Узы любви - Кэндис Кэмп

И ему невозможно было увидеть ее, чтобы объяснить ей весь этот свой маскарад с мундиром офицера вражеских ему сил и чтобы извиниться перед ней и убедить ее в своей любви. С одной стороны, это уже не

имело никакого значения, он не сомневался, что у нее не осталось никаких чувств к нему. Казалось, чтобы он ни делал, все оборачивалось так, что давало ей все больше оснований ненавидеть его. Но с другой стороны все это значило для него крайне много: он не мог умереть и позволить ей и дальше считать всю оставшуюся жизнь, что он не любил ее. Он хотел, чтобы, по крайней мере, она знала, что была в его жизни единственной женщиной, покорившей его сердце.

Однако прелестная мисс Девер упорно отказывалась его видеть. Каждый раз, когда он заходил, дворецкий объявлял ему, что ее нет дома. Он написал ей письмо, но она вернула его нераспечатанным. В отчаянии он подумывал вломиться в дом Ван дер Брайзов и поймать ее чтобы поговорить, но вовремя остановился: насильственое проникновение в дом видного и влиятельного джентльмена запросто могло привести его к paзоблачению. Он не мог поставить под удар судьбу своей многострадальной родины ради собственных сердечных дел.

— Капитан третьего ранга Форрест! — гулко прозвучал низкий бас.

Хэмптон от неожиданности вздрогнул. Он узнал голос майора Линдейла, ужасного зануды из Нантакета. Он безропотно повернулся, чтобы поприветствовать его… и внезапно покрылся ледяной испариной. Рядом с Линдейлом стоял лейтенант Перкинс.

— Майор Линдейл, — Меттью заставил свой голос прозвучать спокойно, вряд ли Кетрин выдала его своему бывшему жениху.

— Форрест, мне бы хотелось познакомить вас с тенантом Перкинсом. Лейтенант Перкинс, капитан третьего ранга Форрест. Лейтенант Перкинс из моего родного города, я случайно встретился с ним, когда шел сюда к вам, и подумал, почему бы мне не захватить его с собой, чтобы познакомить с вами.

— Лейтенант Перкинс, — Мэттью приветствовал его с чопорной снисходительностью старшего по званию офицера.

— Капитан третьего ранга, — отдал честь Перкинс, в его глазах не было ни тени признака того, что он узнал Хэмптона, одна лишь смертельная скука челе которому пришлось провести несколько минут с майором Линдейлом.

— Перкинс служит на блокадном корабле. Завтра он отплывает в Уилмингтон.

Хэмптон почувствовал сумасшедшее желание рассмеяться и сказать, что и он тоже как раз собирается это сделать. Перкинс продолжал смотреть на него, и Хэмптон заметил, как лоб лейтенанта озабоченно нахмурился.

— Простите меня, сэр, — сказал он, — но у меня такое чувство, что я вас уже встречал раньше.

«Да, однажды на верфях мистера Девера», — этот ответ не прозвучал вслух.

— Может, ваш корабль базировался когда-нибудь в Филадельфии? — хладнокровно спросил Хэмптон. — Нет, сэр. — Ну что ж, наверное, мы случайно где-нибудь встречались, — он пожал плечами, как бы показывая, что не стоит придавать значения подобным пустякам. — Был рад познакомиться с вами, лейтенант. Всего хорошего.

— Благодарю вас, сэр, — Перкинс отдал честь, поняв, его отпускают, и постарался побыстрей исчезнуть, он боялся надолго застрять с Линдейлом.

Перкинс зашел в ресторан, чтобы в последний раз перед отплытием поесть на берегу. Лицо Форреста постоянно всплывало в его памяти, не давая покоя: где же он его видел? Привяжется же такая чепуха, подумал он и выбросил все это из головы.

После обеда он прохаживался возле дома Ван дер Брайзов. Мистер Девер сообщил ему письмом о приезде Кетрин в Нью-Йорк и настоятельно просил его зайти к ней. Уильям не решался. Его не покидали мысли о ней, но он знал, что Кетрин была настроена серьезно и решительно, когда разрывала их помолвку. Он не желал навязывать ей свое общество против ее воли.

Однако он часто проходил мимо дома, где она остановилась, в надежде увидеть ее хотя бы мельком. Вот и сегодняшним вечером он приткнулся плечом к ограде, тоскливо уставившись на освещенные окна. В одном из них он смог разглядеть несколько мужчин в синих мундирах и блондинку, которую он часто видел выходившей из дома. Но он не видел Кетрин.

Он уперся головой в железные прутья ограды, еще теплые от дневного солнца. Ему вспомнился вкус ее губ в том последнем глубоком поцелуе, когда он уходил от нее вечером в день их помолвки. Он вспомнил ее улыбку, ее сладкий и щедрый рот, ее низкий голос в тот день, когда она водила его по кораблю, который строили пленнные. Тогда она сказала ему, что он может зайти к ней. Он стиснул зубы, чтобы сдержать поток горячих слез, готовых хлынуть. Может быть, ему удастся увидеть ее хотя бы раз перед отплытием, не для того, чтобы что-то потребовать от нее, но просто для того, чтобы предложить ей помощь и дружбу, если они ей когда-либо понадобятся.

И вдруг он вздрогнул. В тот день на корабле… он спустился вниз по трапу… в воздухе висела напряженность, позади Кетрин стоял охранник, а напротив нее… пленный с дерзким и самоуверенным лицом и холодными, как лед, глазами… капитан третьего ранга Форрест — капитан Хэмптон! О, Боже! Хэмптон был в Нью-Йорке, замаскировавшись под капитана третьего ранга федерального флота. Подумать только! Ведь он стоял меньше, чем в трех футах от своего заклятого врага!

Перкинс сорвался с места и побежал. Когда он добрался до штаба, то обнаружил, что все давно ушли. На секунду Перкинс задумался. Наверняка, он у себя в квартире! Перкинс направился в общежитие для холостых офицеров, но, оказалось, что капитан третьего ранга Форрест не проживает в общежитии. В условиях военного времени общежитие было переполнено, и вновь прибывшему офицеру места в нем не нашлось. Форрест снимал комнату в городе. Уильям узнал адрес и вскоре отыскал его жилье. Он постучал в дверь несколько раз, но без толку.

— Вы что, не видите, жильца нет дома! — послышался раздраженный голос.

Уильям обернулся. Перед ним стояла полная женщина средних лет и рукой придерживала свой халат.

— Здесь проживает капитан третьего ранга Форрест? — вежливо поинтересовался он.

— Да, но он вышел. Почему бы вам не зайти позже?

— Вы случайно не его домовладелица?

— Да, а что?

— Я старый приятель капитана, мы вместе учились.

Женщина смерила его подозрительным взглядом.

— Однако же, у вас не такое странное произношение, как у него.

— О нет! Я не имел в виду детский возраст. Мы учились вместе в военно-морской академии. Я прибыл только сегодня, и вот узнал, что он здесь. Мне бы хотелось устроить ему сюрприз. Не могли бы вы впустить меня в его комнату?

Домовладелица уставилась на него в раздумье, но честные глаза Перкинса решили дело в его пользу.

— Ладно, — сказала она и отправилась в свою комнату за ключами.