Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

– Не смею! – радостно проорал мальчик, но, когда Лои ушла, понизил голос. – Ты ведь из Градерона, да? Да?

– Да, – ответил Демиан, не глядя на него. Ему было не по себе, прежде он не общался со своими ровесниками, да еще эндерглидцами, которые градеронцев на дух не переносят. Но врать смысла не было, наверняка Рэвенлир рассказал всем, как и почему он здесь оказался.

К удивлению Демиана, ни презрения, ни гнева со стороны Рилана не последовало. Он испустил восторженный вздох, правда, почти тут же взял себя в руки и посмотрел на Демиана с подозрением.

– А ты правда Розенгельд? – с сомнением спросил Рилан.

– Наверное, – пробормотал Демиан.

– Что значит «наверное»? Твой отец Розенгельд или нет? – Рилан хотел во что бы то ни стало докопаться до истины.

– Розенгельд, – еще тише проговорил Демиан.

– Значит, и ты Розенгельд! – возликовал Рилан. – Пошли сражаться!

Демиан, как и всегда, когда заходили подобные темы, очень расстроился.

– Не могу.

– Почему это? – остался недоволен Рилан.

– Мне… нельзя. Запрещено, – Демиан занялся яблоком, чтобы избежать новых вопросов.

Однако Рилан не собирался ничего уточнять. Открыв рот, он со смесью удивления и восторга смотрел на него. Воспитываемый в Эндерглиде и часто слышащий разговоры воинов и хранителей Врат Рассвета, Рилан был свято уверен в том, что в Градероне живут одни кровожадные убийцы. Жаждущий приключений разум тут же выстроил в его голове нехитрую взаимосвязь – Демиан прячется тут ото всех, он из Градерона, но браться за меч ему почему-то запретили. Значить это могло только одно: он уже успел что-то натворить, наверняка нечто ужасное, за что его и сослали в Эндерглид. И теперь его отец, Рэвенлир, лучший воин светлого города, охраняет малолетнего преступника, чтобы он не сделал еще что-нибудь плохое. В красках представив все это, Рилан проникся к Демиану глубоким уважением – такой же маленький, как и он, но уже с такими достижениями! И совсем не хвастается, сидит себе, довольно безразличный, ест яблоко. Рилан решил не отставать и, хотя он не должен был брать фрукты, как и любую другую еду, без разрешения родителей, он выхватил из корзинки яблоко и в считанные мгновения уничтожил добрую его половину.

– Значит, ты тут, – проговорил Рилан с набитым ртом. – А что потом с тобой будет?

Демиан вздохнул. Ему и самому хотелось бы знать ответ на этот вопрос.

– Надеюсь, вернут домой, – сказал он.

– А не хочешь остаться в Эндерглиде? Нет? Не нравится? – немного обиделся Рилан. – У нас, небось, лучше! Отец рассказывал, что в Градероне тюрьмы жуткие!

Демиан не понял, причем здесь тюрьмы, но пояснил:

– Я просто хочу к родителям.

– А! Можешь пользоваться моими, – великодушно разрешил Рилан. – Они ничего! Хотя не Розенгельды.

Демиан не выдержал и улыбнулся. И сам не заметил, как, отвечая на вопросы Рилана, начал рассказывать ему о Градероне.

Они проболтали добрых полчаса. Потом Лои пришла прибраться в комнате и разрешила им выйти во двор, взяв с Рилана обещание, что он не станет выводить Демиана за ограду.

– Это очень серьезно, Рилан, – сказала она. – Это личный приказ повелителя Гволкхмэя. Демиану нельзя выходить за пределы нашего двора.

Рилан, проникнувшись к Демиану еще большим уважением – сам правитель Эндерглида его опасается! – в виде исключения от чистого сердца пообещал ценой своей жизни преградить Демиану путь, если тот вздумает бежать.

– Ты его, главное, не подначивай, – улыбнулась на это Лои.

Мальчики вышли на крыльцо и, усевшись на ступеньки, продолжили разговор. Но минут через пять Рилан спохватился, что они болтают «как девчонки» и, раз уж они во дворе, нужно обязательно сразиться.

– Но мне нельзя, – напомнил Демиан с грустным видом. – И я… Я не умею, – решил признаться он.

– Нельзя, тоже мне! Я научу, – Рилан совсем не удивился такому заявлению. – Как бить, чтобы не убить… Меня отец учил. Вот погоди!

– Но мне нельзя…

– Заладил! – грянул Рилан. – Мне тоже нельзя! Вот взяли и запретили! Отец говорит – не выходи из дома! А я к нему, на дежурство. Край Эндерглида! Воины! Класс! Но прогнали. Ну их! Я бы и дальше мог, в Градерон! Вот возьму и убегу.

– Не надо, – от души посоветовал Демиан. – Там очень страшно. По дороге.

– И чего же там страшного?

Демиан начал рассказывать, как на них нападали градеронские воины, как Балиан сражался, и как им пришлось убегать. Пока он говорил, Рилан вытащил откуда-то из зарослей кустарника небольшой деревянный меч – такими пользовались в начале своего обучения ученики, но Демиан об этом, конечно, не знал.

– Я еще не учусь! – заявил Рилан. – Но меч достал. Через два месяца… или один… Через сколько-то буду! Поучусь немного и побью Балиана.

– Почему его? – Демиан посочувствовал отцовскому брату.

– Потому что он самый известный Розенгельд! Взял и умер сто лет назад, а теперь опять тут, – Рилан возмущенно засопел и протянул меч Демиану.

Демиан неуверенно сжал в руке рукоять. Такое, пронеслось у него в голове, можно не считать настоящим оружием, и пораниться до крови он им не сможет – да и вообще, проклятие ведь уже снято.

С гулко бьющимся сердцем мальчик несколько раз взмахнул мечом – достаточно ловко, у него это вышло само собой.

– Ух ты! – восхитился Рилан. – Ну, нормально! Не умеет он! Только держать вот так надо.

Он выхватил меч у Демиана и показал ему несколько выпадов, которым его научил Рэвенлир. Демиан попробовал повторить их, и у него неплохо получилось. Глаза засияли восторгом, он сразу забыл о том, что ему нельзя учиться, и о том, что это ненастоящий меч. При каждом взмахе у него перехватывало дыхание. Рилан, за последние месяцы уже вдоволь позабавившийся с игрушкой, наблюдал за ним с покровительственной улыбкой.

Но вдруг Демиан испуганно бросил меч на траву, будто обжегся.

– Ты чего? – удивился Рилан.

Взгляд Демиана не отрывался от ограды, и он тоже посмотрел туда. К калитке подходила Лейан. Понятно, подумалось Рилану, боится быть обнаруженным! Он тут же подхватил меч, чтобы обеспечить новому другу достойное оправдание – мол, тренировался сам, а ему дал подержать.

Рилан не ошибся. Сначала Демиан действительно рефлекторно отбросил меч, увидев Лейан и испугавшись, что она расскажет его отцу об увиденном. Но только сначала. Мальчик уже был готов убедить себя, что ничего страшного в этом нет и, чтобы успокоиться, надо просто спросить у Лейан, можно ли ему тренироваться с деревянным мечом. Немного страшно, что откажут, но не более того.

Однако эти логичные доводы отступили, когда Демиан увидел, как за Лейан торопливо идет, почти бежит какой-то человек с длинными прямыми светлыми волосами, небрежно забранными в хвост. Демиан сразу узнал его и не поверил своим глазам. Ему показалось, что сознание плавно уплывает от него – так он был поражен. Страх смешался с непониманием, встал комком в горле и мешал дышать… Не отдавая себе отчета в том, что делает, Демиан медленно, чуть покачиваясь, направился к калитке.

У самой ограды Лейан остановилась, обернулась и, посмотрев на спешащего за ней Эксентара, вздохнула. Вместе с тем она не сдержала улыбки: управляющий библиотекой на ходу отцеплял от себя котенка, прицепившегося к его ноге. Следом за ним бежала полосатая мать малыша, интересующаяся, судя по всему, Эксентаром, но никак не своим чадом.

– Лейан, пожалуйста, подождите! – взмолился управляющий. – Если я сказал что-то не так… Да уйди же ты! – он аккуратно отодвинул ногой трущуюся об него кошку. – Конечно, мне не следовало так начинать… Конечно, вы разозлились, но я…

– Господин Эксентар, – Лейан улыбнулась, правда, несколько напряженно. – Я не злюсь. Просто я совсем не понимаю, что здесь можно обсуждать и почему вы мне это сказали.

– Но я же пытаюсь объяснить!

Лейан выжидательно посмотрела на него, впрочем, без особой надежды. Все пятнадцать минут с того момента, как к ней подошел Эксентар, он только и бормотал одно и то же, за что потом извинялся. Вот и сейчас управляющий открыл рот, но потом закрыл, сообразив, видимо, что твердит одну фразу, которая никак не объясняет дела. Он смущенно потер переносицу.

– Ну хорошо, – сжалилась Лейан, уверившись, что этот чудной человек не хотел ее задеть. – Вы сказали, что знаете о моих родителях. Что же вы от меня хотите? Так уж получилось, что я сама знаю о них только на словах.

– Разумеется… Это совсем не то… – Эксентар кашлянул. – Но я совсем недавно узнал… Тристан рассказал мне.

Лейан удивленно моргнула. Вот о чем они говорили тогда! Но почему Тристану вдруг вздумалось рассказывать о подобных вещах постороннему человеку? Такого Лейан от него никак не ожидала.

– Очень хорошо, – безрадостно сказала она. – Но повторюсь: чего вы от меня хотите? Я не понимаю.

Смущенный Эксентар, видя, что девушка сердится, беспокойно помялся, отодвинул снова прильнувших к нему кошку с котенком. Он понял, что совершенно не знает, как все объяснить, но если не сможет сейчас, выйдет совсем уж глупо, да и Лейан второй раз наверняка не захочет вступать с ним в беседу.