Тайпан - Джеймс Клавелл

– Спасибо, Мэй-мэй, – сказал он, закрывая за собой дверь. Струан потопал ногами на месте, показывая, будто удаляется по коридору, а сам, стараясь не расхохотаться, осторожно приложил ухо к двери. Вторая чашка вдребезги разбилась о нее с другой стороны. За этим звуком последовал поток китайских ругательств, потом он услышал имя А Сам и вслед за ним новые ругательства.

Счастливо улыбаясь, Струан на цыпочках зашагал к выходу.

Вся Счастливая Долина, словно некий живой организм, пульсировала, охваченная бурной деятельностью, и, легко шагая под уклон от своего дома к берегу, Струан чувствовал, как гордость переполняет его. Были заложены уже многие постройки. Среди них выделялись огромные трехэтажные фактории Благородного Дома и компании «Брок и сыновья», выходившие фасадом на Куинс-роуд. В их просторных помещениях располагались склады, конторы и жилые комнаты; они напоминали фактории кантонского поселения, удобство и надежность которых могли по достоинству оценить все китайские торговцы. Пока что они представляли собой лишь голые стены в строительных лесах из бамбука, на которых копошились сотни китайских рабочих. Вокруг этих громадин располагались десятки других зданий, жилых домов и причалов.

Струан разглядел вдалеке, что на полпути к Глессинг-Пойнт уже началось строительство дока: нескончаемая череда носильщиков насыпала камни для первого из глубоководных причалов. Напротив маленького домика начальника гавани, уже целиком готового, если не считать крыши, возвышались каменные стены тюрьмы, законченные на три четверти. А за доком виднелись строительные леса первой из армейских казарм.

Струан повернул на запад, к веренице больших палаток, в которых располагалась их временная главная контора. Палатки были раскинуты у самого края долины. К строительству церкви еще не приступали, хотя Струан заметил людей, обмерявших вершину круглого холма.

– Доброе утро, Робб, – сказал он, входя в палатку.

– С возвращением. – Робб был небрит, под глазами залегли черные тени. – Ты разобрался с Абердином?

– Да. Как у тебя тут дела?

– И хорошо, и плохо. По Куинс-роуд теперь не пройти без того, чтобы тебя не окружила вонючая толпа попрошаек. И что еще хуже, мы ежедневно доставляем сюда джонками и сампанами десять тысяч кирпичей из Макао, а к утру больше двух тысяч штук исчезает бесследно. – Он сердито взмахнул руками. – И не только кирпичи. Бревна, столы, цемент, перья, бумага – они воруют все. Если так пойдет и дальше, наши расходы на строительство удвоятся. – Он перебросил ему листок с цифрами. – Подарок для тебя: расчеты за твой дом – предварительные. Втрое больше, чем предполагал Варгаш.

– Почему так много?

– Ну, ты же хотел, чтобы он был закончен за три недели.

– Да за тысячу фунтов я, черт возьми, могу приобрести почти пятую часть клипера!

– Если «Голубое облако» не доберется до Лондона, мы попадем в чудовищную переделку. Снова.

– Он доберется.

– Мне бы твою уверенность. – Робб тяжело опустился на стул.

Струан сел за свой стол:

– Ну а теперь скажи мне, в чем заключается настоящая проблема, парень?

– О, я не знаю. Эти воры и нищие… и дел слишком много. И этот проклятый несмолкающий шум. Наверное, я устал… Нет, дело не в этом. Две вещи. Во-первых, Сара. У нее задержка на две недели, а ты даже не представляешь, какой раздражительной становится женщина в этом случае; к тому же бедная девочка боится, что умрет. И боится не напрасно. А помочь ничем нельзя, кроме как твердить постоянно, что все будет хорошо. Потом, опять же, мое решение остаться. Все это время у нас только и были что нескончаемые жуткие ссоры. Она твердо намерена уехать не позже чем через месяц, ну, может, чуть больше – как только будет в состоянии.

– Хочешь, я с ней поговорю?

– Нет. Тут уже ничто не поможет. Она все решила для себя, и говорить больше не о чем – ты знаешь Сару. Конечно, она в восторге оттого, что мы снова богаты, но домой все равно возвращается. Даже бал не помог: она злится на свой живот, на то, что она, по ее выражению, толстая и противная. Что бы ты ни говорил, для нее это остается пустым звуком.

– Это первое. Что же второе?

– Кулум. Ты и Кулум.

Струан посмотрел на дверь палатки, на многочисленные корабли, ровными рядами стоящие на якоре.

– Он кажется мне вполне окрепшим после болезни.

– Я не об этом.

– Давай отложим этот разговор на время.

– Ситуация получается очень скверная. Скверная и для вас, и для компании.

– Повремени с этим, Робб.

– Я прошу тебя. Пожалуйста, прости его.

– Подожди, Робб. – Струан повернулся к нему. – Немного подожди.

– Хорошо, Дирк. – Робб засунул руки в карманы. – Что произошло вчера ночью в Абердине?

Струан рассказал и передал ему контракты и бумаги на опекунство. Но об У Квоке и о празднике на острове Квемой в ночь на день святого Иоанна не сказал ни слова. Этот день наступит, когда он еще будет тайпаном, а решать, что делать со всем этим, должен тайпан, и только он.

Робб забеспокоился:

– Где сейчас мальчики?

– На борту «Отдыхающего облака». Я передал их Вольфгангу. Остальные девятнадцать человек на «Китайском облаке».

– Чем скорее мы отправим мальчиков домой, тем лучше. Если всем станет известно о том, что мы связаны с этим пиратским сбродом… уф-ф, одному Богу ведомо, чем все это закончится.

– Погрузка «Грозового облака» почти завершена. Он будет готов к отплытию через четыре-пять дней. На нем они и отправятся.

– Я сегодня же переправлю их на Вампоа.

– Нет, парень. Я сам захвачу их с собой завтра. Так безопаснее. Слишком многое поставлено на карту в Кантоне, так что мне лучше вернуться туда не мешкая. Хочешь поехать со мной?

– Я не могу, Дирк. Не сейчас, когда у Сары срок так близко. Почему бы тебе не взять с собой Кулума?

– Здесь и так хватает дел.

– Ему нужно многое узнать о чае, шелке, фрахте. Всего четыре месяца осталось.

– Хорошо.

– Что ты намерен делать с теми, кого отобрал?

– Сначала Вольфганг и Гордон обучат их английскому. Через три месяца мы определим их на клиперы. Ни в коем случае не больше чем по одному на корабль. Пораскинь-ка своим хитрым умом, как нам понадежнее перетянуть их на свою сторону.

– Постараюсь. Эх, разгадать бы, что за чертовщину задумали У Квок и Скраггер. Я не верю им ни на грош.

– Это правильно.

Интересно, подумал Струан, что бы ты стал делать, Робб, с днем святого Иоанна, если бы знал о нем. Ты бы послал фрегаты, я уверен. И может быть, послал их прямиком в ловушку. А я? Нет, пока не знаю.

Робб выглянул из палатки и окинул взглядом строящиеся дома:

– Если Бог в этом году будет с нами, мы далеко обгоним Брока.

– Да.

Но что делать с ним самим? И с Гортом?

– Я думаю, нам следует отвоевать часть земли у моря и протянуть причал до глубоководья, – предложил Робб. – Можно заняться этим прямо сейчас, не дожидаясь следующего года.

– Хорошая мысль, парень.

– Извините, сэр, – сказал Кьюдахи, торопливо подходя к палатке, – но вы приказали, чтобы я доложил немедленно.

– Входите, мистер Кьюдахи, – пригласил его Робб. – Как все прошло?

– Черт побери, мы обернулись быстрее ветра, сэр! Пакетбот оказался в точности там, где вы говорили. У меня с собой список пассажиров, о котором вы просили. Наш катер перехватил его у Пок-Ли-Чау. В гавань Гонконга корабль придет через три часа. – Кьюдахи улыбнулся и положил на стол небольшой мешок с почтой. – Э-э… прошу прощения, сэр, но как вы узнали, что пакетбот на подходе? Он ведь пришел на день раньше.

– Предчувствие, мистер Кьюдахи, – ответил Робб. – Будьте добры, подождите снаружи. – И он со значением посмотрел на мешок.

Кьюдахи отдал честь и вышел.

– Это была великолепная идея, – сказал Робб, – поставить наблюдательный пост на горе.

– Кулум, я вижу, не забыл об этом. – Струан был доволен. Он рассортировал почту и остался еще больше доволен тем, что Робб и Кулум сумели тайно осуществить его план. – Каким образом вы передаете сигнал?

– Мы дали задание одному из клерков, племяннику старого Варгаша, Жезушу, каждые четверть часа смотреть на вершину горы. Разумеется, в подзорную трубу и, разумеется, под большим секретом. Кулум придумал систему флаговых кодов. Теперь мы сразу знаем, является ли судно почтовым пакетботом, одним из наших или кораблем Брока или Купера – Тиллмана.

Они просмотрели содержимое мешка. Газеты и периодические издания за три месяца были отложены в сторону, ими можно будет насладиться на досуге. Кроме этого, они обнаружили книги, ноты, пьесы, модные журналы для Сары, новинки судостроения для Струана, финансовые документы для Робба.

Сначала бизнес.