Хроники Гнипахеллира (СИ) - Паша Козельский

не считает ледяной остров балластом. Скорее тем самым плацдармом, который обеспечит Ариям мировое господство. Наверняка, в Авалоне осталась часть альянса Оорто, которая на момент выстрела великого магистра находилась на поверхности, и следовало, как можно скорее, указать им на их место. Сам Авалон без космической поддержки опасности ни для кого не представлял.

Сегодня должна была состояться орденская церемония нашего бракосочетания. Великий магистр заявил, что будет венчать нас лично. Нам даже разрешили позвать своих друзей. Все мои друзья и так были в резиденции. Разве что Федра и Борис. Но Борис в спешке уезжает, а Федра обещался быть, но так, что его никто не заметит. Мы с Ли рассудили, что королю воров не место в храме. Она приехала на закате, церемонию следовало начинать сразу после того, как сядет солнце, благо зимой темнело рано. С Ли была парочка ее подружек, еще с тех времен, когда она была нелегалкой. Сегодня на ней была фата. Я любовался своей супругой издалека. Какая же она у меня красивая. Нет, она самая красивая! Как же мне повезло.

Держась за руки, мы вошли с ней в храм, где уже собралась толпа монахов. Иноки немного перестарались и накурили ладаном.

— Дышать нечем! — прошептала Ли. Да уж, куда они так накадили. Тут не то, что дышать, тут и идти то куда, не совсем разберешь.

— Потерпи немного, — ответил я. Мы подошли к алтарю, где ждал великий магистр.

Что было дальше, я помнил плохо, и это очень удручало меня. Ведь эти воспоминания о наших последних днях, было всем, что осталось у меня от любимой. Ну если не считать того места, где я похоронил ее саму. Расцвело, и снова пошел снег. Эта зима так и не хотела отступать. Наверное, она останется со мной на веки. Последняя зима этого мира.

На дороге стоял вагон монорельса с открытой дверью. Как он мог тут уцелеть. Любопытство взяло верх, и я вошел в кабину. Дернул рычаг управления, но питания не было. Атмосферное электричество отказало совсем. Что-то происходило с гравитацией. Мир медленно умирал. В голове звучали голоса, которые звали к себе, туда, где живые люди. Я не понимал, о чем они говорят, но знал, что они там. Вот даже слышно, как монорельсы гудят. У них там есть энергия! Интересно, а люди вообще поняли, что их перенесло?

Нельзя обращать внимания на голоса! Вспоминать. Срочно вспоминать! А вспоминать то особо было нечего. Саму церемонию я помнил плохо. Над нами пели адепты, и, по-моему, даже летали, всемастер брызгал в лица водой, потом мы шли куда-то. Далее был пышный пир в трапезной. В один момент я обнаружил, что Лилит рядом нет.

— А где Лилит? — спросил я.

— Наверное украли! — улыбнулся Кен. — Ну пойдем искать… — дальше все, как в тумане.

Я проснулся в пустой зале резиденции. Было холодно, и никого вокруг. За стеной слышались голоса, но я ровным счетом не понимал, о чем они говорят. Хотя, каждый голос был мне знаком. Вот орет великий магистр, вот истерические крики Патрика, басистый смех Хэма. Похоже, они что-то ищут.

— Вы чего там разгалделись? — крикнул я. Но никто мне не ответил. Я открыл дверь и вышел из залы, но там никого не было. Но голоса продолжали доноситься отовсюду. Они словно проходили сквозь меня.

— Что здесь происходит? — буркнул я.

Я обежал всю резиденцию и везде слышал знакомые голоса. Все адепты были там. Тогда еще голоса звучали громко. Я даже слышал оправдательные возгласы Федры. Слышал и подружек невесты. Но не слышал ее саму. Где тот самый чистый, самый нежный и самый любимый голос?

Наконец я нашел ее в одной из комнат. Она лежала на спине на кровати, а глаза ее безжизненно смотрели в потолок. Так было положено. По законам ордена в первую ночь молодые супруги спят раздельно. Может, весь этот маскарад — часть ритуала? Вот я нашел Лилит. Сейчас я поцелую ее, она откроет глаза, и все появятся. Я так и сделал, но ничего не произошло. Лицо девушки было холодным. Я потрогал пульс, но его не было. Ее рука, отпущенная мною, повисла безжизненной плетью.

— Ли, — шептал я. — Очнись! — я целовал ее безжизненное тело, но ничего не происходило. Моя Лилит была мертва. — Нет! — заорал я. Я упал на колени и положил голову на ее грудь. Сколько раз она сама так прижимала меня и успокаивала, когда мне было плохо. Больше я не слышал ее ровного дыхания, биения любимого сердца, не слышал ничего. Только голоса. Я беззвучно плакал, орошая ее тело горючими слезами.

Кто-то сзади тронул меня за плечо. Я резко обернулся и увидел Алекса Дирека. Или Игориса? Кем он был теперь.

— Пойдем, — тихо сказал Алекс. — Все кончено.

— Что с ней? — истерически заорал я.

— Не выдержала переноса, и сердце остановилось, — спокойно ответил Алекс. — А может она настолько сильно была привязана к тебе, что отказывалась переходить без тебя, а ты, как воплощение Комода, можешь уйти лишь по собственной воле. Зачем-то они растащили вас по разным комнатам. Но теперь она мертва, как и весь этот мир, здесь тебе больше делать нечего, пошли отсюда.

— Какого еще переноса? — сказал я, поднимаясь. — Что ты вообще городишь?

— Ты не слышишь, о чем говорят твои друзья? — удивился Алекс.

— Я не могу понимать их, — ответил я. — Со мной что-то сделали!

— В данный момент они очень сильно удивлены, почему проснулись посреди холодной улицы, и где их резиденция? А резиденция осталась тут, потому что в ней спало воплощение.

— Где они? — не понял я.

— В Мистерионе, — ответил Алекс. — Как и весь Карабалам-Сити, как и другие города этого мира. Раннее перемещение Либерти-Сити было случайной ошибкой, вызванной попытками Митры обрести физическое тело, но этой ночью перенос случился, как и было предначертано.

— Кем?

— Когда-то давно между мирами работали порталы, — начал рассказывать Алекс. — Люди из Мистериона ходили в гости к великанам из этого мира и наоборот. Но пролет блуждающей звезды все изменил. Частица хаоса попала в Мистерион, и люди просто начали убивать друг друга. Так продлилось до тех пор, пока не вымерли все. Но души людей не желали уходить. Они застряли в кармане между двумя мирами. Когда с этой стороны произошла катастрофа, они смогли проникать в этот мир и на время вселяться в чужие тела. Я, то есть Игорис, был последним, кто успел прыгнуть сюда физически.

— Антимир! — догадался я.

— Именно, — кивнул Игорис. — Теперь мир заполнился новыми людьми, и души нашли успокоение.