Тимбер - Тейт Джеймс

которые она расточала покойнику, и внутри меня вспыхнул огонь. Уэйн Кинг не был хорошим человеком. Он был секс-дилером, распространителем наркотиков и педофилом. Его не следует помнить как какого-либо великого человека.

— Тебе нужно, чтобы я пнул Касса по яйцам, детка? — Предложил Лукас, отвлекая мое внимание от новостей. Они с Зедом оба смотрели на меня с опаской, как будто не были полностью уверены, в каком настроении я появилась.

Я слабо улыбнулась. — Соблазнительно.

Касс, однако, предупреждающе зарычал и снова крепко сжал мои бедра. — Только один человек в этой комнате трогает мои яйца сегодня вечером, и это не ты, Леденец.

Шлепнув Касса по рукам, я направилась в гостиную, которую занимали Лукас и Зед. Не решив, куда сесть и что сказать, я примостила задницу на кофейном столике, чтобы смотреть на них обоих.

— У нас все хорошо, Хейден, — заверил меня Лукас, прежде чем я смогла подобрать нужные слова, чтобы затронуть все острые темы, всплывающие сегодня вечером. Брак и дети. Черт возьми, Лукасу было девятнадцать. Я была удивлена, что он не сбежал совсем.

Я приподняла бровь. — Хотя, так ли это? — Потому что я видела потрясенное выражение его лица, когда сказала, что никогда не выйду замуж.

Его улыбка стала немного натянутой. — У нас вся жизнь впереди, детка. Я не спешу ставить галочки. А ты?

Другими словами, каждый останется при своём мнении . Я не сомневалась, что однажды у нас с ним будет жаркая дискуссия, но этот день не обязательно должен был состояться сегодня.

— Нет, — мягко согласилась я, — это не так.

Я перевела взгляд на Зеда, но он просто непримиримо встретил мой взгляд. Он знал, что сам спровоцировал весь этот спор, а затем отступил в сторону и позволил Кассу раздуть пламя. Я не была настолько близорукой, чтобы думать, что он трусит, потому что Зед уже знал мою позицию по обеим этим темам. Он давал мне возможность четко высказать свое мнение и выложить все начистоту, даже если он был с этим не согласен.

— Завтра, — строго сказала я ему, и он только усмехнулся, взглянув на мою руку. Я даже не заметила, что крутила кольцо вокруг пальца в подсознательном беспокойстве, подобном тому, как я иногда грызу ноготь большого пальца.

— Могу я принять твое предложение прямо сейчас? — Спросил Лукас, наклоняясь вперед и кладя руки мне на талию. Он поднял меня с кофейного столика и посадил к себе на колени, так, чтобы мои колени были по обе стороны от его бедер.

Я вопросительно наклонила голову. — Какое предложение?

Он ухмыльнулся, его великолепные глаза искрились озорством. — Ты спросила, не хочет ли кто-нибудь из нас помочь тебе снять это платье. Я чувствую себя таким услужливым прямо сейчас. — Его руки скользнули вверх по моим бокам, коснулись моей груди и нежно двинулись по плечам. Его пальцы скользнули под мои волосы, ища застежку моего платья, но остановились там, ожидая разрешения.

Облизнув губы, я наклонила голову, чтобы посмотреть на Касса, который все еще маячил возле двери ванной. Он склонил голову в ответ, заверяя меня, что у нас все хорошо. В ответ Зед убрал руку Лукаса с дороги и расстегнул застежку, удерживающую мое платье застегнутым.

— Придурок, — пробормотал Лукас, но затем улыбнулся, снимая платье с моих рук. Платье было без спинки, под ним не было бюстгальтера, и мгновение спустя платье задралось вокруг моей талии, когда руки Лукаса обхватили мою грудь.

Зед обхватил ладонями мою щеку, поворачивая мое лицо к себе, и поцеловал меня долго и крепко. Затем он поднял меня на ноги и помог снять мое дизайнерское платье до самого конца. Затем к нам присоединился Касс, разглядывая мои крошечные черные стринги и кинжал из стекловолокна, прикрепленный к моему бедру.

— Я могу помочь с этим, — пробормотал он с противоположной стороны от Зеда, вытаскивая нож из моего набедренного ремня. Он осторожно просунул его между моим бедром и ремешками, резко дернул и разрезал тонкую ткань.

Я закатила глаза, хотя и ахнула от возбуждения, уловив жест пещерного человека. — В этом не было необходимости.

Он ухмыльнулся в ответ. — Тебе это нравится. — Он бросил клинок на стол и расстегнул набедренные ножны, вместо того чтобы разрезать их, что я оценила. Заменить их было сложнее, чем ремешки.

Только тогда, когда Зед и Касс возвышались по обе стороны от меня, а Лукас сидел на диване напротив и с обожанием смотрел на меня, до меня дошло. Это был первый раз, когда я была полностью обнажена с ними троими с момента моего ареста.

— Дар, — пробормотал Зед, — ты в порядке?

Это был также первый раз, когда я почувствовала себя полностью комфортно в своей собственной шкуре и со своей собственной сексуальностью. Эти трое мужчин любили меня безоговорочно. Они отдали бы свои жизни за меня, как и я за них. Мне нечего было бояться, ни здесь, ни с ними.

Я никогда не чувствовала себя в большей безопасности и силе.

42

М

ежду тем, как Касс разрезал мои стринги, а Лукас сбросил всю свою одежду, мы прошли в спальню и смели все лепестки роз с огромной кровати.

Шампанское шумело у меня в голове, когда Зед поцеловал меня, его руки обхватили меня за талию и повалили на кровать. Но прежде чем я смогла приподняться на подушках, Лукас схватил меня за ноги и оттащил на край кровати, прежде чем опуститься на колени между моих бедер.

Я высказала свою точку зрения во время нашего похода в кино накануне вечером, и они перестали относиться ко мне так, словно я хрупкая. Я тоже была им чертовски благодарна за это. Нормальность - это все, чего я хотела.

Касс подтащил стул из угла комнаты, поставил его у изножья кровати, затем плюхнулся на него, сунув руку в карман брюк. Он поймал мой взгляд, выгнув бровь в безмолвном приказе, пока Зед целовал и посасывал мою грудь.

Я ухмыльнулась и задрала ногу на край кровати, давая ему беспрепятственный обзор, пока Лукас ласкал меня пальцами.

Губы Касса изогнулись в улыбке, когда я застонала и выгнула спину, и я уловила, как он прошептал "хорошая девочка", прежде чем Зед снова завладел моими губами.

Зед целовал меня, затаив дыхание, его пальцы играли с моими сосками, пощипывая и потирая