Амазония - Джеймс Роллинс

Келли поежилась.

Нат показал на экран.

— Здесь, в файлах, много подробностей на эту тему. Мой отец с экспедиционным медиком мало-помалу пришли к пугающему заключению. Дерево подвергло мутации не только низшие виды. Точно так же оно веками изменяло самих бан-али, незаметно улучшая их умственные способности, рефлексы, даже остроту зрения. Отец заподозрил, что бан-али в генетическом плане ушли далеко от обычных людей. Одним из критериев, по которым проводят разделение различных биологических видов, является неспособность давать полноценное потомство при скрещивании.

— Мертворожденный ребенок... — обомлел Манни.

Нат кивнул.

— Так отец пришел к убеждению, что бан-али близки к тому, чтобы отмежеваться от Homo sapiens и образовать свой собственный вид.

— Боже правый! — ахнула Келли.

— Вот почему им нужно было бежать как можно раньше. Вырождение человека в этой долине нужно было прекратить.

Целую минуту никто не проронил ни слова.

Затем Анна проговорила севшим от ужаса голосом:

— Что же нам делать?

— Налаживать чертову навигацию, — бросил Костос. — А потом убираться отсюда.

— Апока, — вставила Каррера, — нужно собрать как можно больше этого средства от кошек. Так, на всякий случай.

Келли прокашлялась и встала.

— Мы забываем об одном жизненно важном деле. Обе Америки охвачены новой чумой. Чем мы будем лечить ее? Что Джеральд Кларк вынес с собой из долины? — Она повернулась к Нату. — В заметках вашего отца упомянута какая-нибудь заразная болезнь?

— Нет, здесь все остаются поразительно здоровыми благодаря целительным свойствам Ягги. Единственное подозрение вызывает табу, запрещающее избранным, то есть бан-али, покидать племя. Проклятие призраков падет на беглеца и всех, кого он повстречает. Отец считал его мифом для запугивания отступников и потому не принимал в расчет.

Манни забормотал:

— Проклятие падет на беглеца и всех, кого он повстречает... По-моему, похоже на наш случай.

Келли опять обратилась к Нату:

— Если так, то откуда взялась эта болезнь? Отчего тело Кларка так скоро оказалось нашпиговано опухолями? Что сделало его заразным?

— Сдается мне, тут снова не обошлось без лечебного сока, — произнес Зейн. — Может, он сдерживает наступление болезни? Когда будем уходить, надо сделать приличный запасец. Вопрос жизни — что верно, то верно.

Келли пропустила его слова мимо ушей, задумчиво глядя в пространство.

— Мы чего-то не замечаем... чего-то важного, — проговорила она вполголоса.

Нат засомневался, чтобы кто-то еще ее слышал.

— Попробую убедить Дакии — вдруг он сможет помочь, — сказал Коуве. — Вдруг он что-нибудь знает о судьбе наших предшественников и об этой загадочной болезни.

— Отлично. Тогда вот вам рабочий план на сегодня, — возгласил Костос, стоя у двери.

Он начал указывать на всех по очереди, распределяя задания:

— Олин работает с навигацией. Когда рассветет, Коуве и Анна, наши индиановеды, действуют как сборщики информации. Разведайте обо всем и как можно больше. Мы с Манни и Каррерой поищем, где хранят запас черного порошка. Зейн, Рэнд и Келли будут приглядывать за Фрэнком, чтобы он был готов, случись нам срочно эвакуироваться. Раз вы трое будете на дереве, то вам и поручается взять пробу сока.

Все были согласны. По крайней мере, теперь у них будет над чем поразмыслить, кроме биологических ужасов древнего урочища.

Коуве вскочил на ноги.

— Я мог бы начать прямо сейчас. Пойду переговорю с Дакии, пока он один — там, внизу.

— Я с вами, — вызвался Нат.

Келли встала рядом с ними.

— А я еще раз проведаю Фрэнка, прежде чем совсем стемнеет.

Они втроем вышли из гостиной и прошли по лестничной веранде. От солнца остался лишь тонкий сверкающий серп в западной стороне. Сумерки затянули поляну, словно гигантская черная туча.

Трое путешественников молча спустились во мрак. Каждый спрятался в кокон собственных мыслей и молчал. Нат первым ступил на землю и помог слезть Келли и Коуве.

Откуда-то вынырнул Тор-Тор и потерся об Натову ногу, добиваясь внимания. Нат рассеянно почесал ягуара за ухом.

В нескольких ярдах от них стоял индеец по имени Дакии, и Коуве направился к нему.

Келли, прищурившись, смотрела на Яггу, чьи верхние ветви все еще нежились в последних лучах солнца. Нат заметил, как глаза ее тревожно сверкнули.

— Если подождете секунду, я вас провожу, — сказал он. Келли тряхнула головой.

— За меня не волнуйтесь. Я взяла рейнджерскую рацию, а вот вам лучше передохнуть.

— Но...

Она оглядела его, уставшая и печальная.

— Я ненадолго. Хочу побыть пару минут с братом, только и всего.

Нат кивнул. Он не сомневался в том, что бан-али не причинят Келли вреда, просто не мог видеть ее в таком горе. Сначала дочь, теперь еще брат... В ее лице, в каждой черточке было столько муки...

Она взяла его за руку, крепко сжала ее.

— Все равно спасибо за заботу, — прошептала Келли и направилась через поляну.

За спиной Ната профессор уже вовсю попыхивал трубкой и разговаривал с Дакии. Натан похлопал Тор-Тора по боку и решил присоединиться к беседе.

Коуве обернулся.

— У тебя есть фотография отца?

— Да, в бумажнике.

— Можешь показать ее Дакии? После четырех лет, проведенных с твоим отцом, они должны быть знакомы с фиксированными изображениями.

Нат пожал плечами и вытащил из бумажника фото отца, стоящего посреди деревни яномамо в окружении местной детворы.

Коуве показал снимок Дакии.

Индеец приблизил его к глазам и отвел обратно с оторопевшим видом.

— Керл, — произнес он, тыча в фотографию пальцем.

— Карл, это верно, — сказал Коуве. — Что с ним случилось?

Профессор повторил вопрос на языке яномамо.

Видимо, Дакии не понял. Для разъяснений понадобилось обменяться еще несколькими репликами. Наконец индеец с энтузиазмом затряс головой, и путаные переговоры продолжились. Коуве и Дакии так быстро перебрасывались объяснениями на смеси диалектов, что Нат не успевал следить за разговором.

Во время короткой паузы Коуве повернулся к Нату.

— Остальные убиты. Джеральду удалось ускользнуть от погони. Должно быть, пригодился опыт спецназовца.

— А отец?

Дакии, видимо, понял вопрос. Он снова наклонился к фотографии, потом поднял глаза на Ната.

— Сын? — спросил он. — Твоя он сын?

Нат кивнул.

Дакии похлопал его по руке, широко улыбаясь.

— Хорошо. Сын вишва.

Нат перевел хмурый взгляд на Коуве.

— Вишва на их языке означает «шаман». Кажется, твоего отца с его чудесами современности здесь приняли за шамана.

— Что с ним случилось?

Коуве снова затараторил на смеси английского с языком яномамо. Нат даже начал потихоньку расплетать этот лингвистический узел.