No pasaran! Они не пройдут! Воспоминания испанского летчика-истребителя - Франсиско Мероньо Пельисер

сосредотачивают по меньшей мере 360 самолетов. 22 против 360! 17 на одного!!! И это только приблизительно. Такая численная диспропорция характеризует обстановку для действий авиации всю Северную кампанию.

С 16 по 27 апреля республиканцы в порядке отвлекающего маневра от Севера атакуют Теруэл безрезультатно.

26 апреля «Легион Кондор» разрушает своими бомбардировщиками город Герника, где погибло более 2 тысяч человек гражданского населения. Немцы показывают всему миру и в том числе слепцам прави-тельства «невмешательства», что произойдет с Парижем, Лондоном, Амстердамом и другими городами Запада.

В последние дни апреля «Мессершмитт-109» сбивает командира эскадрильи Фелипе Дел Рио. Эскадрилью возглавляет Бакедано. Мне удается над Бильбао сбить «Мессершмитт», кажется, первый такого типа, который горящим падает в море. Он попал мне на прицел неожиданно, после боевого разворота, когда атаковал соседнее звено Хусто.

Положение дел для нас тяжелое, тем более после появления тонких, плохо замечаемых «мессеров». Летаем на больших высотах, до 6 тысяч, без кислорода. Прикрываем наши линии, бомбим, штурмуем, все делаем. Изнуряющие бои ежедневно.

После тяжелых боев 19 июня падает Бильбао. Над Сантандер «Мессершмитты» сбивают еще одного, нашего комэска Бакедано, который погибает застреленный в воздухе, когда спускался на парашюте. Эскадрилью принимаю я, кажется, первый из молодых летчиков, окончивших школу во время войны. Сохранился у меня случайно список северной, моей первой эскадрильи «чатос» под Сантандера. 1-е звено: я, Магринья, Буиэ, Калво, 2-е звено: Ортиз, Сан Хосе, Галиндо, Миро. 3-е звено: Комас, Панадеро, Дуарте, Родригез.

4-е звено: Варверо, Фео, Замбудио.

Несмотря на напряженную обстановку, наше моральное превосходство несомненно. Это доказывает следующий эпизод. Под Бильбао «Фиаты» случайно обнаруживают наш новый аэродром западнее Ламиако, и на следующий же день 7 апреля после длительного изнурительного боя, когда мы сидим на аэродроме без горючего и боеприпасов, одна эскадрилья «Фиат» внезапно наваливается и штурмует нас. Взлететь мы не можем. Горят два самолета. Неожиданно появляется, пилотируя самолет «Чатос» из ремонта, Рафаел Магринья. Не раздумывая, один против десяти атакует «Фиат» и сбивает его над самым аэродромом. Разворачивается, атакует и сбивает второй на виду у всех нас. Остальные восемь «Фиатов», ошеломленные, спасаются бегством. Сбитые летчики — итальянцы.

На севере руководят нашей эскадрильей Пупарелли и Луна, советский советник Арженухин, а позднее Адриашенко. В центре уезжают на родину Смушкевич и Пумпура, на их место приезжают Птухин (генерал Хосе) и Еременко.

3 июля наша эскадрилья сбивает самолет, в котором летал генерал Мола, командующий войсками мятежников на Северном фронте.

Летают непрерывно такие летчики И-15, как Панадеро, Магринья, Замбудио, Гонзалез Фео, Барберо, Сан Хосе, Ортиз и другие. Из прилетевших из Алкала в мае месяце, из бывшей эскадрильи Лакалье, теперь возглавляемой Риверола, все уезжают обратно, кроме Магринья и Комас. Слишком неуютно на Севере! Тут не только воевать, а думать надо, чтобы авиацию Севера сохранить.

17 июня прилетает из Алкала в Сантандер эскадрилья И-16 «москас», с лидером «Катюшка» Сенаторова, во главе с Уховым и с такими отважными летчиками, как Евсевьев, возглавляющий эскадрилью после Ухова, Кузнецов, Зайцев, Демидов, Козырев, Николаенко и другие. Вскоре в эскадрилье И-16 стал летать и Магринья, который погибает неизвестным образом 8 июля.

В начале августа из Алкала прилетает прямым полетом в Сантандер еще эскадрилья И-16, взамен почти исчезнувшей уховской, во главе с замечательным летчиком Смирновым, с русскими Плигуновым, Михайловым и Керенко и испанцами из молодых кирова-бадцев Таразона, Гонзало, Уэрта, Прада, Саладригас, Фрутос и другими.

Наша тактика на Севере была эшелонирована. Атаковали обычно эскадрилья И-16 и убегавших добивали И-15. В полетах на бомбометание и штурмовку И-16 прикрывали нас. Наши действия обязаны были быть весьма осторожными и предусмотрительными, так как излишняя агрессивность могла бы привести к уничтожению авиации Севера и, следовательно, к полной безнаказанности и свободе действия для авиации мятежников. Наши аэродромы тщательно маскировались.

Несмотря на отвлекающие операции на Уэска и Брунете, где отличаются Лакеев, Плещенко, Минаев, Еременко, Осадчий, Сенаторов, Алонсо и другие, положение на Севере ухудшается. 26 июля мятежники начинают наступление на Сантандер.

В начале июля в Сантандер прибывают первые молодые летчики, окончившие летную школу в Советском Союзе в Кировабаде. Помню, когда прибыли ко мне в эскадрилью в новой форме, подтянутые, полные сил и энергии, не так, как мы, выглядели в результате ежедневных тяжелых боев с противником, более 10 раз превосходящим нас. Среди них прекрасные воздушные бойцы Льоренте, Дуарте, Галидо, Калво, Агилар, Миро и другие.

Но судьба Севера была решена; слишком явно было численное и техническое превосходство мятежников. 26 августа падает Сантандер, и Северный фронт, по сути дела, перестает существовать. Удлиняет его жизнь только наступление республиканских войск в Арагоне, но 21 октября, после падения Хихона, героическая эпопея Северного фронта кончается. У мятежников развязаны руки для боевых действий на других фронтах. Для республики обстановка сильно ухудшается.

4-й период.

До конца войны в марте 1939 года

Встревоженные появлением на фронтах советских летчиков и самолетов, франкистские мятежники просят и получают срочную значительную помощь со стороны фашистских Италии и Германии.

Воздушные бои на фронте сгущаются, в них, как тогда говорили «собачьей свалке», концентрируется громадное количество авиации с обеих сторон.

Немецкий «Легион Кондор» и «Авиационный легион» Италии значительно наращивают свои составы.

Республиканская авиация, хотя в гораздо меньших масштабах, тоже растет. Кроме русской эскадрильи И-15 Серова, после Степанова и Сюсюкалова, создается моя 2-я эскадрилья, 3-я эскадрилья Комас и позже 4-я эскадрилья Дуарте.

На И-16, кроме русских эскадрилий Гусева, Плещенко и Девотченко, летают испанские эскадрильи Клаудина и Зарауза.

В июле командующий авиацией Евгений Птухин (генерал Хосе) организует группу ночных охотников с такими выдающимися летчиками, как Серов, Якушин, Рыбкин, Антонов и Соболев. Якушин и Серов 26 и 27 июля сбивают ночью над Мадридом по «Юнкерсу-52». В июле отличаются в боях кроме названных Бутрим, Иванов, Рыбкин, Смирнов, Яманов, Беляков, Минаев, Акуленко, Баранов, Хомяков, Павлюк, Артамонов и другие.

Уезжают на родину выдающиеся летчики Лакеев и Пузейкин. Приезжает новый комиссар по фамилии Агальцов.

15 сентября 1937 года на Арагонском фронте отважный летчик Еременко сбивает ночью Ю-52, пилотируемый Мунтадас и Марченко (белый эмигрант). Экипаж погибает.

Война в воздухе принимает ожесточенный массовый характер. Выход из таких боев, где участвуют зачастую более ста самолетов, без пробоин почти невозможен. Смотреть приходится вкруговую. Напряжение огромное. Прилетаешь на свой аэродром, глаза и шея сильно ноют, лицо в черных пятнах от смазки горячих пулеметов, мокрое от пота. С трудом выходишь из кабины самолета. Помню случай, когда два самолета столкнулись впереди чуть выше меня, и, пролетая, пряча голову в плечи, среди падающих обломков,