Фауст - Лео Руикби

Но не все исповедовали подход, достойный Макиавелли. Граф Ульрих фон Даун выступил против подобной жестокости. Проигнорировав возражения, епископ применил к анабаптистам тактику выжженной земли, украсив их мёртвыми телами столбы и тележные колёса. В начале июня в его руки попало около 800 мужчин и женщин и ещё больше детей, пойманных между стенами Мюнстера и защитными валами укреплений епископа. Палачи трудились без устали, убивая до 50 человек в день. Всё же, чтобы справиться с отчаявшейся человеческой массой, им требовалось какое-то время – и крайняя жестокость.

В конце концов, епископ слёг с лихорадкой и терпение фон Дауна лопнуло. Он отправил беглецов в тюрьму, отпустив только женщин из других стран, с которых взял обещание жить в мире и сдерживать чувства других до конца осады. Эта гуманная, но запоздалая акция не могла вернуть жизни 600–700 мужчин, уже подвергнутых смертной казни.

После 15-месячной дорогостоящей и изнурительной осады фон Вальдеку принесли на блюде ключи от «королевства Яна». Из города вышло несколько стражей, оставивших свой пост и скрывшихся под покровом ночи. Независимо друг от друга двое из беглецов не только описали защитные сооружения Мюнстера, но также рассказали о потайном ходе, ведущем за городские стены. Епископ тем не менее продолжал ждать. Он полагал, что Мюнстер должен сдаться. Его надежда была напрасной. Убив всех, кто хотел перейти на его сторону (лишь немногим удалось спастись благодаря фон Дауну или информации, которую они предоставили), епископ сам подтолкнул защитников города к решению сражаться до последнего вздоха.

Появление некроманта

В итоге 16-месячной осады епископ наконец решился овладеть городом. Пока фон Даун отдавал необходимые распоряжения, в частности о запрете употребления алкоголя, в лагерь прибыл неожиданный гость.

«Франциск [Франц] I, милостью Божьей, сын Филиппа II от второго брака, епископ Мюнстера, в год 1535-й, 25 июня, осадил и окружил занятый второкрещенцами город Мюнстер, и при поддержке князей во главе с Гензелем Хохстратеном, овладел им… В те времена известный чернокнижник доктор Фауст, который как раз в этот день проезжал через Корбах, предсказал, что город Мюнстер в ту самую ночь будет захвачен войсками епископа»{364}.

«Вальдекская хроника», из которой взят этот отрывок, представляет собой достаточно поздний текст, составленный примерно в 1650 году Даниэлем Прассером и не заслуживающий особого доверия. Несмотря на это, упоминание о Фаусте содержит не только дату, но и географическую привязку – в отличие от основной массы легендарного материала, возникшего явно после смерти Фауста. По этой причине мы не должны сбрасывать данную информацию со счетов, несмотря на невозможность её проверки.

Судя по тексту, Фауст прибыл в удачно выбранное время из городка под названием Corbachium. За этим латинизированным названием определённо скрывается современный Корбах, до которого от Мюнстера 148 километров по существующей дороге. В зависимости от способа, которым добирался Фауст, путешествие должно было занять около недели, учитывая, что в тексте нет указания на использование волшебного плаща или дьявольского коня. Резонно предположить, что Фауст держался на безопасной дистанции от превратностей Мюнстера, но, если верить свидетельству, о котором идёт речь, был хорошо осведомлен о ситуации. Уместно предположить, что за время необычайно продолжительной осады города Фауст не раз посещал лагерь и, возможно, другие окрестные поселения.

Корбах принадлежал графству Вальдек и находился на пересечении торговых путей, связывавших Кёльн с Лейпцигом и Франкфурт с Бременом. Город процветал за счёт торговли, состоял в Ганзейском союзе и был защищён надёжными двойными стенами с пятью хорошо охранявшимися воротами. В Корбахе находилась резиденция брата Франца I – графа Филиппа III (1486–1539) Вальдекского.

Можно представить, как Фауст прогуливался мимо готического «дома с привидениями», ведущего историю с 1335 года. Внешний вид старого складского здания с выходящим на улицу ступенчатым фронтоном, пунктирно размеченным зловещими чёрными провалами окон, вполне оправдывает его репутацию. Местные предания утверждают, что Фауст остановился в доме на Кирхштрассе, к несчастью, почти целиком разрушенному в 1965 году, кроме одной стены{365}. Смешавшись с местными жителями («серыми куропатками», как называли себя жители Корбаха) и проскользнув мимо ночных стражей (за чрезмерное служебное рвение их называли «порохоголовыми»), Фауст мог найти заинтересованных слушателей среди путешественников и торговцев и даже в лице брата епископа.

Оказавшись в лагере епископа, Фауст сделал верное предсказание. Пройдя по тайному ходу, группа солдат во время сильного ливня захватила городские ворота, легко преодолев сопротивление прятавшейся от дождя сонной стражи. Пока «коммандос» давили сопротивление анабаптистов, основные силы фон Дауна преодолели внешние стены и устремились на улицы города. Секретное оружие анабаптистов, мобильные крепости, обездвиженные из-за того, что осаждённые съели лошадей, были сданы их командиром в обмен на обещание сохранить жизнь.

Ландскнехты, ждавшие богатой добычи, испытали горькое разочарование. Больше года, невзирая на зимний холод, летнюю жару и финансовую несостоятельность епископа, они ждали возможности набить свои пустые мешки. Судя по описанию современника, Дитриха Лили, ответная реакция солдат XVI века была «неописуемо ужасной»{366}. Главари осаждённых были немедленно схвачены и посажены под арест. Епископ приготовил для них самое суровое наказание. «Вальдекская хроника» Прассера описывает казнь в общих чертах:

«Смехотворный Иоганн Лейденский, именовавший себя царём Израиля и Сиона, был подвергнут пытке вместе с Книппердолинком и Крехтингом, тела их разодрали железными клещами, раскалёнными добела, после чего заключили в железные клетки, которые подвесили на колокольне церкви Святого Ламберта 23 января года 1536-го»{367}.

Каждого из казнённых публично пытали в течение часа, после чего закололи в сердце. Хотя современник Фауста, протестантский богослов и инквизитор Антоний Корвин, писал о «мужестве, с которым вёл себя [“король Ян”], не издавший ни единого стона», восхищаться его стойкостью не позволял тот факт, что «Сатана несомненно способен наделять силой и мужеством тех, кто попал в его сети»{368}. Это не было частным мнением. Многие, особенно Лютер, верили, что силы добра и зла вступили в сражение за Мюнстер.

Растерзанные тела трёх предводителей анабаптистов были подняты на колокольню, стоявшую на северном краю рыночной площади, и подвешены для всеобщего обозрения на высоте около 60 метров. Вскоре птицы оставили от тел только кости, и хриплые крики ворон были единственным похоронным гимном еретикам. Клетки и поныне висят на своих местах, а в городском музее можно увидеть клещи, которые раскаляли добела во время казни.