Военное искусство. Опыт величайшего полководца - Наполеон Бонапарт

потому что в обоих случаях колонны одинаково разделялись реками Адидже и Минчио, оз. Гарда и горами. Это утверждение неточно. Эти два марша не только не аналогичны, а противоположны по своему характеру. Вурмзер и Кважданович разошлись у Роверето, где они были вместе, и двинулись по двум расходящимся направлениям, образующим тупой угол, так что с каждым днем они еще больше удалялись друг от друга. На третий день своего марша один оказался в Брешиа, другой – в Риволи. Именно в тот момент, когда им предстояло встретиться с противником и приступить к выполнению операций, выйдя на равнину, они оказались разделенными двумя реками, озером и горами. Обе французские колонны, наоборот, перед началом движения находились одна на Адидже, а другая – в Брешиа. Они шли по сторонам угла, следуя к его вершине, так что на третий день прибыли одна в Мори, а другая – в Сан-Марко. Они сошлись и были отделены только Адидже, через который ими было переброшено два моста – в Серравалле и Роверето. У этих колонн никогда не прекращалась связь между собой. И эта связь становилась все более легкой, коммуникации все укорачивались по мере того, как колонны приближались к противнику. В последний момент они могли голосом сообщаться одна с другой. Обе колонны Вурмзера выходили из гор на равнину, тогда как французские колонны покидали долину и вступали в ущелья, где численность была менее важна. Имея обе целью дойти до Триента, они, естественно, помогали друг другу на марше, поскольку выступали на узкий театр военных действий.

5. Если доказано, что обе эти операции несравнимы, следует ли из этого, что марш французского главнокомандующего был проведен по правилам и не был сопряжен с риском? Нельзя говорить абстрактно, что этот марш был безопасен, но опасность была невелика. Если бы Вобуа не вышел из Брешиа и Лодрона, ему пришлось бы вернуться в Поло, чтобы там переправиться через Адидже. Это повлекло бы за собой опоздание на пять дней. Дивизии Массена и Ожеро шли уже колоннами по одной дороге, в узких ущельях. Дивизия Вобуа явилась бы только лишней помехой. Наполеон дал подробные наставления на все возможные случаи не только генералу Вобуа, но и генералу Сент-Илеру, надежному офицеру, командовавшему авангардом. Он им посоветовал хорошо разведывать местность и не ввязываться в стычки, если противник непредвиденным и неожиданным движением направится навстречу им с превосходными силами. В этих целях им надлежало держать позади парки и обозы, чтобы можно было без затруднений отойти на один переход. Наконец, дивизия Вобуа все время держала связь с армией – сначала через Рива, а затем через мост Сарка. Она посылала и получала сообщения три раза в день.

6. Думали, что если бы Наполеон занял Леньяго как крепость, назначил туда коменданта, адъютантов, артиллерийских и инженерных офицеров, интендантского комиссара, собрал там склады запасов и поставил 4–5 тысяч человек гарнизона, то коменданту этой крепости не пришла бы мысль ее эвакуировать, а Вурмзер не смог бы ее взять, так как был отрезан от Мантуи, что и привело бы к его гибели. Наполеон это почувствовал и впоследствии распорядился укрепить Леньяго.

7. Если бы с самого начала в Сен-Жорже были возведены циркумвалационные линии, это сильно стеснило бы Вурмзера. В дальнейшем Наполеон распорядился об их сооружении. Они способствовали успеху сражения у Фаворита.

Французская армия, осаждавшая Мантую, независимо от обсервационного корпуса на Адидже и Монте-Бальдо, должна была иметь аванпосты на берегах рек Молинелла и Тартаро. С помощью небольших работ все шоссе из Леньяго в Мантую и всю местность от По до Ревербелла можно было сделать непроходимыми, затопив водой.

8. Раздавались голоса о том, что при марше французской армии через Тироль и ее движении вправо по ущельям Бренты на Бассано создавалось для нее опасное положение; что если бы Вурмзер двинулся на Верону, он отрезал бы ей отступление и окружил бы ее в ущельях Тироля; что эта операция была больше чем отважной, – она была безрассудной и нарушала правила ведения войны.

Сражение у Роверето произошло 4 сентября 1796 г., а сражение у Бассано – 8 сентября. 4 сентября вечером французы захватили 9000 пленных и вывели из строя половину австрийской армии. 5-го главная квартира Вурмзера была еще в Борго-ди-Валь-Сугана; две дивизии находились на марше к Бассано, а одна дивизия в этот вечер пришла на ночевку в Бассано. В таком положении фельдмаршал не мог предпринять ничего в отношении Адидже. Действительно, французская армия достигла Бассано 8-го на рассвете, а главная квартира Вурмзера прибыла туда лишь накануне, поздно вечером. Операция такого рода может быть обдумана заранее и предначертана целиком, но ее выполнение должно происходить постепенно, сообразно с событиями каждого дня. Предположите, наконец, что Вурмзер прибыл в Верону и переправился через Адидже, – все равно у французской армии оставался бы обеспеченный путь отступления на Киезу и на Брешиа, отстоявшие от нее на три перехода. Эта операция, следовательно, была проведена по всем правилам войны, – она была, правда, смелой, но хорошо продуманной.

V

Пятое замечание

1. Венский двор не потерял присутствия духа вследствие неудачи второго плана, который был им предписан Вурмзеру. В ноябре Альвинци выступил двумя отдельными армейскими корпусами: одним корпусом через Тироль, под командованием Давидовича, другим – через провинцию Виченца, под своим непосредственным командованием. Нет ничего более ошибочного, чем этот план. Чтобы его исправить, он должен был тотчас же, как только сам овладеет Бассано, а Давидович Триентом, – приказать Давидовичу направиться по ущельям Бренты на Бассано, оставив у Триента тирольское ополчение, и выйти на Адидже, объединив свою армию.

2. Заняв позицию у Кальдиеро, он должен был выставить сторожевое охранение на аркольских болотах и напротив Ронко. Он правильно решил, что эти болота непроходимы, и это решение позволило французам построить там мост и вывести армию по левому берегу на его тылы так, что он об этом не узнал.

3. Коммуникации между корпусом Альвинци и корпусом Давидовича были настолько плохие, что хотя они были отделены друг от друга только 10–12 лье (расстояние от Кальдиеро до Риволи), они не могли сообщаться друг с другом больше восьми дней. Местность к северу от Вероны очень пересеченная. Там нет никаких путей сообщения. 4. У Альвинци на риволийском поле сражения имелось 44 батальона, 24 эскадрона и 130 орудий, всего в строю 50 000 человек. Но 20 его батальонов и вся артиллерия – 25 000 человек – с обозом и парками шли через долину Адидже, а именно: одна колонна силой в шесть батальонов двигалась по левому берегу