Романтика любви - Джослин Рэйнс

— Я пришел! — воскликнул Джек, с разбега запрыгивая на диван и садясь рядом с Бреттом. — Я боялся, что позабуду попросить вас, чтобы вы написали автограф в книге.

Это была биография Бретта, которую Джеку купила Селма и которую она ему перечитывала столько раз, что мальчик уже практически знал ее наизусть.

Бретт взял книгу из рук мальчика и достал ручку из кармана своего ужасного красного пиджака.

— Конечно, напишу, — сказал он и на обратной стороне обложки вывел: «Джеку. Всегда будь за «Брэйвз»! За меня! Нам нужны такие замечательные болельщики!» Расписавшись, он протянул книгу Джеку.

— Вот здорово! — воскликнул Джек, попытавшись прочитать написанное. — Огромное спасибо, мистер Хаас!

— Какой я тебе мистер Хаас? Называй меня просто Бретт. Ведь мы с тобой теперь приятели, Джек.

— Конечно, Бретт.

Кэролайн еще никогда в жизни не видела своего сына таким счастливым — или, скорее, повзрослевшим. Его так и распирало от гордости, пока он сидел рядом с Бреттом рука об руку, как мужчина с мужчиной. Если бы его отец мог видеть его сейчас! Если бы… От этой мысли на ее глаза навернулись слезы.

— А теперь, Джек, дружище, не мог бы ты оставить нас с мамой на пару минут? — спросил Бретт, подмигнув мальчику.

Джек тоже подмигнул, взял свою книгу с автографом и гордой походкой направился в свою комнату.

— Классный у тебя парень, — сказал Бретт, разглядывая Кэролайн, на которой были плотные джинсы и белая рубашка. «Обалдеть, какая фигурка, — подумал он. — Только почему она так скованно ведет себя?»

— Спасибо, я тоже так думаю, — сказала Кэролайн.

— На фото — это его отец?

— Нет. Его отец умер еще до того, как он родился.

— Извини. Я думал, вы развелись. Взять, к примеру, меня. Моя старушка выперла меня через три года после свадьбы. Не могу сказать, что я сильно об этом пожалел. Но то, что я не мог регулярно встречаться со своим ребенком, просто достало меня.

— Ребенка?

— Да, Петси. Ей уже десять! Она живет с матерью в Техасе. Поеду к ней, когда игры здесь закончатся. Я вообще стараюсь попасть в Эйбилин при каждом удобном случае.

Кэролайн более внимательно посмотрела на человека, сидевшего напротив. Он казался грубым и неотесанным. Но ведь судя по всему, он действительно любит свою дочь. Кэролайн увидела Бретта Хааса в новом свете. И именно этот человек заставил глаза Джека сиять от радости, понял, что он для него герой, и не стал разочаровывать мальчика. С другой стороны, это был бабник и наглый тип, и Кэролайн просто не могла себе представить, как такой человек ведет себя с десятилетней девочкой.

— Можно у вас спросить, мистер Хаас? — начала говорить Кэролайн. — Как бы вам понравилось, если бы мужики начали хватать вашу дочь за зад и называть ее лапочкой?

Бретт рассмеялся.

— Ты еще не видела мою дочь, — сказал он. — Ее-то уж не назовешь скромняжкой. Наверное, пошла в папочку. Когда она подрастет, то это она будет хватать мужиков за зад, а не наоборот.

Боже! Значит, этот человек растил дочь по своему образу и подобию! Кэролайн посмотрела на часы. Прошло уже больше часа, как он сидит здесь, и ей хотелось, чтобы он поскорей убрался и она могла провести хоть немного времени с Джеком. Вдвоем.

Кэролайн поднялась со стула.

— Боюсь, что ваше время истекло, — как можно более дипломатично сказала она Бретту. — Я обещала Джеку, что сегодня посмотрю с ним фильм, и если сейчас мы не начнем смотреть его, то вообще не успеем посмотреть — Джеку пора будет ложиться спать.

— Сегодня суббота, — сказал Бретт, не сдвинувшись с места. — Как может такая цыпочка, как ты, смотреть кино с сыном в субботу вечером? У тебя что, нет парня?

— Это не ваше дело! — воскликнула Кэролайн.

— Уже мое, — заявил Бретт, откровенно разглядывая ее и не скрывая, что ему нравится то, что он видит. — И можешь больше не стараться найти кого-нибудь — это лишняя трата времени.

— Да? И почему же это?

— Потому что ты полюбишь меня, душенька, — сказал он, вставая и направляясь к двери. — Независимо от того, нравится тебе это или нет.

В воскресенье утром Кэролайн как раз читала газету, когда зазвонил телефон. Кэролайн подумала, что это, наверное, Тамара, и приготовилась выслушать упреки в том, что она не связалась с ней сразу же после приезда, потому что та, конечно, умирала от любопытства и желала немедленно знать, как все прошло в Нью-Йорке.

— Солнышко, как дела?

Это был Бретт Хаас. В восемь часов утра в воскресенье! Интересно, этот человек вообще спит когда-нибудь?

— Спасибо, мистер Хаас, хорошо, — спокойно сказала она. — Что вы хотите на этот раз?

— Кончай придуриваться, ясно? — ответил он.

— Кончать что? — Кэролайн повысила голос. Бретт Хаас обладал настоящим талантом выводить ее из себя. Все, что он говорил и делал, возмущало ее.

— Ты прекрасно слышала. Я приду где-то около полудня. Скажи Джеку, хорошо?

— Послушайте, мистер Хаас…

— Бретт.

— Бретт. Вы вчера очень хорошо посидели с моим сыном, подписали ему книгу и заставили его поверить, что вы как бы друзья. Даже не знаю, как мне благодарить вас. Но сегодня у нас свои планы. По воскресеньям мы всегда ездим к его крестной.

— Только не в это воскресенье, — сказал он как ни в чем не бывало. — Скажи Джеку, что я приду около полудня. Хорошо, милая?

Кэролайн собралась сказать ему, что она не собирается больше выслушивать его шуточки. Не собирается тратить на него время. Что с нее хватит! Она уже выполнила свой долг перед Джеком, познакомив его с легендарным Бреттом Хаасом, и этого достаточно. Более чем достаточно!

— Мне не хочется показаться грубой, — сказала она в трубку, — но мне совсем не нравится то, как вы разговариваете со мной. Кроме того, мы действительно очень заняты сегодня.

Ответа не последовало, что очень удивило Кэролайн. Но она тут же поняла, что Бретт Хаас уже давно повесил трубку.

Он появился четверть первого, одетый, учитывая его вкус, чуть ли не консервативно. На нем был темно-голубой костюм, светло-голубая рубашка и галстук с красно-синим рисунком. Кэролайн должна была признать, что он, несмотря на немного потрепанный вид, довольно симпатичен. До нее начало доходить, почему он пользуется такой популярностью у женщин. У определенного типа женщин.

— Шмотки для телика, — объяснил Бретт. — Когда я в комментаторской кабине, телевизионщики хотят, чтобы я выглядел презентабельно.

— Телевизионщики в чем-то правы, — сказала Кэролайн. — Но вам не следовало тратить время на поездку сюда. Я же сказала, что мы сегодня после обеда заняты.