Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

связи. Несколько сервомоторов приводили конструкцию в движение, позволяя наводиться по горизонтали и вертикали. Внизу подвешен аккумулятор. Вот, в общем-то, и всё. Дёшево и сердито. Я разомкнул захват и вынул из него оружие. Пулемёт выглядел очень неплохо — учитывая, что их уже с полвека не производят. Ленточный короб был пуст, надо ленту захватить из коридора, хотя, патронов всё равно нет, не помню, что там за боеприпас используется, но наши точно не подойдут.

— Там три двери, ведущие во внутренние помещения. Продолжим? — я с сомнением посмотрел на подругу.

— Где коготок увяз, там и всей птичке пропасть. — Даша затушила окурок о подошву, пружинисто встала на ноги. — Ну, и какой у нас план, Пендальф?

— Так ты всё-таки смотрела этот фильм? — рассмеялся я. — А план у нас — чистый термояд: входим внутрь, выносим всё, что шевелится, и забираем всё, что представляет ценность.

— Пойдёт. Хвостатик, как там обстановка, по-твоему? Что нам там ждёт? Крокодилы, мертвяки, бобры, голуби, ещё какая-нибудь неведомая хтонь?

Котяра на миг задумался, метнулся в бункер, что-то там сосредоточенно нюхал с минуту, потом вернулся и уверенно показал 2 когтя.

— Мертвяки, стало быть. — сказала Даша, даже, как мне показалось, разочарованно. Потыкала в экран КПК, проверяя бункер биосканером. — Да, ничего живого. Скучно.

— Солнце моё, если они вооружены огнестрелом, то скучно нам точно не будет, я тебя уверяю.

— Тогда нужно просто открыть двери и ждать, когда они выйдут наружу. Так у нас будет преимущество.

Сначала мы проверили замки. На всех дверях они успешно проворачивались, и мы принялись готовиться принимать гостей или, если точнее, хозяев. Напротив входа установили бронедверь, но не вертикально, а горизонтально, не поленившись подтащить для этой цели большие камни. Затем возник вопрос, как открыть двери в бункере так, чтобы не подставиться сразу. К счастью, двери по бокам открывались в нашу сторону, поэтому поступили следующим образом: колесо запора поворачивалось с таким расчётом, что до открывания оставалось меньше четверти оборота. Затем к верхней точке привязали верёвку. Теперь, если за неё потянуть, замок открывался, а затем открывалась и дверь. В теории, а как на практике — нам и предстояло выяснить. Укрывшись за бронедверью с пистолетами наголо, мы приготовились действовать.

— Ну, все готовы? — поинтересовался я у коллектива, взявшись за верёвку. Коллектив ответил утвердительным молчанием. — Бегемот, не лезь под пули, Даша, по лампам не стреляем! Погнали!

И я аккуратно потянул за верёвку. Колесо замка провернулось, раздался щелчок, и дверь приоткрылась. Я продолжал тянуть, и дверь начала медленно, с адским скрипом открываться. Стоило ей распахнуться наполовину, как из глубины помещения раздались выстрелы. Хлёсткая очередь ударила в стену напротив, и ещё, а я продолжал тянуть, раскрывая дверь нараспашку, отмечая про себя, что звук выстрелов значительно тише, чем у MG-42. Стало быть, что-то попроще, и это хорошо. Что ж, посмотрим, с чем (или кем) нам предстоит иметь дело на этот раз.

Долго ждать не пришлось. В дверной проём, мешая друг другу, почти одновременно протолкнулись два скелета. И если супостаты в Пещере походили на древних воинов, то эти явно косплеили солдат Вермахта. Полуистлевшая форма висела лохмотьями, на черепах нахлобучены характерные немецкие каски, а костяшки пальцев уверенно сжимают пистолеты-пулемёты MP-40, известные почти всем по фильмам про Великую Отечественную, их ещё ошибочно называют «шмайсерами», хотя никакого отношения Хуго Шмайссер к ним не имел…

Однако, кто бы это оружие не разрабатывал, позволять мертвякам отработать из него по нашим тушкам разрешать решительно не стоило, и мы открыли по вражинам беглый огонь, не дожидаясь, пока они сориентируются и начнут палить по нам, хотя мне и хотелось посмотреть, как они будут перезаряжать оружие. Но праздное любопытство пришлось оставить, и я влепил три пули подряд в шлем правого скелета. И здесь шлем послужил ворогу плохую службу: если пустой череп пуля бы пробила и полетела дальше по своим пулячьим делам, то в данном случае вся кинетическая энергия погасилась о шлем, у скелета просто переломилась шея, и череп, слетев с плеч, покатился в одну сторону, а каска — в другую. Скелет на пару секунд замер в вертикальном положении, а потом мешком обвалился на пол. Рядом рухнул второй, сражённый Дашей.

— Надеюсь, автоматы при падении не пострадали, они нам очень пригодятся. — встревожилась девушка, осторожно высовывая голову из-за укрытия и пытаясь что-нибудь рассмотреть в глубине коридора.

— Технически, это пистолеты-пулемёты. — сообщил я, вглядываясь в полумрак бункера. — Там пистолетный патрон. Ждём, там могут быть ещё.

— Кажется, в нашем обществе зануд новый председатель. — фыркнула подруга. — Огнестрел — он и есть огнестрел. Бегемот?

Котяра, занимавший позицию на крыше бункера, бесшумно спрыгнул на землю, замер у входа, затем скользнул внутрь, и скрылся в открытой двери. Через полминуты он появился обратно, громким мявом сигнализируя: чисто! Мы покинули укрытие и выдвинулись на осмотр.

Поверженные костяки валялись без движения, но я, на всякий случай, раскидал останки по углам, не заботясь вдумчивым осмотром, успеем ещё цацки пособирать, если они есть. А вот МП-шки забрал и сразу вынес наружу.

— Мало ли что. — ответил я на молчаливый вопрос Дарьи. — Может получиться, что нам придётся драпать отсюда, и очень быстро.

Я аккуратно заглянул в новое помещение. Там царила тьма, и слабые лампы в коридоре никак не помогали. Однако, уже наученный, я осветил фонарём стену за дверью, и обнаружил точно такой же выключатель. Поворот — и горит свет.

Помещение где-то пять на семь метров занимало почти всю левую часть бункера. Здесь покраской стен вовсе никто не озаботился, пол был земляной и на полметра ниже, чем коридор. В наружной стене находились три бойницы, наглухо сейчас задраенные, и возле каждой на станине стоял MG-42, причем заряженный. Уже неплохо, подумал я. У внутренней стены стояла куча ящиков, судя по виду — оружейных, а судя по надписям, орлам и свастикам — немецких, тех времён. Я попытался открыть один из них, но он оказался заколочен. Тогда я снял просто снял ленты с пулемётов.

— Трофеи будем подсчитывать потом, сначала нужно остальное зачистить. Пойдемте.

Произведя с замком правой двери те же манипуляции, то есть подготовив её к открытию, мы вышли наружу. Но сначала я попытался освоить немецкий пулемёт. Но, поскольку ничего серьёзнее «калаша» мне в руках держать не приходилось, процесс шёл плохо, да ещё подруга всё норовила помочь советом. Убил бы.

Наконец, не прошло и пятнадцати минут, я худо-бедно разобрался в работе творения сумрачного тевтонского гения, и лента легла, как нужно. Прицелившись, я дал короткую очередь по