 1066-го по 1087 год уже было сказано. В качестве территориальных единиц судебной власти на местах в Нормандии Вильгельм использовал виконтства. В Англии для этой же цели он использовал местные суды древнего происхождения, существовавшие в ширах и сотнях. По сути дела, смешение нормандских феодальных идей с дофеодальными английскими традициями ни в чем не проявлялось так явно, как в использовании Вильгельмом местных судов для дополнения юрисдикции королевской курии.

Центральной фигурой этого процесса был шериф. В правление Вильгельма шерифами стали крупные феодальные владетели, которые получили право лично вершить суд. Кроме того, они по своей должности находились в особых отношениях с судами округа и сотен, и было естественно, что, как и их саксонские предшественники, рассматривали в этих судах дела, имевшие касательство к королю или королевству. Правда, шериф мог разделять эти обязанности с другими чиновниками. Должность местного юстициария была создана в Англии при Вильгельме Рыжем. Вполне возможно, что время от времени нечто подобное возникало и функционировало и при Завоевателе. Совершенно ясно, что аббат Этельвиг, настоятель монастыря в Эвешеме, занимал в 1072 году какую-то официальную судебную должность в западных округах. Позже в других округах такие должности занимали и другие люди, хотя они редко именовались юстициариями своего округа. Но какими бы дополнительными средствами ни пользовался Вильгельм, чтобы представлять королевское правосудие в английских окружных судах, именно шериф оставался непосредственным исполнителем воли короля, и, как правило, именно шерифу были адресованы указы короля, повелевающие рассмотреть какое-либо дело. Вильгельм имел возможность непосредственным образом вмешиваться в дела местных судов, направляя членов своего собственного суда для ведения особо важных судебных процессов. Как мы увидим дальше, многие виднейшие представители нормандской аристократии, и светской и церковной, исполняли роль таких путешествующих судей, и самым деятельным среди них был Жофрей, епископ Котанса. Одним из величайших достижений Вильгельма Завоевателя можно смело считать тот успех, с которым древние английские суды были поставлены на службу первому королю-нормандцу, а также то, что они были использованы для поддержания традиций во времена перемен. В этом деле его государственная мудрость повлияла на его английских потомков больше, чем в любом другом. Поэтому данный вопрос заслуживает пояснения примерами.