Крестные матери - Камилл Обре

Она не сказала вслух, но подумала: «А ты постарел, незнакомец». Ричард, казалось, угадал ее мысли, потому что печально улыбнулся. Она знала, что после войны он наконец переехал в Бостон, где баллотировался на какой-то высокий пост, но провалился на выборах. Он изредко виделся с Пиппой, посещая ее выступления, когда она приезжала в Бостон, но не более того. Со времени развода гордая Пиппа не хотела иметь с ним ничего общего. Так что Петрина много лет не видела бывшего мужа. Лицо его стало массивнее, волосы поредели, а уголки губ скорбно опустились.

– Мы с Дорис вернулись жить на Манхэттен, – мягко сказал Ричард. – После смерти отца мне пришлось взять на себя управление фирмой.

Ага, значит, он все еще женат на той разлучнице. Но было ясно, что новая жизнь разочаровала его. Похоже, он с потрясением для себя осознал, что никогда больше его не будут так превозносить и обожать, как во времена юности, когда он блистал на корте, побеждая в теннисных соревнованиях.

– Один из моих деловых партнеров – коллекционер, и я взял у него каталог этого аукциона, – сказал Ричард. – Увидев в нем твою картину, я поразился: «Боже правый, это теперь продается?! Та картина, за покупку которой я высмеял свою жену в сороковых годах?» Ну, Петрина, скажи, сколько ты сегодня за нее выручила: раз в двадцать больше, чем заплатила? Я должен знать. У тебя всегда был нюх на настоящее искусство.

– Верно, – живо согласилась Петрина. – Ты никогда не понимал ценность того, чем мы обладали. Когда вы с адвокатом делили наше имущество и в мою жалкую кучку бросили эту картину, ты отдал мне самое ценное сокровище!

Ричард внимательно посмотрел на нее.

– Только не картина была самым большим сокровищем, – проговорил он. – Им была ты.

Петрина пораженно посмотрела на него, но быстро оправилась и тихо рассмеялась, подумав про себя: «Ты так меня и не понял. Самое ценное наше с тобой сокровище – это Пиппа». Но вслух она ничего не сказала. Пусть даже Пиппа уже стала молодой женщиной, независимой и свободной, Петрина все еще чувствовала отголоски старого страха перед Ричардом, который угрожал отнять у нее дочь.

* * *

Этим вечером по просьбе Филомены Эми привезла детей в Гринвич-Виллидж, чтобы они остались там на выходные.

– Я так рада, что вы приехали, – сказала Филомена, обнимая Эми, когда та вошла в кабинет Тессы. Их дочери уже куда-то убежали вместе. – Я хотела поговорить с тобой до того, как соберется вся семья, – призналась Филомена. – Речь пойдет о будущем Николь.

– Ее будущем? – повторила Эми, плюхаясь в кресло. – Ей же только двенадцать лет. Она даже еще не ходит на свидания, а мальчиков считает просто друзьями. Пройдет еще много лет, пока она выйдет замуж.

– Я сейчас не о мальчиках, – чуть язвительно отозвалась Филомена. – Моя Тереза говорит, что все учителя в восторге от того, насколько замечательная и одаренная у тебя дочь.

– Да, Николь всегда получает только высшие оценки, – пробормотала Эми.

Сама она очень плохо успевала в школе. Поэтому каждый раз на родительском собрании ощущала невольные уколы зависти, когда все учителя в один голос пели дифирамбы ее девочке, называя отрадой класса.

– Учителя Николь настаивают на том, чтобы на следующий год она поступила в школу для одаренных девочек, – гнула свое Филомена. – Тереза говорит, что они просят тебя об этом уже несколько лет. Почему ты до сих пор не отреагировала?

– Но ведь Фрэнки не посылал Джемму в колледж! – заявила Эми. – Он сказал, что это пустая трата денег, ведь девочки все равно выйдут замуж и начнут рожать детей. Зачем вкладывать ненужные идеи в голову Николь? Она и так слишком много читает! По две книги в неделю! Я пыталась ей помешать, но она прячется под одеялом и читает с фонариком! Так она скоро заработает близорукость, как я!

Филомена расправила юбку ладонями, будто разглаживая морщины на ее жизнях.

– Думаю, это обычное дело – когда матери завидуют дочерям, которые в чем-то их превосходят, – произнесла она задумчиво. У ее дочери Терезы был музыкальный талант, унаследованный от Марио. И, по правде говоря, Тереза была ближе к отцу – у нее был такой же темперамент, из-за чего Филомена порой испытывала странное чувство, что она им чужая. – Но в конце концов мы хотим, чтобы наши девочки стали независимы и не нуждались в мужчинах, чтобы выжить, правда?

Эми это шокировало.

– Я хочу, чтобы моя дочь влюбилась и вышла замуж! Разве ты не желаешь того же для своей Терезы?

– Разумеется, это так. Но нехорошо, если она будет полностью зависима от своего мужчины, – ответила Филомена.

– Действительно? Тогда почему ты сама не отправила свою дочь в эту модную, дорогую школу для умненьких девочек? – требовательно спросила Эми, будто вытаскивая джокера из рукава.

– Оценки Терезы не такие хорошие, как у Николь, но она тоже поступила в эту школу и должна была отправиться туда в следующем семестре, – тихо ответила Филомена. – Но сегодня с утра мы поругались. Тереза заявила, что она не будет учиться в той школе, если с ней туда не отправится Николь. Я бы очень хотела, чтобы наши малышки учились вместе. Я думаю, Николь поможет Терезе с учебой. Что скажешь, Эми? Должны ли мы отправить наших красавиц-дочерей в эту замечательную школу?

– Винни поступает в подготовительную школу для юристов, а Поли – для медиков, – забеспокоилась Эми. – Близнецы почти чудом попали в подготовительные школы благодаря очень хорошим репетиторам, которых для них нашла Петрина. Так что, поверь мне, все свои деньги я потратила на их учебу! – сказала она с драматизмом в голосе, явно преувеличив, но убедив в этом саму себя.

– Тогда позволь мне, крестной матери Николь, заплатить за учебу, чтобы Николь училась в лучших школах, какие мы можем себе позволить, – решительно заявила Филомена. – Я уже обсудила это с Марио, и он совсем не против. Тебе нельзя закапывать в землю этот бриллиант, Эми. Помнишь, когда она только родилась, ты просила сделать тебе «последнее одолжение» – стать ее крестной и защищать ее? Теперь ты сделай мне одолжение. Хорошо?

Филомена положила руку на руку Эми так решительно, что, казалось, она ее не выпустит, пока не добьется положительного ответа.

– О, ну хорошо, – угрюмо ответила Эми. – Думаю, нашим малышкам и правда лучше учиться в одной школе. Это сэкономит нам целое состояние на счетах за телефонные разговоры!

Тереза и Николь, подслушивающие их разговор в укромном месте в кладовой, сжали друг другу руки, чтобы не вскрикнуть от радости – они вместе будут