Кредиторы гильотины - Алексис Бувье

– Кем они будут служить у нас?

– Пьер – кучером, а Ладеш – конюхом.

– Вы рассуждаете очень благоразумно, так как я не хотел бы командовать им, но и не хотел бы, чтобы командовали мной, – одобрил решение Ладеш.

– Между нами никогда не должно этого быть, – сказал Деталь, пожимая руку своему товарищу.

Через два часа Винсент, Ладеш и Деталь отправлялись в Лион.

Ладеш и Деталь сидели в вагоне второго класса, одетые во все новое. На них интересно было посмотреть, а особенно – послушать их, так как Ладеш говорил своему товарищу убежденным тоном:

– Что еще надо для того, чтобы быть шикарным человеком, – только это. Ты видишь, какое мы производим впечатление. На нас все смотрят. Вот что значит уметь носить свой костюм. Знаешь что, – прибавил он, – нам придется просидеть в этой коробке еще десять часов, поэтому, если ты согласен, снимем эти сюртуки, закурим трубки и сыграем в пикет.

– Отлично, – сказал. Деталь.

И игра началась, чтобы окончиться в Лионе.

Глава 44. Странствования Ладеша

Мы дошли до последней части нашей длинной истории. Преступление было раскрыто, готовилось наказание за него.

Следуя дальше за этим рассказом, читатели будут иметь возможность решить, кто был гуманнее – закон, который не осудил преступника, или братья Лебрен, которые не хотели ему мстить, целью которых было только восстановить честь отца. Смертная казнь не пугает преступника, который ставит под угрозу свою жизнь в тот день, когда совершает преступление. Я видел осужденных в последние дни. Они хотели только одного – чтобы все закончилось поскорее.

Но, тем не менее, трудно себе представить, как они боятся одного только слова «эшафот».

В Каене, в тюрьмах, на галерах – всюду даже самые циничные произносят это слово с трепетом, так как для них это самая большая преграда, еще останавливающая их на пути к преступлению, которое они надеются совершить безнаказанно.

Вид преступника, расстроенного арестом, процессом, приговором, приводит в ужас. Нужно видеть его страх, отчаяние, угрызения совести от одной только мысли об эшафоте. Эта мысль тревожит его днем и ночью, она заменяет ему сон.

В это время он уже не опасен.

Он заслуживает сострадания, и каждый человек в такие минуты видит в нем только жертву.

Нет ничего справедливее.

Но бывают и другие смертники. Они до последней минуты разговаривают о ничего не значащих вещах.

Бывают и такие, которые думают о побеге.

Я читал историю про одного приговоренного, которого вели на казнь. Это было в Бухаресте. Палач вел на казнь злодея чудовищной силы. В последние минуты он разорвал связывавшие его веревки и повесил вместо себя палача.

Город остался без палача.

Что же сделали? Место палача отдали разбойнику, который так быстро исполнил его дело, и тот впоследствии очень долго исполнял эту обязанность.

Возвратимся же теперь к нашему рассказу.

Около десяти часов утра Ладеш и Деталь шли по набережной реки Рона. На них интересно было смотреть в их новой одежде, так как они решили изменить свои манеры в соответствии с ней.

Они были богаты, и Ладеш купил сигареты по одному су за штуку. Приятели весело болтали, прося у Бога только одного – продолжения счастливого существования.

– Что мы будем сегодня делать? – спросил Деталь.

– Что касается меня, то я считаю своим долгом выполнять приказы господина Винсента.

– А какое приказание дано на сегодня?

– Вчера мы гуляли по Лиону, а сегодня будем прогуливаться в парке Золотой головы.

– Но почему мы не заходим в гостиницы?

– Я предлагал ему это, но он решил подождать Панафье – тот и возьмется за это.

– Но ведь мы достаточно хорошо одеты, чтобы иметь возможность попасть в любое место.

– Очевидно, дело не в одежде. Так как нам хорошо платят, мы должны подчиняться. Но я хотел бы, чтобы даже самый умный человек не смог отличить нас от светских людей.

– Мы будем прогуливаться целый день? – спросил Пьер Деталь.

– Нет. Вначале мы отправимся в Шале, там сыграем партию и немного выпьем, а когда наступит час прогулки, мы, как двое джентльменов, закурим сигареты и отправимся прогуливаться по обе стороны дороги, заглядывая в проезжающие экипажи. Вот и все!

– Значит, мы не вернемся в отель завтракать?

– Нет, ведь я сказал уже тебе, что мы будем завтракать в парке Золотой головы. Воображай, что ты получаешь двадцать тысяч годового дохода. Мы выпьем в парке хорошего вина и ликера.

– В таком случае – идем.

С готовностью взяв своего друга под руку, Деталь еще больше сдвинул на затылок свою шляпу, итак каким-то чудом державшуюся на его голове.

Приятели уже два дня прогуливались по Лиону. Винсент не сообщил им, что Панафье уже приехал и осмотрел все гостиницы, но безрезультатно – он ничего не нашел.

По его совету Винсент отправил приятелей в парк Золотой головы.

Так как Андре делать было нечего, то Панафье думал, что он отправится вдвоем с Нисеттой в любимое место прогулок лионцев.

И Панафье оказался совершенно прав.

Ладеш и Деталь, приехав в парк Золотой головы, отправились в кафе. И когда их завтрак близился к концу, перед дверями кафе вдруг остановился экипаж, из которого вышли двое.

– Черт возьми! Вот они. Потри нос салфеткой, а то они сюда смотрят, – вскричал Ладеш.

Деталь закрыл нос салфеткой, а сам Ладеш в это время нагнулся пониже над тарелкой.

Действительно, из экипажа вышли Андре и Нисетта, которые приехали обедать в Шале. И Нисетта, и Андре казались очень веселыми, и каждый, кто смотрел на них, думал: «Вот счастливая пара!»

Андре казалось, что он оживает. Он считал себя в безопасности и не боялся преследований.

Выходя на террасу первого этажа, он прошел мимо двух друзей, не взглянув на них. Они услышали, как Нисетта говорит:

– Нужно быть сумасшедшим, чтобы в такую погоду завтракать в гостинице. Здесь хоть есть чем дышать.

Они сели за стол.

Тогда Ладеш срочно расплатился и сказал Деталю:

– Пойди сядь на скамейку, расположенную напротив них, и делай вид, что ты отдыхающий буржуа. Если они уйдут до моего возвращения, то иди за ними. Думаю, что я приду раньше.

Деталь послушно отправился на свое место наблюдения, а Ладеш подозвал кучера, который привез Андре и Нисетту.

– Эй! Вы свободны или нет?

Экипаж остановился, но Ладеш не захотел сесть внутрь него, объяснив:

– Мне было бы скучно одному. Я сяду рядом с вами, и по дороге мы немного поговорим.

– Как вам угодно, – ответил кучер, освобождая место на козлах.

– Отвезите меня к Нотр-Дам-де-Фурвер, а затем обратно.

– Хорошо, как прикажете. Вас везти по набережной или по улицам?