Романтика любви - Джослин Рэйнс

В 6.25 позвонили в дверь, Кэролайн распахнула ее и увидела Джека в командной форме «Атланта Брэйвз», Бретта и еще пятерых здоровяков.

— Мам! Ты только посмотри! — воскликнул Джек, бросаясь ей на шею. — Бретт купил мне форму, отвел в раздевалку и познакомил меня с ребятами из своей команды!

— С ребятами из команды? — спросила Кэролайн.

— Лапочка, познакомься: Рэй Динкинс, Тим Делахэнти, Регги Бэллард, Дик Хендерсон и Арни Листер, — сказал Бретт, жестом приглашая своих спутников в квартиру. В ее квартиру! Он действовал так, будто здесь все принадлежит ему! Как будто ее сын тоже принадлежит ему!

— Я им сказал, что ты всех угостишь ужином, — произнес Джек, умоляюще глядя ей в глаза.

Кэролайн пожала плечами. Перед этим его взглядом она никогда не могла устоять. Да и что ей оставалось? Выставить их за дверь, после того как они занимались ее Джеком?

— А ты не забыл сказать, что я не умею готовить? — Кэролайн наклонилась и поцеловала его.

Сын покачал головой.

— Ты притворись, что умеешь, — посоветовал Джек шепотом. — Постарайся, мама, хорошо?

— Хорошо, — ответила Кэролайн и пригласила всех семерых мужчин, включая сына, в гостиную, пока она приготовит что-нибудь. «Жан-Клод может сколько угодно крутить носом при одном упоминании о микроволновых печах, но они очень удобны», — подумала она, доставая из холодильника весь запас замороженной пиццы.

В восемь часов в этот же вечер Чарльз и Дина Годдард как раз собирались садиться за стол в своей квартире в Манхэттене, когда вошла горничная и сказала, что мистера Годдарда просят подойти к телефону.

— Это мистер Аронсон, сэр. Вы просили сразу же сообщить вам, когда он позвонит.

— Да, правильно, — ответил Чарльз, извинился и направился к телефону в библиотеке.

— Аронсон, есть новости? — спросил Чарльз. Сыщик звонил своему клиенту каждый день и давал полный отчет о работе.

— Сегодня я могу порадовать вас, сэр. Днем к ней опять пришел Бретт Хаас, экс-бейсболист. Он взял Джека с собой, и они пробыли где-то почти весь день.

— Итак, она разрешает мальчику гулять с кем угодно, — пробормотал Чарльз. Сначала это была та женщина из Лэйк-Ворта, Селма Йоханнес. А теперь Бретт Хаас, чья скандальная репутация была известна всякому, кто хоть когда-нибудь брал в руки газету.

— Совершенно верно, сэр, — согласился с ним Аронсон. — Но это еще не все. Когда Хаас вернулся с мальчиком пару часов назад, с ними были еще пятеро мужчин. Пять игроков «Атланта Брэйвз». Мать мальчика развлекает их всех.

Чарльз удовлетворенно кивнул. Что еще можно было ожидать от Кэролайн Шоу? «Быдло оно и есть быдло», — подумал он.

— Это как раз то, что нам посоветовал искать Свитцер, — сказал Чарльз. — В доме постоянно крутятся мужчины. Устраивают оргии и все такое. — Он улыбнулся своей удаче. — Шестеро сразу! Все идет даже лучше, чем я ожидал, Аронсон.

Шесть часов спустя в Вирджинии на ранчо Билла и Клэр Хаас зазвонил телефон.

— Папа? — прозвучал в трубке мужской голос.

— Бретт? Это ты? — Билл зажег свет и посмотрел на часы на ночном столике. Было почти два часа ночи, а они с Клэр легли спать около полуночи. — Что-нибудь случилось, сынок?

— Да, папа. Много чего.

— В чем же дело? Заболела Петси? — Билл знал, что его сын просто обожает свою девочку и буквально не находит себе места, если она больна или ее обидели. Все вокруг думали, что Бретт крутой парень, атлет со стальными мускулами и наплевательским отношением вообще ко всему, что не имеет отношения к бейсболу и веселым попойкам. Но Билл знал своего сына. Он знал, что Бретт любит свою дочь так, что это не может идти ни в какое сравнение с его страстью к национальной игре.

— Нет, папа. Это не Петси. Это я заболел, — сказал Бретт.

— Снова колени, сынок? — Билл надеялся, что обойдется без очередной операции на искалеченных ногах сына.

— Нет, папа. На этот раз сердце, — Бретт вздохнул.

Билл Хаас крепче сжал трубку в кулаке. Этот шестидесятилетний тренер команд низшей лиги сам перенес шунтирование сердца год назад. Теперь он встревожился: а вдруг его сыну передалась эта болезнь по наследству. — Ты звонишь из больницы, сынок? — спросил он.

— Нет. Я звоню из гостиницы в Вест-Палм-Бич. Только что вернулся со свидания.

— Со свидания?

— Да. И поэтому я и звоню, папа. Ты всегда давал мне дельные советы, насчет женщин.

— Ах женщин… — с облегчением произнес Билл и улыбнулся жене, лежавшей в постели.

— По-моему, я влюбился, — сказал Бретт.

Билл засмеялся.

— Все правильно, сынок. Кто она?

— Девушка, которую я встретил в самолете. Это отпад! Она считает меня полным дерьмом, а я не могу выбросить ее из головы.

— Может быть, именно потому, что она считает тебя дерьмом? — Билл снова рассмеялся. — Ты ведь не привык, чтобы женщины так относились к тебе. Я прав, сынок?

— Чертовски прав.

— Тогда, может, поэтому тебе и кажется, что ты влюбился? Потому что она не бросается тебе на шею? Для тебя это как вызов.

— Правильно, но не совсем, — попытался объяснить Бретт. — Она совсем не такая, как те бабы, с которыми я всегда имел дело. Она высший класс. Настоящая леди, не говоря уже о внешности. Совсем не такая, как Мэри-Лу, которая спит и видит только спортивных звезд и доллары. Этой девушке плевать на то, что я знаменитость. Она никогда не поселится в гостинице, чтобы протрахать себе путь в жены знаменитого бейсболиста, как это сделала моя бывшая жена — мой кошмарный сон. Я же говорю тебе, папа, она знает, что я представлен в Зале Славы, и все равно считает меня дерьмом.

Билл опять рассмеялся.

— Судя по всему, ты влип, сынок.

— Точно. Но это еще не все. У нее есть маленький ребенок. Потрясный парень, а его герой — ну, ты сам знаешь, кто.

— А ты уже сказал ей о своих чувствах?

— Шутишь? Я только что встретил эту женщину. И, как я уже говорил, она презирает меня. Если я стану нашептывать ей ласковые слова, она ткнет меня носом прямо в грязь.

— С каких это пор ты уклоняешься от борьбы? — сказал Билл, который всегда гордился стремлением сына к победе. — По крайней мере я еще не видел, чтобы ты так вел себя на поле.

Бретт немного помолчал.

— Ну хорошо, а как мне справиться с ней, папа? Скажи мне, что делать.

— Встречайся с ней, — ответил Билл. — Вымотай ее, как выматывал подающих в национальной лиге. Займи позицию и твердо стой на своем. Один удар. Второй удар. Не сдавайся. Не сходи с круга. И ты и сам не поймешь, как это случилось, когда будешь класть все мячи.