Harry Potter and the Deathly Hallows - Джоанн Роулинг

- Это не то, что я видел! - произнёс Пожиратель Смерти уже с меньшей уверенностью

- Комендантский час был нарушен, ты слышал шум! - обратился к бармену один из его спутников. - Кто-то вышел на улицу против правил…

- Если я хочу выпустить своего кота погулять, я сделаю это, и мне плевать на ваш комендантский час!

- Так это ты привел в действие Кричащие Чары?

- И что, если это сделал я? Сошлёте меня в Азкабан? Убьёте меня за то, что я высунул свой нос за свою же входную дверь? Да, пожалуйста, если хотите. Но, я надеюсь, вы не настолько глупы, чтобы надавить на ваши Чёрные Метки и призвать Его? Поверьте, Ему не понравится, что вы отрываете его из-за меня и моего старого кота, не так ли?

- Не переживай за нас, - сказал один из Пожирателей. - Переживай за себя, нарушитель комендантского часа!

- А где же вы, ребята, будете торговать зельями и ядами, когда мой паб закроется? Что же тогда будет с вашим бизнесом?

- Ты угрожаешь?…

- Я держу свой рот на замке, вот почему вы приходите сюда, не так ли?

- Я уверен, что я видел Патронуса в виде оленя - закричал первый Пожиратель Смерти.

- Олень? - зарычал бармен. - Это козёл, идиот!

- Хорошо, мы совершили ошибку, - процедил второй Пожиратель Смерти. - Но если ты вновь нарушишь комендантский час, мы не будем так лояльны!

Пожиратели направились обратно в сторону Главной улицы. Гермиона с облегчением вздохнула, выбралась из-под Мантии и опустилась на кривоногий стул. Гарри плотно закрыл занавески, затем стащил Мантию с себя и Рона. Они услышали, как бармен открыл дверь бара, затем стал подниматься по лестнице.

Внимание Гарри привлекла вещица на каминной плите - небольшое прямоугольное зеркало, находящееся прямо под портретом девушки.

Бармен вошёл в комнату.

- Вы чертовски глупы, - сказал он хрипло, оглядывая каждого из них. - И о чём вы думали, появляясь здесь?

- Спасибо! - сказал Гарри. - Мы не знаем, как отблагодарить вас. Вы спасли наши жизни.

Бармен хмыкнул. Гарри приблизился к нему, глядя в лицо, пытаясь заглянуть за длинные тонкие седые волосы и бороду. Он носил очки. Их грязные стёкла скрывали проницательный взгляд ослепительно-голубых глаз.

- Это ваш глаз был в зеркале?

В комнате воцарилось молчание. Гарри и бармен смотрели друг на друга.

- Вы послали Добби.

Бармен кивнул и оглянулся в поисках эльфа:

- Я думал, он будет с вами. Где вы его оставили?

- Он умер, - сказал Гарри. - Беллатрикс Лестренж убила его.

Лицо бармена осталось невозмутимым. Через несколько секунд он произнёс:

- Мне очень жаль слышать это. Мне нравился этот эльф.

Он отвернулся, зажигая лампы прикосновениями палочки, не глядя ни на одного из них.

- Вы - Аберфорт, - сказал Гарри мужчине.

Он не подтвердил, но и не опровергнул эту фразу, лишь слегка наклонился, чтобы разжечь огонь в камине.

- Откуда это у вас? - спросил Гарри, подойдя к зеркалу Сириуса - близнецу того, что он разбил почти два года назад.

- Купил у Гнуса около года назад, - ответил Аберфорт. - Альбус рассказал мне, что оно из себя представляет. И я пытался следить за тобой.

Рон открыл рот от удивления.

- Серебряная лань! - сказал он с волнением. - Это тоже были вы?

- О чём ты говоришь? - переспросил Аберфорт.

- Кто-то послал к нам Патронуса в виде лани!

- С таким умом ты мог бы стать Пожирателем Смерти, сынок. Разве я только что не доказал, что мой Патронус - козёл?

- О, да… - ответил Рон. - Да… Пожалуй, я голоден, - добавил он, оправдывая громкий урчащий звук, который издал его живот.

- У меня есть еда, - сказал Аберфорт и вышел из комнаты, появившись через минуту с огромной булкой хлеба, сыром и оловянным кувшином с вином, которые он поставил на небольшой столик перед камином.

Они с жадностью набросились на еду, и некоторое время единственным звуком в комнате было чавканье.

- Прямо сейчас, - сказал Аберфорт, когда они наелись досыта, и Гарри и Рон устало опустились на стулья. - Мы должны придумать, как вам выбраться отсюда. Это нельзя сделать ночью, вы слышали, что случается, если кто-то выходит на улицу в тёмное время суток. Кричащие чары сработают, и они сбегутся к вам как скучечерви на яйца докси. Я не думаю, что смогу выдать козла за оленя второй раз. Мы дождёмся рассвета, когда комендантский час закончится, затем вы сможете обратно надеть Мантию и пойти пешком. Выбирайтесь из Хогсмида, вверх, в горы, там вы сможете аппарировать. Возможно, вы увидите Хагрида, он прячется в пещере с Гропом с того момента, как они попытались арестовать его.

- Мы не уходим - возразил Гарри. - Нам нужно попасть в Хогвартс.

- Не будь глупцом, парень! - произнёс Аберфорт.

- Мы должны сделать это, - повторил Гарри.

- Единственное, что вы должны… - продолжил Аберфорт, наклоняясь вперед. - Так это убраться отсюда как можно дальше.

- Вы не понимаете. У нас мало времени. Нам нужно попасть в замок. Дамблдор… я имею в виду… ваш брат - хотел, чтобы мы…

Вспышка огня на мгновение сделала грязные линзы очков Аберфорта непрозрачными, кипельно белыми, и Гарри вспомнил слепые глаза гигантского паука Арагога.

- Мой брат хотел много чего, - бросил Аберфорт. - И люди обычно попадали в большие неприятности, пока он осуществлял свои грандиозные планы. Убирайся из этой школы, Поттер, и из этой страны, если можешь. Забудь моего брата и его умные схемы. Он ушёл туда, где ни одна из них не повредит ему, и ты ничем ему не обязан.

- Вы не понимаете! - повторил Гарри

- Я? Не понимаю? - тихо спросил Аберфорт. - Не думаешь ли ты, что я не понимал собственного брата? Думаешь, ты знал Альбуса лучше, чем я?

- Я не имел это в виду, - произнёс Гарри несколько вяло от усталости и действия еды и вина. - Это… Он оставил мне работу.

- Да? Сейчас? - усмехнулся Аберфорт. - Хорошую работу, я надеюсь? Приятную? Лёгкую? Что-то, что даже начинающий волшебник сможет сделать, особо не напрягаясь?

Рон зловеще усмехнулся. Гермиона выглядела напряжённой.

- Она не лёгкая, нет, - покачал головой Гарри. - Но мне нужно…

- Нужно? Почему "нужно"? Он умер, не так ли? - грубо сказал Аберфорт. - Бросай это все, парень, пока не отправился вслед за ним! Спасай себя!

- Я не могу.

- Почему нет?

- Я… - Гарри был ошеломлён. Он не мог объяснить почему, поэтому решил перейти в наступление. - Но ведь вы тоже боритесь, вы состоите в Ордене Феникса…

- Я состоял, - продолжил Аберфорт. - Ордена Феникса больше нет. Сам-Знаешь-Кто победил, всё кончено, а тот, кто думает по-другому лишь обманывает себя. Здесь ты никогда не почувствуешь себя в безопасности, Поттер, он жаждет убить тебя. Поэтому уезжай за границу, прячься. Спасай себя. И лучше забери этих двоих с собой. - Он указал пальцем на Рона и Гермиону. - Они будут в опасности, потому что все знают, что они с тобой за одно.

- Я не могу уйти. У меня есть дело…

- Передай его кому-нибудь другому!

- Я не могу. Это должен быть я. Дамблдор объяснил это только…

- Надо же! А всё ли он сказал тебе, был ли честен с тобой?

Гарри от всего сердца хотел сказать "Да", но он никак не мог произнести это простое слово. Аберфорт, похоже, знал, о чём думал Гарри.

- Я знал своего брата, Поттер. Он впитал скрытность с молоком матери. Тайны и ложь, вот как мы росли, и Альбус… он был самородком.

Глаза старика переместились на портрет девушки над каминной плитой. Гарри внимательно огляделся, это была единственная картина в комнате. Здесь не было ни фотографий Дамблдора, ни изображений кого-либо другого.

- Мистер Дамблдор, - робко спросила Гермиона. - Это ваша сестра? Ариана?

- Да, - произнёс Аберфорт, не разжимая губ. - Читаете Риту Скитер, не так ли, мисси?

Даже в розоватом свете пламени было видно, насколько Гермиона покраснела.

- Эльфиас Додж рассказал нам о ней, - ответил Гарри, пытаясь успокоить Гермиону.

- Старый дурак, - проворчал Аберфорт, сделав ещё один большой глоток вина. - Думал, что от моего брата исходило солнечное сияние. Впрочем, так думали многие, вы трое в том числе, судя по всему.

Гарри молчал. Он не хотел выражать сомнения и неуверенность в Дамблдоре, которые озадачивали его месяцами. Он сделал свой выбор, пока копал могилу для Добби, он решил продолжить шагать по опасному извилистому пути, указанному Альбусом Дамблдором, принимая то, что ему было сказано не всё, что он хотел знать, но не оставляя веры. Он больше не пытался сомневаться вновь; он не хотел слышать ничего, что бы отвлекло его от цели.

Он поймал взгляд Аберфорта, который поразительно походил на взгляд его брата: его ярко голубые глаза, казалось, также видели насквозь объект своего внимания, и Гарри думал, что Аберфорт знал о его мыслях, и презирал его за это.