Не сдавайся - Кристен Эшли

— Мне все равно, разговариваешь ты или нет, — ответил Дэррил. — Факт остается фактом: если ты пришла сюда, значит выпиваешь.

— Мне надо кое-что донести до Шер, — ответила Миа.

— Ты уже сказала достаточно, — отмахнулся Дэррил. — Теперь заказывай выпивку, или я попрошу тебя уйти.

Миа решила, что с нее хватит Дэррила, и посмотрела на меня.

— Все знают, что он мой. Весь город знает. Никто не хочет видеть рядом с ним такую как ты. Все хотят меня рядом с ним.

Черт, я начинала выходить из себя.

— Такую, как я? — поинтересовалась я, хотя не должна была. Я держала себя в руках. Мне не нужно было давать ей лишний повод попытаться свести меня с ума.

Она оглядела меня с ног до головы.

— Ты знаешь, кто ты такая.

Да, она сводила меня с ума.

С усилием я подавила гнев и кивнула.

— Конечно, я знаю себя. Я знаю, что Мерри нравится то, какая я есть. И мне совершенно наплевать, что все знают или хотят для Мерри. Мерри хочет меня, и мне этого достаточно.

— Мерри сам не знает, чего он хочет, — проворчала Миа в ответ.

Господи, как же она раздражала.

— Не знает? — спросила я с сарказмом. — Странно. В четверг вечером он казался вполне уверенным. И в пятницу утром. И в субботу.

Как я и предполагала, удар пришелся в самый центр. Я поняла это, когда ее, по общему признанию, симпатичное лицо исказилось, и она перестала выглядеть такой уж красивой.

— Уверена, что так и было, — прошипела она. — Ты забываешь, что не первая, кого он точно хотел, хотя, могу поспорить, с твоим опытом работы, ты хорошо справилась.

Теперь она не просто раздражала, а практически вывела меня из себя.

Я придвинулась ближе к барной стойке. Дэррил придвинулся ближе к моей спине.

Но, препираясь, мы не заметили, что на нашей сцене появился еще один игрок.

— Пока из твоих уст не вылетело еще больше дерьма, о котором ты потом пожалеешь, Миа, тебе нужно замолчать и уйти.

Я посмотрела налево и увидела поднявшегося Таннера.

— Это не имеет к тебе никакого отношения, Таннер, — ответила Миа, но она явно еще не закончила. Бросив на меня коварный взгляд, она снова повернулась к Таннеру. — Хотя, признаться, я удивлена, что ты, похоже, не хочешь для Мерри лучшего.

— Абсолютно не важно, чего я хочу для Гаррета, — заявил Таннер, и я почувствовала, что это не очень хорошо, поскольку не было ни одобрением меня, ни наоборот. — Важно, чего хочет для Гаррета Гаррет, — продолжил он.

— А Ракель не хотела тебя семнадцать лет, но вы оба знали, что так будет лучше, — ответила она.

Я увидела, как Таннер поджал губы, и подумала, что он признает правоту ее слов.

Но я ошиблась в своем предположении. Очень сильно.

— Я не Гаррет, а ты точно не Рокки, — процедил он. — Дело не в этом. Речь идет совсем о другом. Хочешь, я скажу как есть. Ты права. Я хочу для Мерри лучшего. Я хочу, чтобы мой брат был счастлив. И я знаю его. Знаю, что он ни за что на свете не будет счастлив с женщиной, которая в любое время выплеснет такое дерьмо, какое ты только что выплеснула на хорошую женщину, тем более у той на работе перед многочисленной публикой.

— Я должна была это сказать, — ответила Миа, подняв голову, хотя на ее лице промелькнула неуверенность.

Таннер покачал головой.

— Ты решила сделать заявление спустя пять лет страдания херней, в течение которых ты не сделала ничего, чтобы вернуть своего мужчину? Хочешь совет? Очнись. Ты слишком долго выпендривалась. Все кончено. Ты потеряла его. И сразу предупреждаю, Миа, по городу ходят разговоры. И пока твои подружки забивают тебе голову всякой дрянью, чтобы удержать тебя на пути, который больше не является праведным, весь остальной город рад, что Гаррет наконец-то нашел женщину, у которой есть силы, чтобы бороться.

Вот это да.

Только что Таннер бросил в мою сторону очень громкое одобрение.

Внезапно я перестала злиться. И ухмыльнулась.

— Он мой, — сказала Миа Таннеру, ее голос дрогнул, но лишь из-за его слов. Он не отражал ее решимости. У меня была вагина, и я видела выражение ее лица. Я прекрасно понимала ее.

Черт.

Я перестала ухмыляться.

— Я слышал о вас. Но полагаю, ни черта об этом не знаю, — заявил Девин, который теперь тоже стоял, прислонившись к барной стойке над пустым табуретом, и смотрел на Мию. — Но судя по тому, что я слышал, он никогда не был вашим.

— Я вас даже не знаю, — сказала Миа Девину.

— Ну, маленькая мисс, я знаю о вас, — ответил Девин. — И поскольку вы, похоже, придаете большое значение тому, что думают все вокруг, я решил поделиться с вами мнением галерки. — Договорив, Девин посмотрел на меня. — Я здесь, чтобы выпить, так что буду обязан, если ты принесешь мне новую порцию. В ожидании, пока закончится эта нелепая драма, у меня пересохло в горле.

Хотя вся сцена продлилась меньше пяти минут.

И все же Дэв явно не желала отказываться от выпивки.

— Я займусь этим, Дэв, — пробормотал я.

Но не успела я договорить, как раздалось еще одно бормотание, и исходило оно от Тони Мансетти, который сидел на ближайшем к нашей драме барном стуле.

— Я бы тоже не отказался от добавки, Шер. И, просто добавлю со своего места в галерке, я бы тоже поставил на тебя.

О, черт.

Еще больше тепла и комфорта.

Я не могла не улыбнуться ему.

— Посмотри на себя, Тони. Можно ли было подумать, что ты бываешь настолько милым?

— Полагаю, что можно было, раз уж я даю двадцать процентов чаевых.

— О, точно. Если раньше ты не получал от меня благодарности за это, братишка, то сейчас она вся твоя.

— А я был бы благодарен за еще одну порцию, — сказал Тони.

— Я первый, — объявил Девин.

— Принимаюсь за дело, Дэв, — сказала я.

И следовало так и сделать. Но сначала…

Поставленная пьеса не была удачной, и явно не пошла Мии на пользу, но это была не моя проблема.

Она начала это, и раз уж подняла эту тему, мне было что сказать.

Я посмотрела на Мию и увидела, что она готовится уйти.

— Только одно, Миа, — позвала я, и она посмотрела на меня. — Если ты снова закатишь истерику, пойдешь к Мерри, разозлишься, что не получаешь того, чего хочешь, и будешь толкать его, причем неоднократно, он все равно не пойдет на поводу и ничего