Обратной дороги нет - Владимир Карпов

Трое суток находился летчик рядом со смертью — испытания, выпавшие на его долю, исключительны, и, если бы он думал только о спасении собственной жизни, он неминуемо бы погиб. Но большая нравственная сила, сознание своего долга умножили его физическую стойкость, привели к. победе. Все действия, поступки, мысли летчика вполне типичны и закономерны для человека, воспитанного советским строем, Коммунистической партией и комсомолом. Поэтому закономерна и его победа.

Герои этой повести — летчики и моряки. Я хорошо знаю, какой это крепкий, несгибаемый народ. Мы можем гордиться тем, что в Советской Армии тысячи людей, подобных Куницыну.

В 1938 году летчик Леонид Белоусов, преследуя нарушителя границы, попал в аварию и получил тяжелые ожоги, но все-таки вернулся в свою часть. 23 июня 1941 года он сбил первый вражеский самолет. Случилось так, что во время полетов Белоусов обморозил обожженные ноги. Врачи вынуждены были прибегнуть к ампутации. Одна нога была отнята выше колена, другая — до колена. Казалось, что летная биография Белоусова навсегда закончилась. Но в апреле 1944 года майор Белоусов снова возвратился в свой полк. Поистине титаническим трудом он доказал, что может летать, и до конца войны сделал несколько десятков боевых вылетов.

А разве люди других профессий не дают нам множество примеров не меньшей стойкости, мужества и целеустремленности?

С Борисом Гайнуллиным, одним из славных строителей Братской ГЭС, случилось большое несчастье. Он сорвался с крутых ангарских скал, стал инвалидом, оказался прикованным к кровати. Что делать в таком положении — получать пенсию, разводить рыбок в аквариуме, замкнуться в себе и клясть судьбу?

Жизненные невзгоды сгибают только бесхребетных людей, а тот, кто стоит на крепком нравственном фундаменте, всегда найдет выход, найдет свое место в строю. Нашел и Борис Гайнуллин. Его квартира стала боевым штабом. Здесь находились ум, честь, совесть бригады. Ребята из бригады да и со всей стройки уже не могли обойтись без него, они приходили к Борису не с жалостью и соболезнованиями, а как к полноправному товарищу по работе, другу, советчику, бойцу, командиру.

Мне хочется поспорить с теми молодыми людьми, которые сетуют, что прошло, мол, время подвигов. То ли дело — годы революции или Отечественной войны! Они говорят: если понадобится, то и мы совершим подвиг. Я глубоко убежден, что к подвигу подводит вся предшествующая жизнь человека. Ведь чтобы иметь крепкие мускулы, надо ежедневно заниматься физическим трудом, спортом, а чтобы растить нравственную «мускулатуру», надо приобретать моральную закалку, никогда не пасовать перед любыми жизненными невзгодами. Тогда в час решающего испытания у тебя найдутся силы совершить такие поступки, которые люди назовут подвигом.

Бывает так, что подвиг выражается не в каком-то одном поступке, а, внешне не такой уж заметный, длится годами, становится линией жизни. Однажды я узнал о судьбе Владимира Хурумова. Он ударник коммунистического труда, отец троих детей, работает крановщиком в Мурманском порту. Во время войны он был трижды тяжело ранен, истекая кровью, двое суток пролежал под снегом в бомбовой воронке. Поборов тяжелый недуг, он оказался перед новыми, не менее суровыми испытаниями. Но не склонился перед ними. И хотя правая стопа оставалась у него неподвижной, Владимир пошел работать грузчиком. Потом стал учиться, окончил вечернюю школу, освоил портовый кран и вскоре с одинаковым искусством мог работать на двенадцати различных типов кранах.

Я не случайно привел эти разные примеры. Что общего между подвигами Куницына, Белоусова, Гайнуллина, Хурумова и сотен других наших современников, что лежит в основе их мужества?

Я думаю, ясное сознание того, что каждый из них нужен, необходим другим людям, всему нашему обществу, главным правилом жизни которого стало «человек человеку — друг, товарищ и брат».

И я могу гордиться тем, что не перевелись у нас Корчагины и Матросовы и никогда не переведутся, как бы ни хотелось этого нашим недругам.

Герой Советского Союза

АЛЕКСЕЙ МАРЕСЬЕВ

СОДЕРЖАНИЕ

Владимир Карпов. Мы уходили в ночь

Алексей Леонтьев. Белая земля

Виктор Смирнов, Игорь Болгарин. Обратной дороги нет

Владимир Понизовский. Улица царя Самуила, 35

Виктор Смирнов, Юрий Попков. Трое суток рядом со смертью

Примечания

1

— Закройте пасти, свинские псы!

2

— Что там такое?

3

— Где остальные?

4

— Вы не понимаете?

5

— Огонь!

6

«Германское посольство».

7

— Бог мой! Розовые чайки!

8

— Смотрите!

9

— Бог мой! Если бы мне предсказали год назад…

10

— Господи, дай мне ещё раз увидеть моих детей!

11

«Первый, второй, третий, четвёртый, пятый!.. Выйти вперёд, пятый!.. Выйти вперёд, пятый!.. Пятый!.. Пятый!..»

12

«Пляшут жернова…»

13

Я подстрелил его, как куропатку, влёт.

14

Санитары! К господину лейтенанту!

15

Командование разрешило одному из ваших товарищей поговорить с вами!

16

Смелей, Адольф. Среди них девчонка.