Вразумитель вождей. Жизнь и подвиги Преподобного Сергия Радонежского - Александр Летуновский

Как писал Епифаний Премудрый, для Сергия «преизобильно сообщены были все дары Божии: и дар чудотво-рений, и дар пророчества, и дар утешения и назидания,

совета и разума духовного. Для его духовного взора как бы не существовало ни преград вещественных, ни расстояния, ни самого времени: он видел далече отстоящее, яко близ сущее, прозревал будущее, как настоящее…».

Все встали. Прослезившись от сильного душевного волнения, Дмитрий Иванович осушил глаза рукавом.

— Прошу тебя, князь, выслушай просьбу мою, — уже громче добавил Сергий.

— Внимаю, отче.

— В обители нашей в числе братии есть два инока — Александр Пересвет, бывший боярин брянский, и Андрей Ослябя, бывший боярин любецкий. В миру оба славились как доблестные воины, храбрые богатыри, опытные в ратном деле. Вот этих иноков-богатырей я прошу принять в полки свои. Люди эти, посвятившие себя всецело Богу, своим мужеством будут примером для всего воинства и тем самым сослужат ему великую службу.

— Исполню я, отче, просьбу твою, — ответил князь с лёгким поклоном.

Сергий повернулся к стоявшим в стороне инокам, среди которых были Пересвет и Ослябя.

— Братья мои, подойдите. — Богатыри подошли к Сергию, и он стал напутствовать их: — Сам Христос брал в руки бич и изгонял торгующих из храма. Православный христианин не должен безучастно смотреть, как злодеи топчут землю его Родины и надругаются над его ближними. Его долг — защищать свои святыни, своих близких, свой народ от злых сил, в каких бы обличиях они ни являлись. Деяние сие ведёт к освобождению от грехов путём искупительной жертвы со спасением души. Изготовьтесь, братья, на подвиг ратный. Защита Родины и веры нашей Православной — святое дело.

— С великой радостью принимаем повеление твоё, отче, — почти в один голос ответили Пересвет и Ослябя.

— Принесите схимы воинам Христовым, — попросил братьев игумен.

Пересвет и Ослябя с почтением внимали старцу.

— Взамен лат возложите на себя схимы с изображением креста Христова. Пусть видят воины знак святого благословения на битву.

Подошли два инока, держа на руках схимы. Сергий помог надеть одну Пересвету, другую — Ослябе.

— Сие, дети мои, оружие нетленное, да будет оно вам вместо шлемов и щитов бранных!

Сергий легонько подтолкнул могучих ратников к Великому Князю.

— Вот тебе, князь, мои оруженосцы и послушники в знак благословения твоему воинству и в залог обещанной милости Божией.

Дмитрий Иванович низко поклонился.

— Мир вам, возлюбленные мои о Христе братья! Мужайтесь, яко доблестные воины Христовы! Приспело ваше время! — сказал Сергий и ещё раз осенил крестом и окропил святой водою князя и всех приехавших с ним.

Затем игумен пошёл к дружинникам, за ним шли иноки с иконой и святою водой. Дружинники опустились на колена. Сергий благословил их крестом, окропил святою водой и обратился к князю Дмитрию:

— Господь Бог да будет твой помощник и заступник. Он победит и низложит супостатов твоих и прославит тебя! В знак праведности дел твоих возьми, князь, икону Господа Вседержителя.

Сергий взял икону и подал её великому князю. Перекрестившись, Дмитрий Иванович низко поклонился, принял икону и поцеловал её.

— Коли мы победим, и Господь сподобит меня живу быть, поставлю я монастырь во имя Пресвятой Богородицы, — сказал князь и передал икону подошедшему воеводе Бренку.

Поклонившись Сергию, князь и его спутники сели на коней и отправились по дороге, ведущей в Москву. Впереди им предстояло совершить великий подвиг. Немного проехав, князь Дмитрий обернулся и увидел Сергия на фоне обители. Он благословлял их крестным знамением.

Месяц август, день двадцатый

Совет князей. Князь Дмитрий, Владимир Андреевич и Боброк намечают план действий.

Как писал историк Н. М. Карамзин, князь Дмитрий, узнав о продвижении войск Мамая, «разослал гонцов по всем областям Великого Княжения, чтобы собирать войско и немедленно вести оное в Москву. Повеление его было исполнено с редким усердием: целые города вооружились в несколько дней; ратники тысячами стремились отовсюду к столице. Князья Ростовские, Белозерские, Ярославские со своими слугами, бояре Владимирские, Суздальские, Переславские, Костромские, Муромские, Дмитровские, Можайские, Звенигородские, Углицкие, Серпуховские с детьми боярскими или с воинскими дружинами, которые составили полки многочисленные…».

Прибывшие воины расположились вокруг княжеского дворца в селе Коломенском. Здесь были дружинники, ополченцы, крестьяне — посланцы от сёл ближних и дальних княжеств. Кругом стояли телеги с конями на привязи. На телегах и рядом с ними лежали кольчуги, шлемы, мечи, топоры и другое, что могло пригодиться в бою, в том числе косы и дубины. Горели костры. Воины готовили пищу, отдыхали.

Совет князей проходил в представительской палате дворца. Князь Дмитрий сидел в своём кресле, место митрополита было свободно. Князья и воеводы разместились на скамьях вдоль стен. Окинув всех взглядом, князь Дмитрий начал разговор:

— Други мои, после недавних войн с литвинами и другими беспокойными соседями нам снова грозит враг, и теперь уже посильнее прежнего: идёт на нас орда несметная царя Мамая, а с ним генуэзские воины латинской веры.

Боброк негромко заметил:

— Видно опять, как при князе Александре, римский папа против нас, против нашей веры Православной устроил крестовый поход. Выходит, латиняне забыли, чем всё кончилось, забыли про Чудское озеро.

Князь Дмитрий в ответ кивнул головой и продолжал:

— Страны с запада часто на нас нападают. Со всех сторон у них моря бескрайние. Только с востока у них земля с богатствами безмерными. Куда им ещё податься? Земля наша и богатства наши не дают им покоя. С севера приходили к нам немецкие рыцари-крестоносцы, которых разбил Великий Князь Александр, прозванный Невским, и уберёг нас от латинского поругания. Постоянно нападают литвинские князья, научаемые латинянами. Римские папы объявили всю Русскую землю на вечные времена своей собственностью, заставляют рыцарей оружием искоренять Православную веру и присоединять Русь к латинской вере. Теперь они принудили к тому крымского царя Мамая. И собрался он пленить нас, погубить веру нашу Православную, а церкви и монастыри наши огнём попалить.

— Опять движутся на нас западные варвары, теперь со своими пособниками — крымскими разбойниками, — снова добавил Боброк, — им земля наша богатая нужна, только вера наша Православная им крепко мешает, хотят всех нас заставить принять их латинскую веру.