Оранжевый цвет радуги - Милена Завойчинская

– Мама-а! – закатил глаза командор.

– Вставайте! У нас с Алесей много дел. Во-первых, скоро придет Элико, будем подбирать твоей жене гардероб. Во-вторых, Алеся обещала показать мне свои работы. В-третьих, девочке нужна мастерская! Талант не должен прозябать! А у тебя есть отличная пустая комната, в которой ты хотел сделать спортивный зал. Заодно она скажет, что ей необходимо приобрести для работы.

– Мама!

– А ты на мать голос не повышай! – сверкнула глазами эта дикая кошка. – Я тебя еще не простила!

На этом она гордо развернулась и покинула нас. Я сначала несколько секунд таращилась на дверь, потом натянула одеяло на голову и затряслась от смеха.

– Смеешься? – Акир пощекотал меня за пятку, высунувшуюся из-под одеяла. – Мужайся, Алесенька. Моя мама – страшная женщина, если она решила чего-то добиться, лучше на ее пути не стоять. Сметет и не заметит. Я пытался тебя вчера предупредить.

Внизу уже хозяйничала горничная – Нилла, которая командовала роботами. На кухне колдовала Таори, готовя завтрак на всю нашу компанию. Там же нашелся и Яшка, уже накормленный от пуза. Он влюбленными глазами наблюдал за поварихой, а та рассказывала ему рецепты приготовления тех блюд, над которыми колдовала в данный момент. Идиллия! Наоми обнаружилась в компании ниокиров.

…День прошел сумбурно. Приезжала Элико. Она уже выбрала для меня кучу вещей по моим параметрам и требовала только моего одобрения. Ну и Наоми подключилась, как же без нее. По-моему, я им и не нужна была. Размеры есть, внешние данные есть. Они сами выбирали, сами обсуждали, от меня требовалось только окончательное «да» или «нет». Я пыталась им сказать, что мне не нужно столько, что потом сама съезжу в магазины, что мне хочется нечто более неформальное… Кто бы меня слушал? А я бы выбрала себе пару удобных брюк, несколько футболок и рубашек и на этом остановилась. Но… «Жена командора Акира кон Като не может себе позволить выглядеть неподобающе!» Мне пришлось смириться. А то, что хотелось мне лично, я решила приобрести потом, когда на меня никто не будет давить.

Когда с этим покончили, я продемонстрировала им свои работы. И голограммы, и картины, и рисунки котиков. Акир вернул мне папку с ними, когда мы приземлились на Керакато.

– Это ведь Риот? – неуверенно спросила Наоми, указывая на драного кошака с седой прядкой. – А это – Акир. – Ее палец переместился на второго кота.

– Ну… котики это, – смутилась я.

– Да-да, котики. Риот очень похож! А еще рисунки мальчиков есть? – деловито уточнила она.

– Нет.

– Жаль. Мальчики вышли замечательными.

Я на такую характеристику «мальчиков» только смущенно кашлянула.

Интерес у женщин вызвал портрет Лиллуко.

– Это ведь девушка из клана Степных кугуаров, да? У них такие желтые волосы.

– Да. Лиллуко кон Кэху из клана Степных кугуаров, – кивнула я.

– Кон Кэху… – задумчиво сказала Наоми. – Внучка Литара кон Кэху? Ученого?

– Вполне возможно, я не знаю имени ее дедушки. А вы знаете этого мужчину? – заинтересовалась я.

– Лично незнакома. Но он широко известная личность, историк с мировым именем.

– Было бы интересно с ним пообщаться… – обронила задумчиво.

Рассказывать, что я собираюсь лететь к семье Лиллуко, не хотела, так как это породило бы лавину вопросов. А меня совершенно не прельщала перспектива сообщать о своем рабстве, о побеге и особенно о том, как у меня очутились останки Лиллу. До сих пор в озноб бросало, если я вспоминала те кошмарные часы в пустыне.

Возможно, позднее, через год, два, пять я смогу вспоминать об этом спокойно. Но пока все, что происходило со мной… Не знаю, как описать свои чувства. Было ощущение, что я упала в горный поток. И он тащил меня, вертел как щепку, прибивал то к одному, то к другому берегу, и не было ни малейшей возможности вырваться. Не удавалось не только плыть против течения, но хотя бы выбраться на берег и переждать. Даже то, как Акир меня выручил, взял в экспедицию, как женился на мне… Он хотел как лучше, спас меня, сделал своей женой. Все делал он. А я только бессмысленно барахталась, не имея сил отстоять свои желания.

Это угнетало, давило. Порой хотелось встать и закричать во весь голос: да увидьте же меня! Не оранжевый цвет радуги. Не девчонку, все достоинство которой в рыжих волосах. Не кахэто, которая вкусно пахнет для одного конкретного мужчины. Не жену командора. Увидьте же во мне человека, у которого есть свои собственные мысли, желания, чувства.

Не знаю, наверное, я виновата в этом сама. Но я не боец по натуре, не умею идти напролом, теряюсь от агрессивности и грубости, замыкаюсь от хамства. Не умею в некоторые моменты сказать «нет» и настоять на своем. Слабачка…

Но даже такие, как я, имеют право на самостоятельность, а мне ее не давали вообще. За меня решали, чем мне пользоваться, что носить, как жить, куда ходить. И все это из лучших побуждений, стараясь для меня и не слыша моих попыток объяснить, что мне это не нужно.

Так Акир не позволял мне свободно перемещаться на планете ниокиров, вроде как оберегая, а на самом-то деле – сохраняя свое спокойствие. Так Наоми делала выбор за меня, подбирая прекрасные (не спорю) наряды, которые были совсем не в моем вкусе. Так мои адепты-кошаки сделали меня своей жрицей и не желали слышать, чтобы я передала кому-нибудь другому эту почетную обязанность.

ГЛАВА 30

Три дня прошли в плотном общении со свекровью. Она приходила утром и уходила вечером, и, откровенно говоря, я дико устала от нее. На четвертый день она решила вывезти меня в город на экскурсию, и тогда же у нас случилась ссора с Акиром.

– Куда вы собрались? – спросил он, застав нас на нижнем этаже, уже полностью готовых к выходу из квартиры.

– Погуляем, – весело сказала Наоми. – А то Алеся засиделась в четырех стенах. Пора уже показать ей город.

– Нет! – спокойно сказал Акир.

– Это почему еще?! – возмутилась Наоми.

– Почему? – одновременно с ней спросила я.

– Потому что я так сказал. Алеся никуда не выйдет без охраны.

– Акир, что еще за глупости? – фыркнула моя свекровь. – Какая еще охрана? Мы просто погуляем, зайдем в какой-нибудь ресторан, в торговый комплекс, осмотрим город.

– Нет! – Акир сложил руки на груди.

– Да почему?! – в один голос воскликнули мы с Наоми и переглянулись.

– Потому что я запрещаю своей жене выходить куда-либо без охраны! – отрезал ниоки, развернулся и… ушел.