Возвышение. Земли Ордена - Михаил Павлович Игнатов

У меня в городе лишь Среднее Испытание. Он уже прошёл его, и второе прохождение ничего ему не даст. Никаких наград за это не положено. В нашем договоре есть пункт о полном доступе к Павильону Алхимии, какие ещё дополнительные награды? Что ему нужно, то себе и возьмёт, без всякого Испытания.

— Но я слышал, старший, что Стражи, прошедшие испытания в Первом или Втором поясе очень ценятся. Посвящение в шэны, к…

— Я тоже это слышал, — вновь оборвал Седого Изард. — От наглого сопляка Даргнума.

Это имя я помнил. Имя, открывшееся мне в Указе над Шандри. Имя того ублюдка, который вывел духа Изарда из себя, заставил его решить, что весь договор с Рамом Вилором — обман. Дал ему основания считать, что Стражи предали договор, раз вольно пускают на земли Империи сектантов, вместо того, чтобы бороться с ними.

В общем, раскрыл ему глаза на то, что происходит за пределами города Тысячи Этажей последние пару сотен лет. Или, если говорить другими словами — вверг Изарда в безумие, которое стоило Ордену талантов двух поколений.

Я невольно заметил:

— Как он много сумел тебе рассказать и при этом остаться в живых.

— О да, — скривился дух Изард. — Я сам не устаю этому удивляться. В том числе поэтому моя ненависть так сильна. Но ты, верный слуга Леграда, неправ. Он и без того стал шэном в Первом поясе, большего ему не нужно. Большего он бы добился, пройдя Испытание в Столичном округе, но тот обращён в пепел. Теперь осталось только Большое и Великое Испытание в одном из главных Залов Стражей.

Я кивнул и задумчиво дополнил:

— В Шестом поясе.

— Которые я тебе сказал искать.

Я их и искал, потом, после Среднего Испытания и разговора с духом и Седым. Но сказал я, конечно же, совсем другое:

— Один во власти нынешних Стражей Границ, второй на землях Поля Битвы, где бьются с сектами, третий и вовсе на землях сект, — перечислил я их полностью раньше, чем прикусил язык.

— Что же, первый тебе бесполезен как бесполезен и тем, кто называет себя Стражами Границ, значит, тебе нужно дойти до второго, — заявил Изард, умолчав о том самом третьем, словно я и не назвал его.

Я невольно прищурился и тут же задал вопрос:

— Почему Зал нынешних Стражей бесполезен мне я понимаю, но почему он бесполезен Стражам?

Улыбка Изарда стала безумной.

— Потому что Великое Испытание уничтожит любого из ныне живущих Стражей Границ. Они мусор, ничтожества, не способные его пройти. И главное этому доказательство то, что у них до сих пор нет никого с рангом гранд-реола.

Я и без того стоял на месте, говоря с духом, но после этих слов и вовсе застыл, словно статуя, даже дыхание задержал, настолько ослепительной была моя догадка.

В Среднем Испытании Стражей, что я прошёл в бывшей главной резиденции Стражей, дух по своему разуму ничуть не уступал Изарду. Он мыслил, он задавал вопросы, для него не было тайной ни содержание моего тела, ни содержание моих артефактов Путника. Он осмыслил всё, что узнал и что понял сам и… И действовал после этого совсем не по букве правил, если, конечно, они вообще могли быть…

Нет, они были. Правила были. Их не могло не быть у духа, что когда-то был духом Испытания главной резиденции Стражей. Мог ли дух за четыреста лет одиночества перерасти их? Тоже сомнительно. Он с трудом шёл против себя и своих правил, когда засчитывал мне испытания и ругался со мной. Но эти же правила словно ничего для него не значили, когда он стёр мне воспоминания и устроил ту странную проверку, в которой я — Страж и член клана Феникса защищал сектантов и бился против членов императорского клана Драконов.

Верность — главная черта духов? Верность чему? Ради чего тот безымянный дух устроил мне то испытание? Почему дух Стражей был доволен, когда я защитил сектантов?

Почему Изард так уверен, что ни один из Стражей не прошёл Большого Испытания и не стал гранд-реолом?

Ответ прост, и я его уже знаю. Изард такой же дух, как и дух Среднего Испытания, такой же, как и дух Большого Испытания, следующий таким же правилам, верный тому же. И если Изард, хранящий в себе частицу духа Маорса, духа-Стража, раз за разом повторяет, что нынешние Стражи недостойны даже именоваться ими, то так оно и есть. В чём-то нынешние Стражи пошли против основ верности духов Испытания.

Безумие какое-то. Они, впускающие сектантов в Первый и Второй для тренировки и наказания — недостойны. Я — проживший среди сектантов несколько месяцев, притворявшийся сектантом, защищавший их в испытании-иллюзии — достоин.

Неясно только, кто безумен — духи, пережившие своих создателей, или же сами их создатели.

Я сделал первый с начала этих размышлений вдох, а затем шевельнулся, прикладывая кулак к ладони:

— Старший, раз мы снова заговорили о Стражах, то я напомню о своей просьбе про ранги. Я только что проверил — ничего не изменилось.

— Было как-то не до этого. Сейчас исправлю.

Я торопливо напомнил:

— Прошу дать мне возможность полностью скрыть свой ранг.

— Да уж, не разжалую тебя, не переживай, — усмехнулся Изард. — Это ведь разрушит и мои планы. Задание на поиск главной резиденции я с тебя не снимал.

Голубой глаз Изарда налился свечением. Всего на миг, да и я ничего не ощутил, но разве я что-то ощутил в прошлый раз, когда он подготовил мой герб Стража к сгоранию на глазах первого же встреченного Стража высокого ранга?

Зато кое-что изменилось в жетоне, и я торопливо склонился:

— Благодарю, старший.

— Не за что, — отмахнулся он. — Я лишь вкладываюсь в тебя, чтобы самому получить выгоду, чтобы вернуть Орден Стражей к первоначальному облику.

Я кивнул, спросил уже у Седого:

— Какой сегодня день?

— Десятый.

Значит, не так уж и долго я играл, с облегчением вздохнул я. Есть ещё даже три дня в запасе. Но следующие слова Седого едва не заставили меня выругаться.

— Ты играл на цине почти два месяца, молодой глава.

Я вновь застыл на месте, невидящим взглядом смотря сквозь плывущие под ногами облака, медленно выдохнул и достал флягу из кольца. Вот почему в горле так сухо. Два месяца. Два месяца. Что-то со времен змеев стихии я зачастил с погруженим в себя. Но в