Пираты Марокко - Юрий Волошин

– Заряжай картечью, Арман!

Трескотня мушкетов нарастала. С правого борта «Стрела пророка» уже забросила крючья, и матросы, десятками падая под огнем испанцев, озверело лезли на абордаж.

Следом, осыпаемый пулями, торопился второй корабль флотилии. «Тень пророка» оказалась несколько сзади, но огонь ее косил испанцев, не давая им организовать отпор. Палуба алела пятнами крови. Люди спотыкались о тела павших и раненых, падали, многие из них не успевали встать, тут же получив удар кинжала или шпаги.

Яростные вопли дерущихся смешались с мушкетной стрельбой.

– Крючья на борт! – это голос Шамси прорвался сквозь весь грохот боя. – Вперед, правоверные! Аллах акбар!

Несколько матросов с кинжалами в зубах перелетели на палубу испанца, вцепившись в канаты, и тут же вмешались в свалку.

– Арман, не ломись вперед, – крикнул Пьер, размахивая шпагой. – Не лезь без нужды, осмотрись, друг!

Команда пушкарей карабкалась на борт. Люди падали, ругались, рычали. Обрызганные кровью оскаленные бородатые хари лезли и лезли в драку, пока испанцы не стали отступать на шканцы, потом по трапам на надстройки, где их поредевшие ряды вяло отмахивались от орущей массы арабов, опьяненных кровью.

Пьер первые минуты дрался осмотрительно, особо не лез в гущу, старался сдержать Армана. Однако бой поглотил их разум, и они бросились вперед, разя и получая ответные удары, которых пока не замечали.

Краем глаза Пьер заметил, как Арман то ли споткнулся, то ли, получив удар шпаги, упал. Пьер, махая отчаянно шпагой, бросился к другу. Испанцы отступили, а он смог увидеть, что Арман получил удар кинжалом в грудь и весь залит кровью. Пьер рванул сорочку, обнажил тело друга, понял, что рана не очень-то опасная – клинок распорол кожу и лишь слегка задел мускул. Арман мало что соображал, но полностью не потерял сознание.

– Погоди, Арман, сейчас перевяжу, и ты будешь опять как огурчик. Потерпи, милый! Сейчас, родимый!

Он торопливо перематывал рану заранее заготовленной полоской чистой ткани. Кровь постепенно переставала сочиться. Завязав узел, Пьер поглядел на друга и сказал намеренно спокойным тоном:

– Вот и все. Теперь подожди – я вернусь к тебе. Лежи спокойно и не беспокойся. Я скоро. Бой уже затихает, – и он убежал помогать товарищам.

Минуту спустя испанцы сдались, побросали шпаги и подняли руки. Арабы в пылу сражения некоторых тут же зарубили, но большинство повязали и принялись растаскивать имеющееся на корабле добро.

Пьер тоже начал осторожно оглядывать темные помещения, держа пистолет наготове. С ним увязался один матрос, они вскоре проникли в трюм, отодвинув засов какого-то помещения. Огарок свечи высветил странную картину. Человек пятнадцать обтрепанных и грязных людей смотрели на них безумными от ужаса глазами.

– Эй, кто тут? – спросил Пьер по-французски, видя, что это европейцы.

– О, месье, вы француз?! Какая радость, месье! Вы освободите нас?

– Да кто вы и откуда появились на испанском судне?

– Мы пленные. Это долго рассказывать, сударь. Освободите нас побыстрее, мы умираем от страха и голода. Дайте нам пить, сударь!

– Эй, саадит, принеси этим людям воды, да побыстрее, – сказал Пьер своему напарнику.

Тот поколебался, недовольно что-то буркнул, но пошел куда-то. Пьер не был уверен, что тот выполнит его приказ. Он спросил:

– Давно вы здесь, господа?

– Уже вторую неделю, сударь. Нас захватили самым коварным манером. Эти испанцы совершенно бесчестные люди. Нас освободят, сударь?

– Ничего об этом сказать не могу, но постараюсь для вас что-нибудь сделать.

– Как это – что-нибудь, сударь? Мы не понимаем.

– Судно захвачено арабскими пиратами, господа. И я у них тоже в неволе, по сути дела. Я не распоряжаюсь здесь, господа. Все будет зависеть от адмирала и капитанов. Но я обещаю вам всю свою поддержку, какая только будет возможна. Я тут с товарищем, тоже, как и вы, французом, но он ранен, надеюсь, что не сильно.

– О, сударь, что же нам делать?!

Пьер понимал отчаяние этих несчастных людей, но помочь им не мог. В это время в помещение с факелами вошел какой-то капитан и его люди. Капитан оглядел мрачные казематы, пленников, уставился на Пьера и спросил:

– Это ты руми с «Тени пророка»?

– Это так, раис.

– Что ты тут делаешь?

– Да вот нашли с товарищем этих людей. Они взяты испанцами в плен и просят пить и есть. К тому же интересуются своей судьбой.

– Это не твое дело, руми. Иди отсюда побыстрее и не показывайся тут никогда! Пошел вон!

Пьеру ничего не оставалось, как выйти. Не стоило обострять отношения с капитаном чужого судна. Всему свое время.

Он нашел Армана на том же месте, но уже сидящего и глазеющего на разыгравшуюся кругом вакханалию.

– Как ты, друг? – спросил Пьер, приседая к нему.

– Нормально. Болит, но могло быть и хуже. Спасибо, ты вовремя ко мне подоспел. А у тебя что?

– Пленных французов нашел в трюме. Да капитан выгнал меня оттуда. Это очень интересно, Арман. Мне не по себе от всего этого. Так хочется им помочь, но думаю, что это невозможно. Они так и останутся пленными.

– Во всяком случае, это хоть что-то, а времени у нас много. Сразу не так просто что-либо придумать, особенно стоящее. Подождем, а там видно будет. К тому же и я выбыл из строя. А жаль.

– Даст Бог – поправишься быстро, Арман. Рана не очень-то глубокая, за неделю встанешь на ноги.

Глава 34

Смертельный план

Адмирал решил возвращаться на базу. В последнем бою были понесены очень большие потери, почти треть людей убита, множество получили ранения.

– Скорее всего, двинем опять в Рабат или Сале, что почти одно и то же, – заметил Пьер, когда два дня спустя флотилия едва тащилась на юг, часто меняя галсы – ветер был почти противный.

– Погода плохая, Пьер. Мне что-то тревожно на душе. Как бы не прихватили нас тут испанцы. Да еще с призовым кораблем. И людей у нас осталось мало.

– Да, отбиться тогда нам бы не удалось. Но кто знает, что у нас мало людей? Зато кораблей много, одиночное судно вполне можно отпугнуть, даже если оно и мощное и хорошо вооружено.

– Будем надеяться, Пьер.

Арман как накаркал, на следующий день с востока появился парус большого испанского военного корабля. Он медленно приближался. Флотилия, не рискуя, тотчас сменила галс и стала медленно уходить мористее.

Испанец стал преследовать арабские шебеки, выстрелами и сигналами требуя лечь в дрейф.

– Ишь чего захотел, – воскликнул Пьер, наблюдая за испанским кораблем. – С такой добычей нам только и сдаваться. Ничего он нам не сможет сделать, Арман. У нас преимущество в ходе. Он не сможет сблизиться с нами, медленно меняет галсы со своими прямыми парусами.