По следу пламени - Доктор Вэнхольм

резких ароматов. Где-то в дальней его части, за дверным проёмом находилось и жилое помещение – сквозь него виднелось резное изголовье кровати. Там же в данный момент явно кто-то хозяйничал, судя по звукам.

- Ну-ка, кладите его сюда, - старик вскочил со своего кресла и, махнув рукой, указал на ближайшую койку. – Так, что у нас тут, - скинув одни перчатки на стол, он спешно достал из ящика стола другие, натянул их на руки, поправил очки и подошёл ближе.

При ярком свете лампы, подвешенной к стене, чародей выглядел ещё хуже, чем в лагере. Изодранная одежда, слипшаяся воедино с приставшей грязью. Следы от тугих пут, промявшие до крови кожу. Засохшие небольшие кровавые ранки, призванные не столько убить, сколько заставить страдать человека. Боль, ноющая, с каждой раной усиливающаяся, но недостаточная, чтобы убить человека. А уж мага – тем более. К тому же, на коже виднелись и следы серебристой светящейся пыли. Отблески, словно солнце, оросившее свежевыпавший снег. На нём явно применяли защитные заклинания. Или он сам. Но вряд ли, ему должны были ограничить доступ к источнику. Хотя, ошейника, несмотря на красный след на шее, нет. Странно. Если уж ловили мага, причём целенаправленно именно этого, его должны были сковать основательно.

Впрочем, вероятно, дело было в магическом истощении. Причём, сразу второй степени. Третья бы его наверняка добила, поэтому источник истощали постепенно, не давая восстановиться. Кожа в целых местах была бледной, дыхание слабым, но ровным.

Лекарь, осматривая пациента, выглядел мрачно. Мрачнее грозовых туч и капитана парусника, который, отправляясь на архипелаг, эти самые тучи видит. Он быстро осмотрел лицо, приоткрыл глаз, убедился, а затем позвал:

- Кристина, неси сюда эликсир лечебный, - его хриплый голос зазвучал командно, как у генерала перед рядовыми солдатами. – Мазь на крови, валик и поставь настойку кипятиться!

Из комнаты тут же выскочила девушка возрастом около двадцати лет. Внешность её была заурядна, совсем не запоминалась, хотя можно было сказать, что чем-то она даже была похожа на престарелого лекаря. И пусть того уже изрядно потрепал возраст, тот же взгляд, столь похожий, просматривался очень хорошо. Суетливо подбежав, она выложила все предметы на небольшой столик.

Одежду пришлось буквально срезать. Затвердевшая грязь превратила её одну сплошную кучу, с которой едва ли справлялся проспиртованный нож. Под отлипшими комьями обнаружилось ещё больше следов побоев: синяки, гематомы, засохшие порезы. Издевались над ним основательно ещё до того, как подвесили на столбе, причём неоднократно. Подумать только, сколько человек мог выдержать за неделю своих истязаний.

Избавившись от одеяний, лекарь взялся за валик, откупорил зловонную бутылочку с какой-то тёмно-жёлтой йодированной мазью. Нанёс её на инструмент, представляющий собой широкие и гладкие листья, накрученные рулоном на небольшой деревянной палочке, а затем начал втирать в руки от ладоней и до плеч. Его действия вызывали вопросы, ведь никто из героев до этого с подобной мазью не сталкивался, не говоря уже о лечении. Норико разве что слегка поёжился, вспоминая тёмный кабинет Клыка и такую же кислую вонь, только усиленную раз в пять. Докторов он, справедливости ради, никогда не любил.

Этот же врач, закончив с конечностями, провёл крестовину на груди, «закрашивая» большую часть повреждений, а затем накрыл их всё тем же листом. Отложив валик, он приподнял голову чародея и влил ему в рот половину синего пузырька. Зелье против магического истощения. Конечно, одно оно не поможет против его недуга, но немного ускорит восстановление. После останется только ждать.

Некоторые раны он закрыл бинтами, а густоватой субстанцией, именуемой им «мазью на крови» намазал веки пострадавшего. Какой эффект это должно было дать, никто сказать не мог, а на уточнение лекарь ответил, что успокоит пациента после того, как он очнётся в бреду.

- Сейчас это всё, что можно сделать, - подвёл он итог. – Если всё будет хорошо, то придёт в себя через два-три дня и неделю-две будет восстанавливаться.

Ответ вполне устроил «соколов». Кора заверила врача, что все медицинские услуги лягут на плечи многоуважаемой Мисс Леи, тот спорить не стал, поэтому на осмотр к нему, воспользовавшись правом небольшой наглости, обратились и остальные.

Особенно пострадавшими оказались Норико и Галантий, причём если с островитянином всё было крайне прозаично. Он банально, так сказать, огрёб по полной программе от обитателей лагеря, но обошёлся без серьёзных травм. Так что его лечение – парочка целебных мазей, да несколько бинтов, и через некоторое время он уже должен был расходиться. То вот с Галантием всё было несколько интересней.

Вы же помните, как его едва не отправил прямиком на тот свет бугай с молотом? И то, что он в итоге был спасён Корой и её наскоро сделанным зельем, тоже. После этого в носу у эльфа и в горле появилось ощущение неприятного привкуса и запаха, кисло-железистого, которое в повозке и в городе только усилилось. Здесь оно чувствовалось ещё хуже, даже начало мутить. Лекарь осмотрел слизистую, глотку, а потом сделал весьма интересный вывод – аллергическая реакция, причём временная. По собственному опыту он уже видел подобный симптом, а обнаруженные на нёбе тёмные пятна, едва заметные говорили о непродолжительности такого эффекта. Оставалось определить лишь то, что вызвало эту «экую неприятность».

Перебирая возможные аллергены, среди которых были травы, микстуры, различные материалы, но ни на что из этого эльф никак не реагировал. Можно было подумать, что лекарь ошибся, но потом Галантий взял в руки флорвейлскую золотую монету.

Обычно он пробовал деньги на зуб или же внимательно осматривал, а эту с силой отбросил в сторону. Монетка бряцнула о пол и покатилась по деревянным половицам, скрывшись где-то под столом.

- Фу-у, чем ты её облил!? – Галантий скривился так, будто его окунули в выгребную яму. – Смердит хлеще залежавшейся дохлой крысы.

- Вот и ответ, - цыкнув, констатировал лекарь. – Ваш аллерген – золото.

Аллергия на золото. У вора. Казалось бы, насколько ещё может быть ироничнее? Орикса, пришедшего к остальным и заставшего страдания Галантия, так и вовсе пробрало на смех, а вот остальные выразили лишь сдержанные улыбки. Для эльфа спасением стало лишь то, что сам его недуг должен был пройти уже через пару дней, а большую часть денег они держали серебром.

***

Норико и Роза ушли спать практически сразу. Орикс тоже поднялся на второй этаж немногим позже, а вот Кора и Галантий в сопровождении Карр де’Шерра направились на аудиенцию к Мисс Буш.

Занятый ей кабинет расположился