В поисках Авалона - Алекс Джиллиан

— Символ, что и на твоем медальоне. — потрясенно выдохнула Джейн, подняв с земли кинжал и тщательно разглядев. — Я не понимаю, как она собиралась вернуть Эдреда? И почему я не могу прочитать заклинание?

— Все просто, дорогая Джейн. — криво усмехнулся Джон. — Женщины глупы и самонадеянны. Дайана полагала, что если приведет тебя в один из храмов Великой Дон, и расскажет о преступлениях ее сына, и покается в грехах, и предложит вернуть кольцо Гвину, наивная Богиня простит ее и развеет чары.

— Но Дайна говорила только о возвращении в Авалон. — покачала головой Джейн. — Ни слова об Эдреде.

— А зачем? Если бы Дон поверила ей, то точно не пошла бы искать камни с заклинаниями. Она всемогуща и обладает абсолютной силой. Великая Дон просто развеяла бы чары кольца, и в этом случае Эдред автоматически обретает свободу.

— Хорошо, это я поняла. — кивнула Джейн. Креймон стоял от нее на расстоянии вытянутой руки, и она помахала перед ним орденом льва. — А зачем ей это? Ты не Бог.

— Откуда тебе знать? — Креймон насмешливо посмотрел ей в глаза.

— Я знаю, Джон. И еще я знаю, что тебя можно убить. И без всякого кинжала. Нужно только снять медальон, который тебя защищает.

— И победить меня… — глаза Креймона предупреждающе сузились. По вибрациям воздуха с его стороны, и потаскивающему напряжению, Джейн ощутила его гнев.

— Эдреду это под силу. — уверенно кивнула она, игнорируя угрожающие взгляд Джона.

— Эдред — дух, заточенный в кольцо. — свирепо рявкнул Креймон. — Ему нужно тело, для воплощения. Мое тело, — подчеркнул он. — другое не подойдет. На земле не осталось, подобных мне, а другой физической носитель не выдержит мощи Эдреда.

— Но зачем нужен кинжал? Орудие против Богов?

— Чтобы указать путь Эдреду.

— То есть?

— Если ты сейчас убьешь меня, то все Боги мира, глядя на нас с небес, увидят меня, пронзенного божественным клинком. Если поразить орденом льва не подобного им, но бессмертного, он не превратится в тлен, не рассыплется в пыль, как это случилось с Лиандрой, а останется вечно молодым, не гниющим трупом, навсегда скрывшимся от взгляда смертных. И я бы лежал здесь среди разваливающихся камней веками, под насмешливыми взглядами своих создателей. Никто из людей не смог бы увидеть меня. Наверно, это была бы достойная смерть. Особенно теперь, когда мне не грозит угроза порабощения Эдредом. Где кольцо, Джейн?

— Почему я не могу прочитать заклинание? — в третий раз повторила свой вопрос Джейн Браун.

— Потому что смертный не может войти во врата Авалона.

— Дайана не говорила, что….

— Поверь на слово. Камень, на котором высечены слова заклинания, оберегающие Сомерсет от мнеподобных, находится в Авалоне. И попасть туда можно, только пройдя семь витков лабиринта, начиная с подножия холма, и достигнув вершины. И там, в часовне Святого Михаила, ты должна умереть, чтобы перенестись в страну вечного лета, и найти тот самый священный камень с заклинаниями. Теперь ты понимаешь, почему Дайана не могла воспользоваться этим вариантом?

— Он сделал бы невозможным возвращение Эдреда. Я бы никогда не освободила его. И…. — Джейн вскинула голову и напряженно посмотрела на Креймона. — Что ты собираешься делать, Джон? Ты же не думаешь, что я поеду в Сомерсет, заберусь на холм, перережу себе горло, и сниму заклятие, чтобы ты мог вернуться к Богу, от которого сам и отказался.

— А почему нет? — глаза Джонатана потемнели, но лицо было полно покоя и уверенности. Джейн изумленно уставилась на него, потеряв дар речи. Он серьезно? Что это глупость? Или верх самоуверенности?

— Ты позволишь мне умереть, Джон? — спросила она, переборов эмоции. — Ради тебя? Разве таким образом я не обреку себя на вечные скитания? Повелитель низвергнет меня из Страны Вечного Лета, и я стану подобной тебе, но без шанса вернуться домой.

— У меня нет выбора, Джейн. — ожесточенно сказал Креймон. Глаза его сверкнули огнем, скулы напряглись.

— Тебе больно. — выдохнула она. — Ты любишь меня. Любишь, признай это, и выбор не понадобиться. Останься здесь, со мной.

— Чтобы увидеть, как дряхлеет твое тело? Несколько десятков лет в обмен на возвращение домой? Ты все равно умрешь. На моих руках. К чему продлевать агонию.

— Ты можешь сделать меня бессмертной, как Роуз и Брайана. — сказала Джейн, кивнув на его молчаливых спутников.

— Это не жизнь, а только подобие существования. Ты перестанешь быть Джейн Браун, которую… — он осекся, в глазах появилось подобие страха.

— Я не сделаю этого для тебя. — сделав шаг назад, произнесла она. Ее улыбка была полной неуместного торжества. — Даже если сильно захочу. Я не готова умереть. Я вовсе не воплощение Луизы Браун. И не имею никакого отношения к реинкорнации Элизабет. У меня нет такой силы, чтобы вернуть тебя домой.

— Это ложь, Джейн. Ты — Браун.

— Тебя обманули.

— Нет. Я знаю.

— Почему я не могу войти в Авалон? Кольцо позволило Дайане выйти из него, и Гиневра жила в замке Гвина, не прервав земной жизни. Почему я не смогу?

— Потому что Он не позволит. Врата закрыты новыми оберегающими знаками. Повелитель знает, будучи смертной, хранительница кольца может быть подвержена моим чарам, и опасна для него. Боги не любят казаться уязвимыми.

— И все же, Джон? Если я не Браун?

— Я знаю, кто ты. Они пытаются одурачить тебя, тем самым сбив меня с намеченной цели.

— Ты хочешь верить в это. Пусть так. — Джейн кивнула, обхватив себя руками. — Убеди меня. Заставь.

— Мне не нужно заставлять тебя. — Креймон печально улыбнулся. — Помнишь, я говорил, что попытаюсь найти способ сохранить тебе жизнь? Я искал. Я надеялся, что Дайана знает, как снять заклинание, не убив тебя. Но она запутала клубок еще сильнее. Конечно, я был осведомлен, где именно написаны слова заклятья, и как ты можешь попасть туда, чтобы прочитать их. Мне нужна была твоя вера, и любовь, которые повели бы тебя к вершине холма. Поэтому я не мог применить магию, и захватить твое сердце и волю силой. За чертой жизни, все чары рассеиваются, как дым. Я долго играл с тобой, а ты упорно сопротивлялась. Наверно, я все-таки не настолько хорош, чтобы ради меня можно было умереть.

— Ты совсем не хорош, Креймон. — мрачно подтвердила его слова Джейн.

— Но все еще есть другой план.

— И в нем я тоже умираю. — догадалась она.

— Да. — кивнул Джонатан, не сводя с ее лица пристального взгляда. — Тот план, о котором я говорил с самого начала. Я проникну в твой разум, и пройду по всем жизням, чтобы добраться до единственно нужной, скрывающей тайну проклятия Луизы и Элизабет. Я сделаю это здесь. В храме Великой Богини Дон, в храме, который когда-то строил, как знак своего величайшего поклонения и уважения.