Горец _ Чужие _ Чернокнижник (сборник) - Рассел Малкахи

— Дверь может не выдержать, — возразил Гис.

Его взгляд вернулся к лицу Рили. Было видно, как она осунулась за эти часы, если не постарела на пару лет за один день.

«Не женское всё это дело», — подумал Гис. Теперь его начали одолевать всякие романтические грезы. Полезли мысли о таинственной и зловещей планете, на которой он сражается с чудовищами вдвоем с красивой женщиной. Пусть не вдвоем, — всё равно.

— Ничего, мы восстановим баррикады, созданные колонистами в этих двух секторах, — возразила Рили. — Вот здесь, — красивая рука снова легла на экранное поле, — заварим автогеном. Входы здесь, здесь и здесь тоже закроем, и тогда оперативный центр и лаборатория будут отсечены от всех остальных помещений.

— Прекрасно…

Девочка зевала. Если бы её не вытянули из прежнего убежища, она бы давно уже спала.

— Это ясно, как в игре в карты, — неизвестно зачем ляпнул Гис.

Рили пропустила его бессмысленную реплику.

Гис посмотрел на девочку извиняющимся взглядом, шагнул к ней и посадил на стол.

Рили проследила взглядом за его движениями и отметила про себя совсем уже не относящуюся к делу деталь: волосы Гиса показались ей очень светлыми. Намного светлей, чем было на корабле.

Это не было иллюзией, Гис поседел. Почти половина его волос утратила свой естественный цвет.

Створки двери с усеченными углами сошлись и замерли.

Асон бросил на дверь недоверчивый взгляд: неужели она сможет выдержать, когда на неё навалятся тяжелые тела бронированных чудовищ?

Снова ему почудилось, что он ощущает на себе враждебный взгляд.

Чем он может защититься от этого страшного взгляда? Автогеном? Просто смешно… его специально послали сюда, в конец тоннеля, чтобы отдать на съедение…

«Стоп, — приказал он себе. — Тебе же сказано — не психовать! Не настолько же они выжили из ума… Нет, они просто дураки и не понимают, насколько это опасно. Эти твари ведь рядом».

— Так, герметизируем тоннель, — раздался голос Гиса. — Быстро…

Язычок пламени ударился в место смыкания створок. Сразу же во всё стороны брызнули яркие синеватые искры раскаленного металла.

Дверь была сделана на совесть — металл плавился медленно и с явной неохотой.

«Да что же это она не поддается?» — испугался Асон, в какой-то момент убедившись, что работа продвигается медленней, чем ему бы хотелось.

В одном месте металл поддался — образовавшийся шов смотрелся надежно, — но дальше, книзу…

Точно, чудовища были рядом. Он явственно различал шуршание хитиновых панцирей и смех, ехидный, противный смешок существа, издевающегося над тщетностью усилий людей.

Смех? Перед глазами у Асона всё поплыло.

Выходит, это всё же был бред: разве монстры могут смеяться? Не хватало только сойти с ума. Лучше уж пусть сожрут — это не так унизительно.

Вот и еще на одном участке металл вздулся и залил собою тоненькую черточку щели.

Эта работа была гораздо заметнеё другого события произошедшего в душе одного из членов маленькой компании: Асон снова почувствовал себя человеком.

«Зачем я думаю о ней столько времени? — ругал себя Гис и ничего не мог с собой поделать. Обманывать себя, что Рили интересовала его только как начальство? Он очень быстро признал за ней право командовать как за более опытной по части общения с Чужими. Рили ему нравилась. Однажды заметив это, он никак не мог избавиться от этой мысли. — Ну какое право я на это имею? Сейчас, когда мы в любой момент можем погибнуть… Это просто наваждение какое-то! Но, с другой стороны, не избавляет ли опасность от необходимости прикидываться и обманывать себя? Если любишь — люби. Так должно быть, и так будет. Помнится, Рей жаловался мне на то, что всякий раз в критические моменты ему вспоминались всё те романы, которых он так и не начал… Бедняга Рей, он всегда старался выглядеть перед другими циником, чтобы скрыть свою застенчивость. Он ведь любил Кеси. И что? Кому стало лучше от того, что он ни разу ей в этом не признался? Ведь как знать, если бы это произошло, они могли бы стать законными мужем и женой и не попасть в этот дурацкий вылет. И из-за чего? Из-за того, что всё мы привыкли слишком мудрить с чувствами. Разве это естественно? Вот сейчас пойду к Рили и всё ей скажу. Я не найду для себя более подходящей подруги, чем она. Уж слишком она… настоящая. Вот прямо сейчас пойду — и признаюсь… Назло всем этим тварям».

Гис решил отыскать Рили. А там уже — как получится.

Рили перебирала документы.

Для того, чтобы разыгралась эта трагедия, нужно было, чтобы кто-то из колонистов прошел на корабль. Если бы это было сделано в самом начале, пока они просто обживали планету, в этом не было бы ничего удивительного. Сколько времени можно потратить на изучение местности? Несколько дней, месяцев, даже год. Они прожили здесь долго, достаточно долго, чтобы можно было с уверенностью сказать, что корабль чужаков их не интересовал. Чем же был вызван их визит туда? Судя по всему, процессор работал в своем режиме и не требовал расширения. Начинать новые исследования местности было незачем. Тем не менеё кто-то это сделал — и уже после того, как её собственная история стала известна Компании. Значит, был дан приказ специально пойти на этот инопланетный корабль. Пойти для того, чтобы проверить ее, Рили, слова. И тот, кто отдал этот приказ, прекрасно осознавал, что ставит под угрозу жизнь десятков людей.

Теперь Рили искала этот приказ. В том, что он будет обнаружен, она не сомневалась.

В комнату кто-то вошел. Рили на секунду приподняла голову — это был Гис — и снова углубилась в свое занятие.

Решительность быстро покидала его. Одно дело — размышлять о таких вещах наедине с собой, а другое — сказать человеку вот так, в глаза. Тем более, что её мысли заняты чем-то другим.

Что будет, если он начнет как-то не так? Она не просто посмеется, она разочаруется в нем как в человеке несерьезном, способном тратить время на пустяки в такой момент. «Но ведь для меня это не пустяки!» — запротестовал он против собственной же мысли.

Нужно было или уходить, или начинать разговор.

Рили перевернула еще один лист, и вдруг её лицо словно заострилось.

Перед ней лежал тот самый приказ.

«Лучше бы его не было», — с отвращением посмотрела на лист бумаги Рили.

«Но как сохранить этот документ? Пожалуй, ради этого одного стоит выжить. Не чудовища виноваты во всем, а другие, которые именуют себя людьми. И вот с ними-то и нужно поквитаться, уничтожив сперва Чужих. Во всяком случае для одного человека сей документ означает смертный приговор, а для остальных мерзавцев послужит хорошим предупреждением. Ну, Компания, теперь берегись!