Пластиковый океан - Ху Хуэй

– Ты туда не пойдешь!

Прежде чем тот успел возразить, Ральф продолжил:

– У тебя есть еще один росток. Если мы потерпим неудачу, то ты – последняя надежда.

В критические моменты Ральф всегда обретал спокойствие. Он показал в противоположную от Цуруямы сторону:

– Это далеко от симбионта и других людей. Спрячься там и защити растение.

Кована посмотрел на Ральфа, затем на «Цзяньму» и кивнул:

– Я позабочусь о нем.

(43) Погоня

Ли Шили никогда не думал, что однажды на собственной шкуре испытает, что такое град пуль.

Очередная прошила воздух и просвистела у виска.

Симбионт выглядел раздутым и громоздким, но двигался довольно проворно. Ли Шили побежал, чтобы добраться до парковки раньше монстра, иначе мог не успеть.

Он тяжело дышал, но все равно чувствовал нехватку кислорода, чтобы обеспечить необходимую энергию. Ноги начали слабеть, а в глазах потемнело.

В последний раз Ли Шили так отчаянно бежал от оползня на мусорной свалке. На этот раз его преследовало нечто похуже.

Мимо промелькнула чья-то фигура, это Ральф с легкостью обогнал ученого.

– Быстрее давай! – У бывшего спецназовца даже хватило дыхания бросить пару слов на бегу.

Он подбежал к грузовику, начал развязывать веревки, удерживающие брезент, и как раз закончил, когда подоспел Ли Шили.

– Быстрее, помоги мне поднять брезент, – приказал Ральф.

Ли Шили мчался так быстро, что перед глазами у него замельтешили звездочки, и он запыхался. Но сейчас явно не время отдыхать, и ученый из последних сил помог американцу.

«Цзяньму 2417» ожил и заерзал на плечах ученого, один из корней начал расти, чтобы добраться до пластика.

Ли Шили уперся руками в колени, отчаянно пытаясь отдышаться. Ральф обошел грузовик, снял растение с его плеч и бросил в машину. Затем потянул напарника за руку со словами:

– Нам пора сматываться!

Симбионт выдержал обстрел и уверенно двигался к ним. Огромное раздутое тело медленно ползло в сторону парковки, а вместе с ним обваливалась скала, и грохот крошащейся породы заглушал выстрелы и взрывы.

Нельзя сейчас уходить, хотелось крикнуть Ли Шили. Казалось, что-то пошло не так, но он не мог понять, что именно, а после чрезмерной физической нагрузки мышление у него притупилось.

– Мы не можем уйти! – Он сделал еще несколько вдохов, прежде чем крикнуть: – Мы не можем уйти! Слишком быстро! «Цзяньму» еще не успел вырасти!

Ли Шили показал пальцем себе за спину. Похожие на щупальца конечности симбионта находились всего в ста метрах от парковки.

У Ральфа было меньше секунды, чтобы обдумать дальнейшие действия. Он развернулся, забрался в кабину грузовика, разбив окно локтем, и заорал:

– Запрыгивай!

– Ты хочешь, чтоб я сел за руль? – пролепетал Ли Шили, глядя на дверь с левой стороны грузо-вика.

– В Японии праворульные автомобили, дубина! – Ральф уже возился с замком зажигания.

Монстр добрался до стоянки и протянул щупальца к первому грузовику, мгновенно раздавил машину весом более шестисот тонн. Главный вал сломался, искореженный металл издавал звук, от которого сводило скулы. Десятки щупалец погрузились в груду пластика, дрожа, наслаждаясь пиршеством, словно стадо диких кабанов, которым неведомы правила этикета.

– Скорее! – крикнул Ли Шили. Десятки грузовиков могли задержать симбионта лишь на несколько минут. В это время к следующему грузовику прицепилась еще одна огромная конечность.

Ли Шили увидел, что у изогнутого тела гиганта появилась приподнятая, постепенно истончавшаяся часть, очевидно, это была еще одна конечность, которую монстр использовал для охоты.

Он эволюционировал до такой стадии, что мог разделяться по своему желанию и по мере необходимости.

– Быстрее! – взревел Ли Шили.

– Хорошо! – Ральфу наконец удалось включить зажигание, он выглянул в окно, включил нужную передачу, зажег фары и выехал со стоянки.

Артиллерийский огонь в какой-то момент прекратился, вероятно, у военных кончились боеприпасы или они начали отступать.

Непонятно, то ли сыграл свою роль свет фар, то ли рев грузовика, то ли симбионт действительно реагировал на движущиеся объекты, но Ральф увидел в зеркале заднего вида, как чудовище оторвалось от своей трапезы, развернуло конечности и погналось за ними.

Он чертыхнулся и вдавил педаль газа в пол.

Кована быстро шел по темному лесу. Ральф поручил ему защитить «Цзяньму», и он должен выполнить приказ.

Сзади доносились громкие звуки, напоминающие выстрелы. Похоже, завязался ожесточенный бой.

Я воин, подумал Кована, и мне нужно сражаться. А я сбегаю как последний трус, чтобы защитить какое-то растение.

Он покачал головой, отгоняя неприятные мысли, так как согласился с Ральфом, что защита этого ростка важнее всего остального. Сдержать обещание – истинная добродетель воина.

Между деревьями что-то мерцало. В темном лесу этот свет казался совершенно нереальным.

Кована пошел туда и выбрался на полянку, где кто-то зажег костер. Рядом с ним стояла палатка. Видимо, кто-то был здесь буквально только что.

Юный инуит называл себя воином, но от предков слышал лишь истории о борьбе с природой, холодом, тюленями и китами. У него не было опыта прогулок по темному лесу.

Он огляделся, но никого не заметил.

Вдруг кто-то за его спиной хрипло приказал:

– Не двигайся!

Кована резко обернулся, напугав обладателя хриплого голоса. Обычно люди, услышав что-то подобное, не смеют и шелохнуться.

Кована увидел нож, направленный на него. Он на мгновение растерялся, а затем поднял глаза. Мужчина, стоявший напротив, выглядел знакомым. Это был один из немногих, чье имя он мог вспомнить.

– Ватанабэ! – с жаром воскликнул Кована, не обращая внимания на лезвие.

Ватанабэ Ю тоже узнал юного инуита:

– Кована?

Он в смущении убрал нож и встал, опустив руки.

– Ты что здесь делаешь?

– Мы пошли искать тебя, но в деревне никого не оказалось. Потом пришли какие-то люди. Мы думали, что они хотят нас арестовать, поэтому сбежали. Кстати, Ли сказал, что эта штука может справиться с симбионтом… – Кована указал на «Цзянму 2417» на своем плече. – Но он еще слишком маленький, чтоб справиться с таким великаном. Как только гора рухнула, симбионт вскарабкался наверх. Он больше, чем гора. Я не знаю, какого размера должно быть это растение, чтобы сразиться с новым симбионтом.

Кована пересказал Ватанабэ Ю последние известия. Японец спрятался в лесу и понятия не имел, что происходит снаружи.

Жители Унадзавы и Цуруямы погибли или убежали. Ватанабэ Ю не ожидал, что кто-то придет сюда. Первоначально он планировал жить в лесу вдали от толпы и умереть в одиночестве, решив, что таким образом искупит свою вину.

Кто же знал, что всего за несколько дней тут произойдет столько событий, сколько не происходило за все предыдущие десятилетия вместе взятые?

У юного инуита было азиатское лицо, а серьезные раскосые глаза сияли, когда он рассказывал Ватанабэ Ю о случившемся. Японец с улыбкой посмотрел на паренька. Он был ненамного старше его, но успел повзрослеть после всех превратностей