Лекции по общей психологии - Лев Ительсон

Могущественным средством такой организации восприятий является слово. Оно закрепляет общественные значения вещей и явлений. Поэтому словесное обозначение часто определяет отбор признаков, которые организуют восприятие. Так, в одном опыте испытуемых заранее предупреждали о том, какую категорию объектов они увидят на экране. В одном случае говорили, что покажут им животных, а в другом — что покажут мебель. Затем быстро демонстрировали неопределенные цветовые пятна. И, хотя на экране фактически не было никаких определенных изображений, испытуемые в первом случае видели различных зверей, а во втором — разные виды мебели.

Итак, пятый вывод, механизм перцептивной фильтрации отбирает сигналы, которые несут информацию о признаках, определяющих значение объекта.

Таким образом, в восприятии мира каждым отдельным человеком невидимо присутствуют опыт общества, его практика, его знания, его картина мира, его отношение к различным вещам и явлениям действительности. Иллюстрация этой избирательности восприятия дана была в одном юмористическом журнале. На картинке изображены муж и жена, стоящие перед витриной магазина, на которой выставлены дамские платья. Картина разделена на две части. Одна показывает поле зрения жены: она видит все подробности рисунка тканей, детали фасонов, но не видит цены. Другая половина изображает восприятие той же витрины мужем: он видит только цифры, а сами платья воспринимаются им как нечто бесформенное и неопределенное.

Очень много дает для структурирования наших восприятий тот опыт человечества, который называется искусством. Искусство во многом формирует те образные модели мира, в которых мы воспринимаем действительность. Недаром, увидев красивый пейзаж, мы восклицаем: «Как на картине!» Иначе говоря, картины дали нам модель, схему пейзажа, схему красоты, и мы уже действительность сравниваем с ними. Недаром Оскар Уайльд как-то сказал, что лондонские туманы создал художник Моне. Он имел в виду при этом, что Моне первым начал рисовать лондонские туманы оранжево-голубоватыми. Зрители смеялись и говорили: «Где вы видели такой туман? Туман просто серый, мокрый, а здесь какие-то оранжевые, перламутровые цвета переливаются». А потом пригляделись — и увидели, туман, действительно, имеет оранжевый, перламутровый оттенок. Люди стали видеть то, чего они ранее не видели, потому что им это показал художник. Художник, выделяя определенные стороны мира, учит нас видеть их. Так, мы видим лес через Шишкина, красоту и печаль среднерусской природы видим через Левитана, Кавказ видим во многом через Лермонтова и Пушкина. Построив богатые модели восприятия, они научили нас воспринимать эти объекты в их существенных чертах. Поэтому одна из высших форм восприятия, которая присуща уже только человеку, то, что называют эстетическим восприятием. Это — способность воспринимать не просто вещи, а воспринимать гармонию вещей, их красоту, вещи в их эмоциональном значении.

Наконец, последний фактор, который определяет отбор информации и характер восприятия, это — установки человека. Под ними понимают те внутренние ожидания, которые связаны у человека с данной ситуацией. Так, в обстановке ночного кладбища «бедный Ваня» ожидал встречи с вурдалаком. Дон Кихот ожидал встречи с великанами, заколдованными принцессами, злыми волшебниками. И восприятие услужливо организовывало ему самые обычные вещи — мельницу, деревенскую девчонку, винные бурдюки — в образы этих романтических ожиданий.

Отсюда видно, что установка рождается из столкновения фактической ситуации с потребностями, желаниями, тревогами и надеждами человека, его представлениями о мире и отношением к действительности, со смыслом и значениями, которые он придает вещам и явлениям.

Так, в одном опыте психолог Рамишвили собрал десятиклассников и сказал: «Сейчас мы с вами разыграем лотерею. Лотерея имеет такие условия: вот 50 карточек, на них нарисованы кружки. На одних карточках правый кружок больше, на других левый кружок больше. Вам будут показывать их в тахистоскопе на 0,1 сек. Вы должны сказать, какой круг больше, какой меньше. Если вы отвечаете правильно, вам дается одно очко, если ошибаетесь, у вас вычитается одно очко. Кто наберет 25 очков — выигрывает фотоаппарат». Вставляя карточки в тахистоскоп, незаметно подменяют их 50 карточками, на которых нарисованы совершенно одинаковые кружки. Затем их начинают экспонировать и испытуемые уверенно говорят: «Левый больше». «Правый больше» и т.д. Они увидят одинаковые кружки как разные, причем резко разные по размеру. Почему? Только потому, что они ожидают, что один должен быть больше, чем другой, и им хочется выиграть этот самый фотоаппарат.

Таким образом, установка представляет собой своего рода внутреннее прогнозирование, т.е. представляет разновидность опережающего отражения. Это предвосхищение возникает, с одной стороны, из внутренних ожиданий, а с другой — из сложившейся ситуации.

Так, например, в одном опыте психолог давал людям читать немецкий текст. В каком-то месте этот текст переходил в русский. Но испытуемые еще некоторое время продолжали читать русские буквы по-немецки, т.е. воспринимали их как латинские (Ходжава). Здесь ожидание вытекало из предыдущей ситуации, и восприятие строилось в соответствии с этим ожиданием.

Итак, наш последний вывод. Механизм перцептивной фильтрации отбирает сигналы, которые сообщают о признаках окружающего мира, соответствующих ожиданиям человека. Иногда этот механизм оказывается настолько силен, что человек замечает в окружающем мире только то, что подтверждает его предвзятые представления, предрассудки или суеверия, короче, его ожидания, и просто не видит всего, что им противоречит. Так, в одном опыте людям показали серию картинок. Они начинались с изображения кошки. Затем на каждой следующей картинке предыдущее изображение слегка изменялось и так до тех пор, пока оно превращалось в отчетливую собаку. Однако, некоторые люди так до конца и продолжали видеть на картинке кошку.

Исходная установка как бы делала их слепыми. Она просто не пропускала в восприятие информацию об отличительных «собачьих» признаках рассматриваемого изображения. Между прочим, оказалось, что такая жесткая фильтрация информации, предопределенная исходной и неподдающейся перестройке установкой, характерна была для расистов и вообще тупых узколобых людей, начиненных злобой и предрассудками.

Итак, восприятие — это не пассивное зеркало, а активный процесс поиска нужной информации. Оно непрерывно осуществляет отбор из океана действующих раздражителей лишь тех, которые несут человеку информацию, важную для регулирования его поведения и деятельности.

Это могут быть перцептивное поведение и деятельность. Тогда фильтрация решает задачу отбора сигналов, связанных с объективными свойствами предметов и нужных для построения их верного образа. Это могут быть практическое поведение и деятельность. Тогда фильтрация решает задачу отбора сигналов, связанных с потребностями и целями человека, нужных для верного предвидения и правильного выбора действий. Наконец, это может быть познавательная (гностическая) деятельность. Тогда фильтрация решает задачу отбора сигналов, связанных со смыслом и классификацией предметов, нужной для верного обнаружения значений и правильного выбора решений.

Как же работает этот механизм перцептивной фильтрации? По-видимому, здесь опять функционируют перцептивные модели, хранящиеся в памяти. Эти модели закрепляют не вообще любые объективные признаки вещей, явлений и ситуаций, а такие, которые имеют значение для поведения и деятельности, связаны с мотивами и целями человека, важны для его общественных отношений и практики. Сличение поступающих сенсорных данных с такими моделями автоматически обеспечивает поэтому выделение соответствующей информации. При этом выбор подходящей модели происходит не путем случайного перебора, а определяется ситуацией, задачей, общей картиной мира. Происходит как бы грубая общая настройка, в каком круге моделей искать подходящую. Выбор мозгом подходящей модели определяет, чего ожидает человек в данной ситуации. А это ожидание обратно воздействует на отбор сигналов из окружающего мира. Восприятие, по-видимому, так организовано, чтобы максимально замечать сигналы, относящиеся к ожидаемым, и минимально реагировать на другие сигналы.

Итак, в механизме перцептивной фильтрации используются те же принципы организации поступающих ощущений с помощью сенсорных эталонов и перцептивных моделей. Только теперь эти эталоны и модели используются по-новому. Не для устранения сенсорных искажений и не для дополнения недостающих сенсорных данных, а как средство управления отбором информации из окружающего мира.

Итак, мы обнаружили, что переходя от сигнального уровня к образному, от сенсорного отражения к перцептивному, психика не просто объединяет ощущения, порождаемые различными рецепторами. Она делает и шаг вперед к отражению внешнего мира таким, как он есть. От субъективных ощущений она поднимается к объективным свойствам вещей, от случайной изменчивости чувственных переживаний — к объективной устойчивости предметных структур, от разрозненности элементарных раздражений — к объективной целостности реальных вещей.