Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

несколько заходов вычистил оттуда останки мертвяков и мусор. Вернувшись к складу боеприпасов, я взял из дальнего угла замеченную ранее канистру, открыл её, аккуратно понюхал. В нос ударил знакомый запах бензина с какими-то дополнительными присадками. Вернувшись наружу, я щедро полил останки маслянистой жидкостью, отошёл подальше и оттуда бросил зажжённую спичку. Факел взлетел метров на пять, жар был такой, что мы поспешили отойти подальше. Впрочем, уже через пару минут большой огонь угас, и остались только едва горящие угли.

— Неплохо. — Даша покосилась на канистру. — Это что за нафиг?

— А хрен его знает, я по-немецки не шпрехаю. Можешь почитать, что там написано. Наверное, смесь для огнемёта… Там ещё четыре канистры, вроде.

— Значит, где-то должен быть и огнемёт. — подруга приложилась к фляжке и вернула её мне. — Пойдём посмотрим, что там в третьем помещении?

— Пойдём. Бегемот, ты не чуешь там поганых сюрпризов? Нет? Ну и ладушки, нам на сегодня, пожалуй, достаточно адреналина.

Помещение оказалось длиннее и у́же боковых. Луч чудом уцелевшего фонарика метнулся туда-сюда, а потом Даша повернула выключатель, и загорелись всё те же тусклые лампы. Те же три бойницы, три пулемёта на станинах, и куча ящиков. На этот раз — не оружейных. И не воняющих.

— Интересно, откуда здесь электричество? — задумалась подруга. — Солнечных батарей наверху я не видела…

— Откуда, откуда… Ты что, Грету Тунберг не смотрела? Всему прогрессивному человечеству известно, что электричество берётся из розетки. Поэтому оно экологически чистое, в отличии от нефти, газа и угля. А если серьёзно, без понятия. Генераторов не видно. Кабели от выключателей уходят в пол. Куда они ведут — известно только оргам.

— Если бы у нас был провод, можно было бы провести электричество в наш домик. — продолжала фантазировать девушка.

— Технически — да… А зачем, то есть, нахрена? С освещением проблем у нас нет, а ни для чего другого мы приспособить это электричество не сможем — адаптеров с 220 на 5 вольт у нас нет, даже КПК не зарядить. Да и провода, как ты заметила, у нас нет.

— У нас есть катушка алюминиевой проволоки, которую голубь притащил! — просияла подруга.

Бегемот, сидевший за спиной Даши, печально замотал головой, уперев морду в лапу, показав, что жест «рука-лицо» вполне себе межвидовой, а так же засветив некоторые свои знания по электроснабжению. Я был с ним вполне согласен.

— Это неизолированный провод, Дашенька. По земле его не кинешь. Теоретически, можно построить воздушную линию, только мы провозимся до конца месяца. Смысл?

— Да это я так, к слову. — пошла на попятную девушка. — Вдруг мы еще найдём нормальный провод?

— Ну, если нам действительно попадётся несколько сотен метров провода, тогда и подумаем. Давай, что ли, ящики вскроем?

Сказано — сделано. В первом же ящике оказались книги. Одинаковые коричневые томики, в толстой обложке, с золотым тиснением, явно не дешёвые. На немецком, разумеется. С обложки строго смотрел сам фюрер.

— «Моя Борьба». — прочла Даша. — Чувство юмора организаторов иногда меня удивляет. Они сюда свезли идеологическую литературу гитлеровцев, что ли? Там смесь для огнемёта ещё осталась?

— Более чем. — я вскрыл следующий ящик, и следующий, и следующий… Книги, книги, книги. Разных форм и расцветок, но на каждой красовался орёл Третьего Рейха. — В принципе, несколько томов можно забрать, у нас бумага опять закончилась. Так, а здесь что-то другое. Ты что-нибудь в искусстве понимаешь? В живописи?

В очередном ящике вместо книг были аккуратно уложены… картины. Прямо так, с рамами. Аккуратно проложенные соломой. Я осторожно доставал раритеты — а это, без всяких сомнений, были именно раритеты — и ставил рядком к стене. На нас холодно взирали портреты давно умерших людей, звали в даль пейзажи, просили к столу натюрморты…

— Охренеть. — после некоторого молчания сказала Даша. — Я не разбираюсь в картинах, но вот эту я точно видела в Эрмитаже… Боюсь даже представить, сколько оно всё стоит… И что оно здесь, чёрт побери, делает.

— Видимо, это склад награбленного немцами в годы войны, того, что они не успели вывезти. Правда, если ты эту картину видела в Эрмитаже, то это просто качественные копии. Или некачественные, ничего в этом не понимаю. Или… Или подделка висит в Эрмитаже. Но я в это, почему-то, не верю.

— Я тоже. В любом случае, можно в домике пару штук повесить, сойдём за ценителей искусства. Давай смотреть дальше?

Картины нашлись ещё в трёх ящиках. Потом пошёл явный антиквариат: какие-то кубки, вазы, посуда — всё очень хорошо упакованное, чтобы не разбилось. Один из ящиков был набит какими-то совсем древними штуками — костяные ножи, каменные орудия труда и оружие. Это мы даже трогать не стали. И ещё в десятке ящиков находились наличные деньги, аккуратно упакованные в пачки. Рейхсмарки, разумеется.

— Ну? — воззрился я на подругу, явно ошалевшую от такого количества концентрированной культуры за раз.

— Книги — сжечь. — ответила Даша после некоторого раздумья. — В сортир положим наличку, банкноты помягче будут. Остальное оставим тут, куда нам всё это складывать? Хата не резиновая. Я несколько картин выберу, на стены повесим. Красиво будет. И вазу… вот эту. И эту!

— Уговорила. Отбирай пока, а я посмотрю, что из оружия можно притырить.

Пока Даша придирчиво выбирала картины и предметы искусства, поминутно советуясь с Бегемотом, я удалился в соседнее помещение и принялся вскрывать оружейные ящики. Арсенал оказался — что надо, моё почтение. Ящики MG-42, MP-40, винтовки «Маузер» К-98, пистолеты Люгера (он же знаменитый «Парабеллум»), фаустпатроны, гранаты, и огромная куча боеприпасов для всего этого великолепия. А так же запасные магазины, расходники и средства для ухода. А вот огнемёта почему-то не нашлось, что странно, зачем тогда канистры с огнесмесью?

В итоге, я отобрал для нас один пулемёт, четыре МП-шки, два «Люгера» (он полегче наших пистолетов, да и поудобнее), десяток гранат (не знаменитых немецких гранат с деревянными ручками, а аналогов наших «эфок», так называемое «яйцо» — они сильно легче), и ящик патронов для всего этого великолепия. Подумал, и присовокупил ещё ящик фаустпатронов. Добавив запасных магазинов и расходников, я принялся вытаскивать весь этот арсенал наружу.

— Вася, ты с ума сошёл? — ухохатывалась Даша, глядя на гору оружия. — Ты что, на войну собрался? Ааххх, а фаустпатроны-то зачем? Голубей сбивать будешь? Лодка-то не потонет?

— Сплаваем два раза, если что. — насупился я. — А из фаустов я просто пострелять хочу. Когда ещё такой случай представится?

— Скорее всего, никогда… — задумчиво протянула подруга. — Так, возьми их ещё ящик! И пулемёт ещё один! И патронов побольше!

— Тогда лодка точно потонет нафиг. — засмеялся я. —