Пластиковый океан - Ху Хуэй

стоит ряд прозрачных инкубаторов, в которых посажен «Цзяньму 2417», выведенный Ли Шили. Это своего рода оборонительный ров для человечества.

Но это всего лишь защитные меры. Ли Шили посмотрел на голубую воду. Вот он, рай для симбионтов, куда люди не в состоянии добраться.

В океане достаточно пластика, чтобы монстр смог затаиться на долгое время, пока не найдет возможность снова вернуться на сушу.

Конечно, люди не будут глупо ждать. У Ли Шили появилась новая цель – помочь человечеству и гарантировать, что они смогут победить и в следующий раз, столкнувшись с пластиковым кризисом.

Год спустя

Ватанабэ Ю нетвердой походкой вошел в комнату для свиданий, где его ждал высокий американец.

– Господин Ральф, вы снова здесь, – сказал Ватанабэ Ю и, прежде чем тот успел заговорить, добавил: – Я не передумаю. Я хочу искупить свои грехи здесь.

– Виноват ты или нет, не тебе решать, – ответил Ральф с улыбкой, явно готовый к реакции японца. – Последнее слово за судьей.

Ватанабэ Ю понурился:

– Судья знает, что я натворил.

– Может быть, судье следует знать, почему ты это натворил. – Ральф откинулся на спинку стула. Тот явно не предназначался для людей его роста.

Ватанабэ Ю опустил голову и промолчал.

Ральф подождал некоторое время, а затем изменил тактику. Он сказал:

– Ну, дай мне хоть попробовать, а? Чем черт не шутит, вдруг получится?

– Но… – Ватанабэ Ю колебался. – Даже если я выйду, что мне делать дальше?

– Да дел невпроворот. – Американец усмехнулся. – Я теперь считаюсь героем, который спас мир. Многие богатеи готовы сделать пожертвования на благое дело, но я нацелен на нечто большее. – Он наклонился вперед, посмотрел на Ватанабэ Ю и медленно проговорил: – Мне нужна твоя помощь, чтобы изменить человечество и весь мир в лучшую сторону.

– Но…

Ральф снова напустил на себя циничный вид.

– Если ты останешься здесь, то ничего не сможешь сделать. А вот если выйдешь, то послужишь человечеству. Ты хочешь искупить грехи. За день на воле сделаешь больше, чем за год тут, арифметика-то простая.

Ватанабэ Ю потянулся и осторожно почесал грудь, шрамы, оставленные там симбионтом, постоянно зудели. Теперь это чувство сменилось другим ощущением – легкой дрожью, перешедшей от груди к кончикам пальцев.

Это было его собственное сердцебиение.

Он еле заметно кивнул.

Ральф засмеялся, встал и постучал по столу указательным пальцем:

– Хорошо, я займусь этим.

Ватанабэ Ю наблюдал, как Ральф исчез за дверью, и теперь с нетерпением ждал будущего.

Вертолет приземлился на снег, и прежде чем его винты полностью остановились, кто-то выскочил из кабины.

Инуиты собрались по двое и по трое и посмотрели на гостя, у которого было такое же желтое лицо, как и у них.

– Ли! – Кована отделился от толпы и бросился к китайцу.

– Привет, братишка!

Два молодых человека, одетые в несколько слоев теплой одежды, неловко обнялись.

– Почему ты здесь? – спросил Кована.

– Сегодня тебе исполнилось восемнадцать. У нас это начало взрослой жизни.

– Поздно же вы взрослеете.

– Слушай, у меня для тебя подарок!

– Какой?

Ли Шили обернулся и свистнул. Из вертолета выпрыгнул пушистый маленький зверь, чья белая шерстка почти сливалась со снегом. Он радостно подбежал к Ли Шили и потерся о его штанины розовым носом.

– Белый медвежонок?

– Не просто медвежонок, а тот самый медвежонок, – пояснил Ли Шили. – Он восстановлен с помощью ДНК, которую я извлек из раковых клеток. Это клон Могли.

Кована подхватил медвежонка на руки и сказал:

– Привет, Могли. – Он повернулся к Ли Шили и сказал: – Спасибо за подарок. Завтра я отведу его на льдину.

– На льдину? Но… – Ли Шили удивился.

– Он любит природу, – сказала Кована. – Правда, малыш?

– Ты прав, мы все должны вернуться к природе, – сказал Ли Шили. – К своей природе.

Он огляделся вокруг. Это было самое чистое место, которое он когда-либо видел. В воздухе даже не было запахов.

Инуит взял белого медвежонка на руки и зарылся лицом в его пушистое пузико. Малыш радостно засопел.

Эти двое через многое прошли.

После той битвы Кована стал настоящим воином, тогда его противником был не тюлень, белый медведь или кит, а огромное чудовище, невиданное доселе в истории инуитов.

Ральф хотел отвезти Ковану в Соединенные Штаты, чтобы парнишка рос там. Но тот вернулся домой, теперь уже с новым титулом: «Хранитель Севера».

Юный инуит хотел охранять Северный полюс, чтобы не допустить нападения симбионтов на людей.

Он наконец обрел свою мощь.

Примечания

1

Инуиты – самоназвание эскимосов, коренных обитателей Арктики (Здесь и далее примечания переводчика).

2

Дзё – татами, традиционно площадь жилых помещений в Японии мерят именно в татами. Размеры татами 88 × 176 см.

3

Лавка-идзакая – тип японского неформального питейного заведения, в котором посетители выпивают после рабочего дня.

4

Речь о специальной стопке для саке, которая называется по-японски «отёко».

5

Токкури – название кувшина для саке.

6

Цзяньму – в древнекитайской мифологии чудесное дерево, которое, по легенде, является центром неба и земли, и по этому дереву великие предки поднимались на небо и опускались на землю.

7

Учитель, или Лао, – традиционное обращение к педагогам и научным работникам.

8

Обращение «Сяо» перед фамилией используется старшими в адрес младших, вышестоящими в адрес подчиненных.

9

Фурако – бочка с горячей водой в японской бане.

10

Онигири – рисовые треугольники с начинкой.

11

Бенто – японский термин для упакованной порционно еды.

12

PM – это сокращенное английское Particulate Matter – твердые частицы, цифрой обозначается размер.

13

Название корабля переводится как «Стремительная тень».

14

Инверкаргилл – город в Новой Зеландии.

15

Ideonella sakaiensis – бактерия, способная разрушать ПЭТ-пластик, которую открыл японский ученый Ода Кохэй.

16

У китайцев принято приглашать в ресторан на свой счет, это может быть способом выразить симпатию, выказать уважение и т. п.

17

Сыно`вья почтительность (сяо) является центральным понятием в конфуцианской этике и философии и важной составляющей традиционного мышления китайцев.

18

Цзянкоу – устье реки (кит.).

19

Отсылка к сериалу LOST.

20

Беар Гриллс – эксперт по выживанию в дикой природе, из-за того, что он ест все виды пищи