Сказание второе: Плач Волка (СИ) - Алина Белова

- О Четверо, Юген, ну кто может здесь на меня напасть? - усмехнулся Алак и обернулся к товарищу. Он едва заметил, как промелькнул ярко-красный камзол Роялда, но ничего не успел сделать. Промчавшись мимо Таодана на лошади, Юген неожиданно схватил его за шиворот и швырнул юношу на землю. Ворон ударился спиной о камни, и яркие пятна на мгновение заслонили весь его взор. Захрипев, Алак попытался перевернуться на живот. Он не мог понять, что только что произошло. Нет, нет, этого не могло быть на самом деле. Юген напал на него? Это было безумие!

- Юген! - хрипло крикнул Таодан. Мужчина соскочил на землю и медленно подошёл к юноше. Алак видел кровь, стекавшую с его правой руки. Роялд обезумел от раны? Нет, это всё равно было невозможно. Это был не Юген. Это был кто-то другой, притворившийся им. Роялд был другом Таоданов многие годы, он помог Алаку взойти на трон и свергнуть Ловарсов. Этот человек не мог напасть на него сейчас.

Юген неожиданно ударил юношу мыском ботинка под рёбра, и Ворон едва не лишился чувств. Отчаянно хватаясь за сознание, он стиснул зубы и поднял на мужчину испепеляющий взгляд.

- А теперь поговорим, Алак, - Юген присел на корточки напротив него. - Прости. Иначе ты не стал бы меня слушать.

- Я придушу тебя собственными руками, Юген! - прошипел Алак, пытаясь подняться хотя бы на колени. Но едва он опёрся о землю локтями, Роялд вновь ударил его, заставив растянуться на холодной земле, запорошённой свежим снегом.

- Как я и думал, - вздохнул он. - Все эти люди плохо на тебя влияют, Алак. Но только поздно уже что-либо менять. Прости, но империи Ворона не суждено возродиться.

Таодан почувствовал, как сердце замерло в его груди. Юген говорил отвратительные вещи, и юноша не мог поверить собственным ушам. О боги, пусть будет проклят тот день, когда Ворон впервые доверился этому человеку. Аньюн тысячу раз говорила ему, что дружба с предателем до добра не доведёт. Но Алак не слушал свою молодую жену. Он не задумывался о том, что человек, с такой лёгкостью предавший одного повелителя, без капли сомнения предаст и другого.

- За что, чёрт возьми? - прохрипел Ворон, поднимая на Югена взгляд, полный ненависти и злости. - Я же доверял тебе! Я верил тебе!

- И зря, - Роялд приглушённо хмыкнул. - В этом мире вообще никому не стоит верить, мой господин. Вчерашний друг сегодня может оказаться вашим врагом. Ваш отец должен был говорить вам это. Он никому никогда не доверял, потому и дожил до столь внушительного возраста.

- За что?! - закричал Алак, пытаясь рывком подняться на ноги, но Юген вновь швырнул его на землю. Острое лезвие кинжала вонзилось юноше в ладонь, и он взвыл от боли, прокатившейся по всей руке. Роялд отступил на шаг, словно любуясь результатом своих действий.

- За всё, мой милый друг, - усмехнулся мужчина. - Ты меня разочаровал. Я сделал тебя императором. Я подарил тебе верность западных князей. Я сделал из тебя героя, которому поклоняются люди. Но что я получаю взамен? Ты не доверяешь мне. Ты кричишь на меня. Ты предпочитаешь прислушиваться к этим безумцам и глупцам, нежели ко мне. Ты должен быть жестоким, суровым, хладнокровным правителем, но вместо этого ты строишь из себя невинного мальчишку, любящего всех и всё вокруг. Сколько месяцев мы пытаемся перейти через Чёрную грань? Сколько? А мы до сих пор остаёмся в Елесе, и всё так же не можем захватить это чёртово княжество!

- Ты думаешь это так просто?! - закричал Алак. Он дёрнулся, и рука его вновь вспыхнула от боли. Стиснув зубы, юноша попытался двинуть кистью, чтобы вытащить кинжал из земли, но лезвие вошло слишком глубоко. - Ты думаешь, я могу вот так вот взять и послать своих людей на верную гибель?! Я и так совершил сегодня чудовищную ошибку! Я должен был послушать Валитриса и отступить обратно к полю!

Ботинок Югена ударил его в челюсть, и Алак почувствовал, как рот его начал наполняться кровью. Сплюнув, юноша поднял испепеляющий взгляд на Роялда. Лицо мужчины перекосило от гнева. Он едва сдерживал себя, чтобы не наброситься на Таодана.

- Замолчи, Алак! - рявкнул Юген. - Не смей говорить такие жалкие слова! Я дал тебе силу! Власть! Ты должен захватывать страны, а не думать о том, что кто-то там не вернётся домой. Те, кто полегли в этом бою, были бесполезным мешком с дерьмом, если не смогли защитить даже самих себя!

- Тогда ты ещё более безумен! - Алак сдавленно зашипел. - Я должен был сразу понять, что предателю нельзя доверять. Ты предал Ловарса, теперь предал и меня. Предательство течёт у тебя в крови! Моя мать правильно делала, что не доверяла тебе.

Юген стиснул зубы от ярости и ударил кулаком о дерево. Его правая рука едва двигалась из-за раны в плече, но мужчина не обращал внимания. Присев перед Алаком на корточки, он вытащил свой меч из ножен и приставил острие к горлу юноши.

- Прости, Алак, - Роялд тяжело вздохнул. - Я не хотел становиться твоим врагом. Но ты не оставил мне никакого выбора. Ты выбрал этих глупцов вместо меня. Я не могу допустить, чтобы ты уничтожил всё то, чего я добивался таким трудом.

Он слегка надавил острием на горло Алака, и юноша почувствовал, как по его шее тонким ручейком заструилась кровь.

- Прости. Я обещаю, что позабочусь о твоём вране, - произнёс Юген и занёс меч для удара. Таодан закрыл глаза. Что за глупая смерть. Почему-то сейчас юношу заботило только то, что он войдёт в историю, как самый молодой император, погибший из-за собственной глупости и наивности. Бесславная смерть от меча предателя. И Алак ничего не мог поделать. Грозохвост был слишком далеко. Должно быть, вран даже не подозревал о том, что его хозяин находится в смертельной опасности.

Послышался резкий свист, и Алак подумал, что это меч Югена рассекает воздух и вот-вот отрубит ему голову. Но удара не последовало, и наступила мёртвая тишина. Ворон осторожно приоткрыл глаза и увидел перед собой Роялда. Мужчина стоял, опустив меч, и удивлённо смотрел на торчавшую из его груди стрелу. Оперение её было едко-зелёное, и на мгновение Алаку показалось, что это не стрела была вовсе, а хищная змея, впившаяся в предателя своими ядовитыми клыками. Пошатнувшись, Юген устремил взгляд стеклянных глаз на Таодана. Губы его дрогнули, силясь произнести что-то, но дух покинул тело Роялда, и он упал на землю. Лишь из груди его вырвался последний хриплый вздох.

Его смерть не принесла Алаку никаких эмоций. Он лишь спокойно посмотрел на его безжизненный труп. Не было ни радости, ни сожаления. Лишь какое-то странное чувство пустоты, будто из груди молодого Ворона вырвали что-то важное. Юген больше ничего не значил для Таодана. Он просто перестал для него существовать. Остался лишь безжизненный труп с перекошенным от изумления лицом. Роялд до последнего был уверен в том, что он вершит благое дело. Безумец.

Алак попытался встать, но не нашёл в себе силы даже на то, чтобы просто пошевелить пальцами. Он не знал, чья это была стрела, пронзившая грудь предателя. Это мог быть Корсак, а мог быть и храбрый воин Фабара. Но это сейчас совсем не волновало юношу. Ему было абсолютно всё равно, враг это или союзник. Умрёт он или выживет. Сердце разрывалось от боли. Алак не мог простить себе того, что так глупо доверился кому-то вроде Югена. Он доверял ему, считал своим другом, товарищем, едва ли не отцом. А этот человек предал его, уничтожил всё, чем так дорожил молодой император. Бессильно опустившись на землю, Алак закрыл глаза и почувствовал, как проваливается в непроглядную тьму, лишённую чувств, эмоций и, самое главное, боли.

Он очнулся от того, что кто-то прикоснулся к его лбу холодной как у мертвеца рукой. Распахнув глаза, Алак сначала не увидел перед собой ничего, кроме ослепительно-белого света. Но зрение постепенно возвращалось к нему, и вскоре юноша смог различить неясный силуэт мужчины, сидевшего рядом с его постелью.

- На вашем месте я бы не двигался, - спокойно произнёс незнакомец, когда Алак, захрипев, попытался сесть. Юноша его не послушал, но мужчина крепкой рукой вдавил его плечо в кровать и заставил лечь обратно. - У вас тяжёлые раны. Если не хотите остаться калекой до конца ваших дней, лежите и не двигайтесь.

- Сражение?..

- Выиграно, мой шаттар. Вам не о чем беспокоиться.

Таодан зажмурился и вновь открыл глаза, пытаясь рассмотреть того, кто с ним говорил. Рядом сидел высокий и смуглокожий, как и все кочевники, мужчина. Его длинные чёрные волосы с лёгкой седой проседью по бокам были убраны в низкий хвост. Большие брови, больше напоминавшие два птичьих крыла, были сдвинуты на переносице даже тогда, когда мужчина не хмурился. Он был одет в кожаные доспехи, хотя по его телосложению не было похоже, что незнакомец являлся воином или стражником. Алак назвал бы его обычным крестьянином, если бы перед ним не был кочевник. И если бы на его груди не висела слегка обожжённая изумрудная лента.

- Ты из зелёного племени? - прохрипел Таодан, слегка хмурясь. Он не доверял людям Ши'хе с тех самых пор, как их янгул совершил покушение на Аньюн, перед этим жестоко убив нескольких командиров.