Волки охотятся вместе - Виктор Дмитриевич Елисеев

— Ага! Не мне об этом говорите! — шикнул Трощанович.

Барс, снимая перчатки, взглянул на закрытую дверь гостевой комнаты, где после возвращения закрылся Док с документами, и тревожно спросил:

— Давно он там?

— Минут двадцать… — ответил Мьют, подняв голову и посмотрев на часы. — Что-то долго…

— Наверное, общается с Вороном, — предположил Поляк, натягивая чистую футболку.

— Тогда… в любом случае, слишком долго!

— Хех, может, нас уже уволили? — усмехнулся Быков.

В ответ в него полетело подобранное из блюда яблоко. Сержант ловко увернулся, после чего поднял «снаряд» с пола, демонстративно осмотрел его, потер о футболку и откусил.

— Спасибо! — с набитым ртом довольно произнес он. — Как раз его я и просил!

Юра сидел на полу посередине комнаты, обложившись всеми имеющимися материалами из добытой папки, а перед ним расположился ноутбук Джанин с раскрытыми с жесткого диска документами. Находка подкидывала новые пазлы и расширяла головоломку. В папке имелось несколько крупных досье на российских предпринимателей и известных личностей, где, помимо отдельных общих сведений об их деятельности и личной жизни, имелись заметки о счетах и офшорах, по которым гуляли нешуточные суммы, парочка даже и в валюте. Не успев отойти от этого, Док в конце папки нашел еще и сведения о двух небезызвестных политиках, вскрывавшие грязные тайные дела. Бумаги также содержали выписки со счетов, финансовые операции и прочие важные рабочие документы, но неизменно было только одно — рукой Феникса в правом углу каждого листа написано «Апокалипсис».

Омар тоже смог «поделиться» интересным: в его телефоне нашлись данные о деятельности ЦРУ в Триполи, их агенты, связные и ищейки, а также список завербованных местных жителей, помогавших в полевой работе оперативникам США. Но при этом всем в личных метках тоже нашлись отголоски Апокалипсиса: ливиец расписывал их, как наемников, любивших стильно одеваться (вероятно, говорилось про серые костюмы), их жесткую манеру действовать и использование любых методов для достижения своих целей. Среди заметок мелькнуло описание момента встречи с одним из руководителей группы, причем за несколько дней перед инцидентом в Пантеоне. «Оперативник, задающий определенные вопросы со знанием дела» — эта строчка сильно насторожила «волка». Значит, против них выступают не дилетанты, а как минимум наемники с немалым боевым опытом.

— Что вы за черти? — устало прошептал себе под нос майор, закрыв лицо руками.

Документы интересовали его меньше всего. Из головы не выходила ситуация с Фениксом. Близкий друг и брат предал их, нарушив присягу, и всеми действиями показал, что им больше не по пути. Анализируя ситуацию в квартире, Юра понимал, что некоторые действия были специальными: Ипатьев долгое время тренировал каждого из «волков» и знает все вероятные маневры, слабости и особенности характера, что позволило ему читать их как открытую книгу.

Воронин потер глаза. Предстоял непростой и самый неприятный момент в виде доклада в Москву о проделанной работе. Разум мысленно выстроил примерную структуру разговора, потенциальные вопросы и подходящие ответы, но как правильно сообщить о предательстве одного из лучших оперативников Управления, Воронин не знал. Устало подобрав лежащий рядом телефон, заметил на заблокированном экране сообщение от жены, и, недолго думая, открыл диалог.

«У вас все хорошо? По новостям передали, что в Триполи была перестрелка!»

— Только этого не хватало… — бросил Юра, осознавая, что Ворон уже тоже может быть в курсе ситуации.

Выдержав паузу, майор быстро набрал ответ.

«Все хорошо, не переживай! Это не мы. Феникса нашли, думаю, скоро вернемся»

Дождавшись, когда сообщение уйдет, Док на мгновение свернул программу, зайдя в утилиту, поработал с настройками, затем вернулся в мессенджер и, войдя в диалог с Вороном, нажал на видеозвонок. Включилась фронтальная камера, и только сейчас он смог разглядеть свое лицо: нос слегка опух от удара Феникса, проявлялась хорошая ссадина на челюсти, разбит край губы. Хорошо, что Машка не видела его. Если попросит фотографию, придется выкручиваться.

Подключение прошло быстро, только сам аналитик не спешил отвечать. Картинка показала неизменный по стилистике рабочий кабинет, в котором уже горел приглушенный свет. Гаджет, с помощью которого собирался говорить Ворон, стоял по левую руку мужчины, демонстрируя силуэты флагов в полумраке угла. Собеседник сидел в белой сорочке и с стягивающим шею черным галстуком. Привычный пиджак располагался на спинке кресла. В момент подключения Ворон что-то писал, мотая головой от документа к документу, иногда светя черным беспроводным наушником в правом ухе, но в какой-то момент, отложив ручку, спокойно сложил перед собой руки и, взглянув на оперативника, усмехнулся.

— Выглядишь, как будто получил за любимые косички…

— Очень смешно… — буркнул Юра, уведя взгляд в сторону.

— Рассказывай…

Майор начал доклад: