Флиртующая с демонами - Анна Чарова

8

Захлебнувшись гудением, с пронзительным свистом Портал схлопнулся, прореха в реальности мгновенно затянулась, стеклянный цветок лопнул, и на нас посыпались осколки.

— Что ты делаешь?! — Эфиальт повернулся. — Нет! Ты не посмеешь!

Я прыгнула на демона, обхватила ногами и руками, впилась в него губами. Мой язык скользнул в его рот, нашел раздвоенный кончик, наши языки сплелись. Я спрыгнула, качнулась назад, и принц Эфиальт, демон Лунного Света, будущий Король Демонов, оказался на свободе.

Сжав печать, я ладонью вбила ее в призрачный лоб демона.

Сверкнули ярко-желтые линии, рисунок отпечатался между рогами принца. Золотые молнии побежали по призрачному телу, светящейся сетью охватывая мощные плечи, торс, руки… В глазах плеснулось непонимание. Гнев, боль, ярость. Правая рука взметнулась, из ладони демона рванул серый луч — и вонзился в облегающую мою шею полоску замши. А затем принц-демон пропал во вспышке, и от места, где он находился, разошлись незримые круги.

Серые искры прыснули от бриллианта, бархотка мгновенно нагрелась, шею обожгло нестерпимым жаром. Дыхание перехватило. Эфиальт активировал ошейник! Сейчас мы все исчезнем во взрыве… прощай, мир, прощай, любимый город, прощай, Алый… Алый?

Два глаза из ниоткуда возникли передо мной.

Я успела увидеть клубящийся поток огня, исходящий от меня во все стороны, — он волной покатился по беседке, сминая ее, как бумажную…

И пропал. Послышался звук — как будто великан втянул в себя гигантскую чашу воды. Застывшие в воздухе в момент взрыва осколки стекла дождем посыпались на пол. Ветер сдул дым. За спиной кашляла Беттина.

Из рассеивавшихся красноватых клочьев выступила широкоплечая фигура. Мужская. Я прищурилась. Гм. Очень мужская. Он был прекрасен… и абсолютно, безнадежно гол.

Ветер рассеивал не только дым, но и демонов — они стремглав разлетались, разом потеряв ярость и грозный вид, похожие на стаю перепуганной саранчи.

Краешек солнца показался над крышей Института.

Вместе с гибелью повелителя исчезли и его подручные — уж не знаю, испарились или просто поспешили слинять, чтобы не разделить его участь. Освобожденные люди медленно вставали на ноги, качаясь и постанывая, оглядывались с недоумением, не понимая, как тут оказались.

— Цезарь! — Беттина бросилась к охотнику, помогла ему подняться.

Цезарь спокойно кивнул ей и отстранил, не отрывая взгляда от неторопливо приближающегося ко мне высокого мужчины с плечами спортсмена.

— Хоть бы прикрылся, — заметил охотник скептически.

Мужчина с гордостью осмотрел себя.

— Зачем? Я прекрасен.

Беттина фыркнула. Вместе с Цезарем они подхватили под руки качающегося Кривина. Ошалелые Вахтанг с Гариком крутили головами.

— Алый?

— Анна.

Он подошел ко мне, протягивая руку.

— Как ты… почему мы не… что случилось?! — наконец выдохнула я.

Его глаза сверкнули знакомым алым блеском.

— Столько энергии… Я не удержался и выпил ее. Как раз хватило, чтобы воплотиться.

— То есть… это действительно ты?

— Как сказать, — задумался Алый. — Думаю, все-таки я. Видишь ли, обычно демоны не имеют собственного тела. Но это… — Он пощупал свой бицепс, скользнул пальцами по божественно мускулистой груди, по кубикам пресса, которому мог бы позавидовать и Аполлон, ниже… Бровь поднялась, и Алый заключил: — Это мне подходит.

Я не могла не отметить: он великолепно сложен и безукоризненно красив. Как-то не по-инкубски красив. Обычно они страаашненькие…

— Слушай… — я смутилась, но вовсе не от его наготы. Нагота мне как раз нравилась. — Как тебя вообще зовут? Я как-то не удосужилась спросить.

Он хохотнул — весело, раскатисто.

— А я все ждал, когда ты поинтересуешься! Я принц Ситри, демон любви. Могу наградить любовью, могу отобрать ее…

— Так ты и вправду — демон-любовник? — удивилась я и хихикнула. — Развратник и все такое?

— Почему сразу развратник? — не обиделся Алый, то есть теперь уже Ситри. Придвинулся, положил руку мне на талию и прошептал: — Может, я как раз верный и моногамный? И уже нашел любовь всей жизни?

Я зарделась и невольно задышала чаще. Кажется, сейчас мне скажут что-то очень важное…

Но инкуб вдруг скривил рот.

— Этот еще зачем тут? — пробормотал он, глядя мне через плечо. Я обернулась.

От двери, ведущей из здания во двор, шагал, хрустя битым стеклом, кто-то знакомый. Я не сразу узнала светловолосого стройного юношу, только когда он приблизился. И воскликнул:

— Хай, Анна!

— О, привет, Артур, — удивилась я. — Какими судьбами?

Он был в джинсах и пиджаке поверх футболки. Схватив мою руку, сын Роберта радостно потряс ее.

— Отец сказал, что в Институте кое-какие трудности, я подумал, может, нужна помощь? Что у вас произошло, конец света? — Он огляделся. — А это еще кто? Анна, если этот голый чувак тебе мешает, только скажи…

Ситри и Артур сердито уставились друг на друга. Я схватилась за голову.

9

Как только Кривина поставили на ноги и отряхнули, он немедленно нацепил на лицо самое сухое из всех своих выражений и принялся звонить и распоряжаться. Я слышала, как он отрывисто вызывал сначала «Скорую», потом пожарников, уборщиков, вахтеров и ремонтную бригаду.

Ко мне подошла Беттина, отодвинув Артура, процедила:

— Может, благодаря тебе я избежала участи оказаться под демоном и очень вовремя пришла, чтобы спасти вас всех. Но «спасибо» ты от меня не дождешься. И да, за мной должок.

Удар был быстрый и практически незаметный, я поняла, что случилось, только когда Алый поймал руку Беттины возле самого моего лица. Артур запоздало вклинился между мной и разъяренной охотницей.

Очаровательно улыбнувшись, человек-демон отвел ее руку.

— Право, не стоит, леди. Эта девушка под моей защитой.

Подошел Цезарь.

— Беттина, хватит. Анна, закончишь разговоры — приходи к Кривину в кабинет. И скажи своему демону, чтобы оделся. Кстати, где Вова?

— Не знаю, — встрепенулась я и поискала взглядом Наташу. Она лежала неподвижно, поджав под себя руки и уткнувшись лицом в пол, и я испугалась, что секретарша умерла, но нет: плечи едва заметно шевелились, она дышала. — Последний раз видела его, когда они с Наташей пошли дверь запирать перед атакой. Потом Наташа сказала, что он ушел спать, но Кривин не нашел его в спальне. Куда же он делся?

— Никто не знает, никто не видел. — Цезарь озабоченно поцокал языком. — Пойдем искать, мало ли что Наташа с ним сделала…