Вразумитель вождей. Жизнь и подвиги Преподобного Сергия Радонежского - Александр Летуновский

— И ещё сказывают, что старец тот призвал народ и князей на битву, потому и пошли князья за Дмитрием, — добавил другой боярин.

Князь Олег помрачнел, помолчал, подумал и, не скрывая огорчения, произнёс:

— Пошто раньше мне ничего не сказали о том? Тогда я пошёл бы к Мамаю навстречу и стал бы умолять его не ходить на сей раз на Дмитрия, и не было бы беды никому. А теперь идти поздно.

— Знать, на то воля Божия, князь, — заметил боярин Тимофей, пожимая плечами.

Понурые бояре и воеводы молчали.

— Ступайте! — резко произнёс князь.

Все поспешно вышли.

Оставшись один, князь Олег задумался. Многолетняя вражда с Москвой за главенство среди русских княжеств затуманила его ум и, в конечном счёте, привела его к союзу с врагами народа русского. Узнав о пророчестве Сергия, он начинал прозревать и понимать, какой грех ляжет на него, если он пойдёт против братьев своих на стороне врага лютого в этой битве, которая может стать судьбоносной для Державы Русской. Его одолевали сомнения. Самолюбие, гордыня и старая неприязнь к Москве постепенно покидали его. Однако он помнил о разрушительных набегах царя Мамая на Рязанское княжество и сегодня знал о несметном войске, с которым Мамай пришёл на этот раз. Потому князь Олег не нашёл в себе мужества присоединиться к войскам князя Дмитрия, решил быть осторожным и принять нейтралитет. Вмешательство Божественных сил, способствующих объединению Русских княжеств, окончательно повлияло на его сознание, и он сделал первый шаг к исправлению своих ошибок:

— Видно, старец сей предсказал князю Дмитрию победу. Получается, не зря митрополит Алексий перенёс свою кафедру из Владимира в Москву, видать, Москве предначертано главенство над княжествами русскими. Лучше отложу я наше выступление, тем и народ свой сохраню. Всё равно сражение их теперь неизбежно, Мамай будет воевать и без нас, он слишком самоуверен. А гонца к Ягайло я всё-таки пошлю, надобно предупредить его о пророчестве старца, может быть, он тоже остановится и не пойдёт на подмогу Мамаю.

Месяц сентябрь, день пятый

Ночной разговор князя Дмитрия и Боброка с ополченцами. Доклад Семёна Мелика о расположении войск Мамая.

Русское войско расположилось лагерем на Березуе. В центре был разбит шатёр великого князя Дмитрия, вокруг него-шатры князей и воевод. Повсюду стояли телеги и кони, лежало оружие; прямо на земле или на повозках, укрывшись, чем пришлось, спали дружинники и ополченцы, между ними ходили стражники. Давно стемнело. Кое-где горели костры, свет от них красными бликами ложился на лица спящих воинов. Князь Дмитрий и Боброк, оба без доспехов, объезжали стан, за ними следовали семь вооружённых дружинников. Князь внимательно смотрел по сторонам, лицо его становилось всё печальнее.

— Страшно мне, Дмитрий Михайлович, — тихо произнёс князь.

— Что так, княже?

— Посмотри вокруг, что ты видишь?

Боброк посмотрел по сторонам.

— Вижу воинов, спокойно спящих, несмотря на то, что скоро их ожидает великая сеча.

— Вот-вот, великая сеча. Только мне видится, что сеча уж была, и спят они спокойно потому, что уже никогда не проснутся. Ужас меня одолевает. — Князь замолчал, понурив голову. — Сколько здоровых, сильных мужей не вернутся к своим матерям, жёнам, детям. Сколько семей осиротеет на Руси. И кто дал мне право решать судьбы этих людей?

Опять замолчали, глядя на лагерь. Тишину нарушил Боброк.

— В войске есть дружины, в них наши служивые люди, это их работа. Но много более в войске ополченцев. Пришли они добровольно и бескорыстно из всех земель русских, и движет ими неведомая сила.

— Неведомая сила, говоришь? Есть такая сила, которая заставила их покинуть родные места, покинуть семьи и встать на защиту своей Родины, своей веры, своих детей и их будущего? Силу эту вселил в них Господь, дав им землю, веру в свои силы, в добро и справедливость. Для жизни Господь дал всем людям землю, а мы с тобой, выполняя Его волю, разрешаем пользоваться этой землёй только тем, кто работает на ней на благо всех людей наших. Потому и пришли сюда к нам добровольцы. Они готовы вместе с дружинниками положить свои головы, спасая землю общую, которую дал им Господь, и правителя, который их защищает.

— Но иногда землёй пользуются и те, кто не желает служить отечеству?

— Бывает и такое. Но тогда мы берём обратно выделенную им землю. Мы поступаем справедливо, забирая землю у всяких нечестивцев, которые перестали служить отечеству, и поддавшись своей ненасытной жадности, угнетая людей наших, стали использовать общую землю только для того, чтобы множить своё богатство.

— Но ведь люди, завладевшие общей землёй и заставляющие людей наших как рабов трудиться на них, только для того, чтобы богатеть, могут нанять воинов для своей защиты или послать их на войну для захвата чужих земель, как то делает царь Мамай.

— У наёмного воина только одна цель — заработать как можно больше денег и при этом остаться живым. Наёмный воин не будет драться самоотверженно, не жалея живота своего. Так дерутся только свободные воины, защищая свою Родину, свою веру, свой дом и своих детей. Никакая сила не может заставить людей добровольно и бескорыстно идти воевать и положить свою жизнь ради спасения земли, добра и богатства, которые принадлежат какому-то человеку, который грабит и угнетает этих людей. Скорее всего эти люди добровольно поднимутся против угнетателя.

Помолчав, Боброк промолвил:

— Знать, потому игумен Сергий, ведая, что у Мамая войско поболее нашего, всё-таки вселил в нас уверенность в нашей победе над врагом коварным и благословил войско наше на битву. Господи, велика мудрость Твоя, на всё воля Твоя.

— Ты, Дмитрий Михайлович, прав — на всё воля Божия. А нам надобно продумать всё до мелочей: не ошибиться с местом для битвы, правильно расставить свои полки, победить ворога лютого и навсегда изгнать его с земли русской, чтобы защитить все племена, живущие на ней.

Дальше ехали молча. Впереди горел костёр, вокруг него сидели ополченцы. Князь и Боброк направились в их сторону. Не подъезжая к костру, Великий Князь жестом остановил дружинников. Те спешились, двое из них подошли и взяли поводья коней его и Боброка. Спешившись, князь и Боброк подошли к костру.

Возле огня сидели несколько ополченцев разного возраста, все в крестьянской одежде. В стороне были сложены кольчуги, шлемы, мечи, рогатины, топоры, палицы. Среди ополченцев особо выделялись пожилой, богатырского сложения Андрей, крепкий, с натруженными руками селянин Никола и небольшой мужичок Антип.