Оранжевый цвет радуги - Милена Завойчинская

Квартира была небольшой, по сравнению с огромной территорией, принадлежащей Акиру, но какой-то… живой, теплой. Много бумажных книг, хотя сейчас все предпочитали работать с электронными версиями. Какие-то бумаги, свитки, керамические обломки. Ковры на полу, удобная даже на вид мягкая мебель. В кабинете – огромный письменный стол, на котором мирно соседствовали внушительный инфоблок и планшет и кучи древних свитков. Рабочее место ученого.

– Итак! – сказал Литар, когда мы расселись. – Я слушаю. По какой причине вы хотели видеть меня и мою семью?

– А где они? – задала я вопрос.

– Сейчас подъедут. Но вы пока можете вкратце сообщить мне о цели вашего, несомненно, важного визита.

– Алеся, – ободряюще кивнул мне муж.

– Видите ли, господин Литар… – начала я. – Так случилось, что у меня плохая новость, но я должна была… У меня новости про Лиллуко и кое-что еще.

– Наша девочка нашлась? – обрадованно воскликнул ниоки. – И как она? Где? О ней уже почти три месяца никаких новостей.

– Господин Литар… Мне очень жаль, но… – Вынув из сумки контейнер, я поставила его на стол. – Это все, что от нее осталось. Я поклялась, что доставлю ее сердце на Керакато и передам семье, чтобы ее душа смогла возродиться. Простите.

– О! – Мужчина как-то резко постарел. Потом бережно взял в руки контейнер и посмотрел на меня. – Ты сама вынула ее сердце?

– Да, – сглотнув, кивнула я. – Я дала ей клятву. И у меня подарок. Я художница и… вот.

Акир, поняв без слов, развернул картину и повернул ее к Литару. Сказать что-нибудь еще я не успела. Дверь раскрылась, и вошли высокий мужчина средних лет, женщина, необычайно похожая на Лиллуко, видимо ее мать. А следом за ней вошла…

– Лиллу?! Ты?! – сдавленно просипела я, вытаращившись на девушку. Перевела взгляд на контейнер, который по-прежнему находился в руках Литара, и хлопнулась в обморок.

Разумеется, это была не Лиллуко, а ее сестра-близняшка, Аллуми. Но это оказалось настолько неожиданным, что мои нервы не выдержали.

Долго мы беседовали, когда я пришла в себя. К тому моменту родители и сестра Лиллу уже знали о причине моего визита. Мне оставалось только подробно все рассказать, начиная с нашей первой встречи. Это была их просьба, и хотя мне тяжело было вспоминать произошедшее и переживать его заново, а им так же тяжело слушать, но…

Меня не перебивали, впитывая информацию о последних днях их девочки. Молча, если не считать всхлипываний и слез женщин, выслушали о ее смерти. Акир все это время держал меня за руку, прибавляя сил и безмолвно подбадривая. Я отдала портрет Лиллуко и закончила свой рассказ:

– И Лиллу просила передать ее жениху, что отпускает его и разрывает помолвку. Сама! И велела передать, что от судьбы не уйдешь!

– Мы все передадим, – тяжело вздохнул отец Лиллуко, господин Лантин, и потер лицо ладонями.

Дочь посмотрела на него и почти незаметно укоризненно покачала головой. Вероятно, она была в курсе, насколько сильно Лиллуко не хотела замуж и как мечтала о звездах. Все-таки сестра, да еще близняшка.

– Алеся, повтори, пожалуйста, дословно слова Лиллуко о котенке? – попросил Литар.

Я старательно воспроизвела часть диалога, касавшуюся этого момента.

– То есть ты – котенок нашего клана, – сказал господин Лантин.

– Нет, она хотела принять меня, но не успела, – покачала я головой.

– Ты раньше никогда не бывала на Керакато?

– Не знаю, – пожала плечами. – Я ведь уже объяснила, что у меня амнезия.

– Ах, ну да. Алеся, мне странно, что командор не объяснил тебе наши законы. – Мужчина бросил взгляд на моего мужа. – Если взрослый ниоки озвучивает, что берет кого-то в клан котенком, это означает, что он уже принял его. Мы не бросаем слов на ветер. Лиллуко приняла тебя в клан Степных кугуаров. Так что ты – полноправный член нашего клана и побочный член нашей семьи.

– Алеся – моя жена, и она уже принадлежит клану Черных пантер, – спокойно сказал Акир.

– Господин кон Като, ваш брак был заключен по корабельным законам? – подала голос мать Лиллу, госпожа Данали.

– Да. Но вы прекрасно знаете, что он имеет законную силу.

– Нет-нет, я не об этом, господин кон Като, – покачала она головой. – Коли уж так случилось, что наша дочь приняла в клан и семью Алесю, мы хотели бы официально сыграть вашу свадьбу по традициям Керакато. Вы не против? И дать публичное объявлении о том, что наши кланы породнились.

Акир некоторое время размышлял, после чего сказал:

– Откровенно говоря, я не думал, что вы примете Алесю, несмотря на последнюю волю Лиллуко. Свадьбу мы будем играть так и так, моя мать уже занимается подготовкой.

– Командор, ну что же вы так плохо о нас думали? – печально спросил дед Лиллуко. – Оставьте нам, пожалуйста, контакты госпожи кон Като, чтобы мы могли обсудить наше участие в подготовке к свадьбе.

Они еще некоторое время обсуждали данный вопрос, а госпожа Данали и Аллуми спрашивали меня, как живется на Керакато. Мне это было странно, честно. Нет, не то, что спрашивали. А то, как быстро они приняли новость о смерти их девочки. Не знаю… Это какая-то жизненная философия «возрождения в будущем» давала силы не убиваться от горя? Фатализм? Они поплакали, но быстро пришли в себя. Да я, чужой человек, и то сильнее горевала. Но потом вспомнила слова Алилеи, сказанные когда-то давно на Шандире, что ниоки должен убить врагов или погибнуть в бою, если иначе нельзя. И такая гибель – уходя, забрать врага с собой – это честь. Наверное, семья Лиллуко гордилась ею. Она не сдалась, сбежала из плена, более того, захватила с собой того, кто ей помог, пусть и в мелочи, и погибла, убив напавшего на нас варана.

Потом меня снова позвал господин Литар:

– Алеся, скажи, ты хочешь все вспомнить?

– Да, конечно, – удивленно посмотрела я на него.

– У меня есть ментальные способности, гораздо более сильные, чем у Лиллуко. Я много этому учился и развивал их, а она только начинала свой путь.

– Она мне что-то говорила об этом, – медленно кивнула я, припоминая давний разговор в пустыне.

– Если ты хочешь, помогу, чем смогу. Командор, вы не возражаете, если я попытаюсь вернуть память вашей жене?

Я обрадованно улыбнулась и перевела взгляд на Акира. А он… В его глазах плескалась паника. Не изучи я его за то время, которое мы провели вместе, и не догадалась бы, так как лицо его сохраняло невозмутимость. Но я-то видела, что в глубине зеленых глаз прячется страх.

– Акир? – позвала я его.

– Я не возражаю, – сказал он наконец и отвел взгляд.