Акапулько - Берт Хэршфельд

— К сожалению, señores, — продолжил шеф, — в настоящее время я очень немного в состоянии сделать. Говоря «немного», я имею в виду, конечно, то, что видно нетренированному глазу. Тем не менее мои информаторы уже получили задание, и скоро ко мне будут стекаться все данные по нашему делу. Завтра к этому времени мне будет известна личность преступников, которые осмелились на это страшное преступление. Я узнаю, где они прячут сеньориту Саманту Мур, и тогда буду действовать с невероятной молниеносностью, с ужасной жаждой мести. При условии, — добавил он, — что мне окажет помощь армия. Я же не могу сам, естественно, отправиться в горы с горсткой плохо обученных, скудно вооруженных людей. Это было бы глупо, не правда ли?

Через пятнадцать минут пришло сообщение, что просьба шефа полиции об оказании ему военной помощи решена положительно, а еще через час прибыл майор — в безукоризненной военной форме, сверкающих сапогах и с хлыстом в руке, которым он беспрестанно постегивал по горящим как огонь голенищам.

— Я майор Сабастьян де Арагон-и-Гонзага, — объявил он. — Под моим личным командованием находится шестьдесят великолепно подготовленных людей, все они отличные наездники на превосходных лошадях. Мы готовы начать поиск.

— Я поеду с вами, — сказал шеф полиции.

— Я тоже, — заявил Тео. — Я хочу быть там с оружием в руках, когда мы их найдем. Если они причинили вред Саманте…

— Браво! — сказал майор.

— Qué macho[144]! — сказал шеф.

Бристол сделал знак Форману, и они вышли на улицу. На тротуаре он остановил режиссера и повернулся к нему лицом.

— Эти мексиканские ублюдки охотятся за моими бабками, — сказал он мрачно.

— Им не нужен именно ты, Харри. Они возьмут выкуп от любого.

— Ну что же, от меня, во всяком случае, они не получат ни цента. Эта дамочка для меня никто. Кроме того, у нее у самой есть деньги. Один ее дом стоит целое состояние… Хотя, ты знаешь, может быть, все это и сыграет мне на руку… Я думаю, в конечном счете эта история с Самантой придаст моей картине что-нибудь эдакое, особенное, стоящее… Я собираюсь позвонить в Нью-Йорк — послушаю, что они скажут. У меня ощущение, что мы сможем повернуть дело так, чтобы самим не остаться внакладе…

Тео вернулся в свой отель и заказал разговор с Джерри Баумером. Когда их соединили, Гэвин быстро, не вдаваясь в лишние подробности, рассказал своему агенту о том, что произошло. Когда Тео закончил, Баумер воскликнул:

— Это ужасно! Чем я могу вам помочь?

— Утром в погоню за похитителями отправится армия. На рассвете, Баумер. Там, в горах, может оказаться нелегко. Перестрелки, кровь…

— Боже мой, это действительно ужасно!

— Баумер, записывай все, что я буду говорить.

— Записывать?

— Послушай меня, приятель, маленькая война всегда привлекает к себе большое внимание.

— А что, если похитители убьют мисс Мур?

— Я отдаю себе отчет в опасностях, с которыми связано это дело. В любом предприятии ключ к успеху заключается в том, чтобы не терять головы. Знать, что необходимо сделать, и делать это.

— … знать что, необходимо сделать, и делать это, — повторил Баумер.

— Не пропусти ничего.

— Положитесь на меня. — Энтузиазм Баумера был на гребне.

— Во-первых, завтра я отправляюсь вместе с солдатами. Я буду ехать на коне впереди колонны. Это будет серый в яблоках жеребец. Я уже сделал необходимые приготовления, чтобы взять его напрокат. И еще — я буду вооружен: пистолет, ружье, много боеприпасов.

— Мистер Гэвин, у меня бы не хватило на это смелости.

— Это не сводка новостей по радио, Баумер. Записывай: «Я превосходный наездник, опытный и умелый охотник — как-то раз я свалил рекордных размеров ягуара одним выстрелом, да еще стрелял в него стоя. Кроме того, зверь в это время бежал. Он потянул, ни много, ни мало, на триста пятьдесят фунтов.»[145]

— Это хорошо?

— Это рекорд.

— Да, сэр.

— Дополнительную информацию обо мне посмотри в материалах компании, там должна быть моя биография. Найдешь демографические данные, фотографии, относящиеся к разным годам, список моих спортивных достижений в колледже и потом. Все для художественного очерка. Свяжись с людьми в «Тайм»[146]. Они, возможно, захотят сделать рассказ обо мне.

— Последний из мужчин Ренессанса, — вставил Баумер.

— Неплохо. Очень важно связаться со всеми газетами и немедленно заказать им очерк. Саманта Мур — ключ ко всему рассказу. Ее имя — это продукт, а продукт — это Саманта!

— О, это хорошо сказано. Давайте я запишу это дословно. Не могли бы вы повторить, пожалуйста?

Тео повторил, подождал, пока Баумер закончит писать.

— Я не имею представления, как все это повернется, Джерри, в том аспекте, в каком здесь замешана мисс Мур, но мы также несем ответственность и перед компанией. Я не хотел бы, чтобы на нас потом показывали пальцами и говорили о нашей черствости и бессердечии. Мы не хотим, чтобы нас называли эксплуататорами. От тебя будет зависеть найти правильный подход к делу, с тем чтобы мы могли бы извлечь из этой ситуации максимум выгоды.

— Будет сделано, мистер Гэвин.

— Обязательно выдели то обстоятельство, что именно я являюсь организатором спасательной операции и что именно я возглавляю отряд. Сразу же засади весь свой персонал за работу. И я хочу, чтобы завтра до рассвета ты был здесь. Привези с собой фотографов, репортеров — всех, кого разыщешь. Если будет необходимо, найми частный самолет.

— Рано утром я буду на месте.

— Это звездный час для нашей рекламной кампании, Джерри. Я хочу, чтобы газеты всего мира заговорили о нашем продукте, о САМАНТЕ!

— САМАНТА! — восторженно повторил Баумер. — Она станет знаменитой к концу этой недели, обещаю вам!

— Ловлю тебя на слове, — ответил Тео и повесил трубку. Ладони у него вспотели. Усталость исчезла. Каждая деталь ложилась на свое место, плотно примыкая к другим частям плана, идеально соответствуя им. Совершенный замысел, совершенная кампания. Тео едва мог дождаться утра, чтобы подняться туда, в горы, чтобы найти и спасти Саманту.

САМАНТА!..

Глава 16

Марселла лежала на спине, стараясь отключиться от назойливого гудения телефона, снова сосредоточиться на восхитительной сцене с ней и Агустином, которой одарил ее сон. Наконец, недовольно пробормотав что-то, она с закрытыми глазами нашарила телефонную трубку. Агустин, лежащий рядом, зашевелился, но сразу же снова заснул.

— Bueno, — произнесла Марселла, изо всех сил желая сейчас вновь оказаться в своем сне.