Православие и корейцы - Коллектив авторов

Как пишет Л. М. Сим, «что касается корейцев стран СНГ, то их мировоззренческий комплекс уникален, поскольку включает в себя воспринимаемые на генетическом уровне основные базовые ценности корейской цивилизации и установки, приобретенные в сложных условиях бытия в Союзе ССР, а затем в России и странах СНГ»[253].

Вместе с тем, разнонаправленность религиозных предпочтений на данном этапе, а также не уверенность определенной части представителей диаспоры в самоопределении своего места в отдельно взятой религии, позволяют говорить о том, что процесс формирования религиозной идентичности корейцев Узбекистана находится лишь в самом начале своего пути. Как пишет Г. Н. Ким, «религиозное мировоззрение… пока еще размыто и находится в эмбриональной стадии. Традиционная обрядность, уходящая корнями в религиозно-этическое конфуцианство, утеряло сакральную семантику, и сохранятся, благодаря старшему поколению как внешняя ритуальная оболочка»[254].

Вероятно, на следующем этапе развития данного процесса в среде корейцев нам предстоит наблюдать увеличение количества верующих людей, а вместе с тем и более глубокое осмысление ими религиозных догм. В конечном счете, это должно привести к созданию сформированной системы религиозных ценностей корейской диаспоры. С другой стороны, можно предвидеть укрепление и атеистических взглядов за счет укоренения в обществе основ рыночной экономики и практического подхода, в том числе, и в сфере духовности.

В изучении религиозной идентичности необходимы более углубленные исследования различных сторон религиозной жизни корейцев Узбекистана, которые все еще ждут своего автора.

С. А. Курбанов[255]

Русская православная церковь и Корея

Предисловие

Впервые автор настоящей статьи обратился к вопросу истории русской православной церкви в 1993 г. Тогда, во время научной стажировки в Республике Корея, мне удалось взять интервью у одного из лидеров православной общины в Сеуле – Ли Инсу, которого прихожане сеульской православной церкви, расположенной в районе Мапхо, называли по его крестному имени – Саввас Ли.

В то время иностранцы еще не так часто посещали православную церковь. До начала 1990-х гг. у Южной Кореи фактически не было активных связей со странами православного мира, за исключением Греции. Поэтому Саввас Ли с энтузиазмом откликнулся на мою просьбу и назначил время для интервью на один из августовских дней 1993 г.

Саввас Ли, принявший крещение в 1958 г., рассказывал мне больше всего о том времени, когда он сам был прихожанином церкви, о 1950-х – 1970-х гг., занимал ответственные посты в церковной общине. К примеру, в 1950-е – 1960 гг. он был хранителем Библиотеки православной церкви в Сеуле.

Интервью с Саввасом Ли побудило меня глубже заняться историей русской православной церкви. Итогом моей деятельности стала публикация статьи «Русская православная церковь и Корея» в журнале «Кунсткамера» в 1997 г.

С конца 1990-х гг. тема, связанная с историей русской православной церкви в Корее стала в известной степени модной. Из печати вышло большое количество публикаций, в том числе и специальный сборник статей, посвященный 100-летию православия в Корее. При этом основное внимание в истории православия в Корее уделялось первой половине XX столетия, времени с 1900-х по 1940-е гг., в то время как период 1950-х – 1970-х гг. оказывался практически не описанным. Это и понятно: каких-либо достоверных материалов, касающегося этого периода истории православной церкви в Корее практически не сохранилось.

Учитывая сохраняющийся интерес общественности к вопросу истории русской православной миссии в Корее, автор решил откликнуться на просьбу редакционной коллегии сборника статей и предоставить рукопись для повторной (с небольшими исправлениями) публикации.

Первая часть статьи была написана почти два десятилетия назад. С тех пор я более не обращался к исследованию данной темы, поэтому часть информации, представленной ниже, может оказаться неточной или устаревшей.

Вторая часть статьи, основанная на интервью с Саввасом Ли, представляет несомненный интерес и является репринтом с издания: С. О. Курбанов. Неизвестные страницы из истории русской православной церкви в Корее в 1950-е – 1970-е гг. // Вестник Центра корейского языка и культуры. Вып.11. СПб., 2009, с. 108 – 115.

Русско-корейские контакты и влияние России на Корею

Формальной датой становления России и Кореи соседними государствами следует считать 1860 г., когда, согласно договору, подписанному между Россией и Китаем в Пекине, Уссурийский край был признан территорией России и, таким образом, Россия получила общую границу с Кореей вдоль течения реки Туманган. Соответственно в 1861 г. была проведена маркировка указанной границы. Примерно с этого же времени начинается активный переход корейцев на территорию России с целью основания там своих поселений.

В 1884 г. был подписан русско-корейский договор о дружбе и торговле, после чего между Россией и Кореей устанавливаются официальные дипломатические отношения.

Вопрос русско-корейских отношений в целом нельзя назвать неизученным. В 1979 г. вышла в свет монография Б. Д. Пака «Россия и Корея», исчерпывающе представляющая общую канву отношений между двумя странами с самого их начала и до 1910 г., когда Корея была аннексирована Японией. Коллективная монография «СССР и Корея» охватывает период с 1910 по 1980-е гг.[256]

В самой России в конце XIX – начале XX в. издавалось немало работ, так или иначе затрагивающих проблему отношений России и Кореи[257]. То же можно сказать и о советском периоде.

Таким образом, очевидно, что в отечественном корееведении настал период, когда уже появляется потребность рассмотрения проблемы русско-корейских отношений не в целом, а под тем или иным углом зрения. В частности, очень интересным на наш взгляд представляется аспект влияния России на Корею, наличие которого вряд ли кто-нибудь станет отрицать. При этом можно выделить следующие направления изучения этого вопроса:

1. Экономическое влияние. Что касается России дореволюционного периода, то можно сказать, что тогда она не оказала практически никакого влияния на Корею, за исключением короткого времени пребывания при дворе государя Кочжона российского финансового советника К. А. Алексеева[258].

2. Политическое влияние. Было довольно сильным до конца 1890-х гг., затем резко ослабло в результате противодействия Японии. Поворотным пунктом условно можно считать 1898 г., когда из Кореи были отосланы все русские военные инструкторы и советники. Впоследствии политическое влияние России сошло на нет.

3. Религиозное воздействие России.

Длительность его и масштабы были невелики. Лишь в 1900 г. была основана Российская Духовная Миссия в Сеуле. За все время ее деятельности несколько сотен корейцев приняли крещение. Количество постоянных прихожан было еще меньше. Однако здесь мы имеем дело со своего рода феноменом. Если довольно значительное по размаху политическое влияние, так же как и экономическая деятельность дореволюционной России, практически не оставили никаких следов, православная церковь в Корее продолжала существовать. Сначала, до 1931 г., деятельностью ее руководила Российская Духовная Миссия, державшаяся во многом на личном энтузиазме и героизме последнего ее руководителя, отца Феодосия.