Проклятие черного единорога. Часть третья - Евгения Преображенская

здесь как хранитель! По крайней мере, так представляла себе Дженна. Ну а что если ей самой захочется посмотреть на другие миры?

Вернув запыхавшуюся от смеха девушку на ноги, Сайрон развернул её лицом к себе и надолго прильнул к её губам.

— Что ж, я поздоровался, — смутился Финист. — И покидаю вас!

— До встречи, — кивнул ему маг.

— Прилетай вечером в «Лошадку», споём вместе, — ощущая некоторую вину перед юношей, предложила Дженна.

— С радостью! — повеселел тот.

— …Кажется, ты сама не умеешь держать дистанцию, — заметил Сайрон, когда Ясный Сокол поднялся в небо.

— Ах, дистанцию? — ехидно повторила девушка, с силой толкнув его бёдрами.

Стоящий на самом краю островка мужчина на сей раз не удержал равновесия и рухнул в воду.

— Ага! — победоносно провозгласила Дженна, вскинув вверх руки. — Ну и кто теперь чемпион Амира?!

Ответом ей было бурчание мага и смеющийся крик сокола в небе.

— Ты стала излишне самоуверенной, — сообщил Сайрон, выбираясь на сушу. — Мне придётся напомнить тебе, кто здесь старший.

Дженна подала ему руку, но от объятий увернулась.

— …Пожалуйста, только не здесь, — нахмурилась она, оглянувшись на водопад.

— Почему не здесь?

— Я уже сто раз объясняла, это не наше место…

— А в сто первый раз скажи мне правду.

Дженна вздохнула.

— Это секрет… Наш с Индром… Понимаешь?

— Нет, — возразил маг. — Тебе самой понравился бы подобный ответ?

— …Индр сказал, что за водопадом сокрыты запретные картины, — стараясь не раскрыть всей правды, ответила Дженна. — Там что-то связанное с этой их тайной болезнью, о которой нельзя говорить… — Она взглянула в лицо любимого — поверил ли он? Но в глазах мага, как и прежде, невозможно было прочесть ни эмоций, ни его мыслей. — Умоляю, больше не спрашивай меня об этом.

— Будь по-твоему, оставим разговор, — согласился Сайрон. — До поры…

— …Кажется, ты хотел преподать мне урок, учитель? — рассмеялась Дженна, зная, как наверняка сменить ход беседы. — Но для начала догони!

Обратившись в соколицу, девушка устремилась ввысь. Через некоторое время уже две птицы — одна золотая, другая чёрная — парили в пелене облаков. Они то взмывали вверх, шутя с ветрами, то пикировали друг на друга, а то опускались к самым деревьям, распугивая разноцветных птах.

Наигравшись в небесах, Дженна нырнула в густую зелень леса. Ударившись оземь, птица превратилась в лисицу и серебристой тенью устремилась в глубь чащобы. Через миг чёрный волк нагнал её.

Маги мчались сквозь травы и папоротники, перескакивали звенящие ручьи и мшистые коряги. Олени с золотыми клыками и рожками, белые лемуры и полосатые древесные коты разбегались в стороны при виде необыкновенных хищников.

Зеленокожие обитатели гигантских цветов бросали свои дела, спеша укрыться за лепестками домов, когда звери, соревнуясь в ловкости, проносились по мостикам лиан и прыгали по лестницам грибов, соединяющих жилища лесовиков.

Дженна и Сайрон бежали дальше на восток, всё глубже проникая в запретные дебри. Стволы деревьев над их головами возносились выше, а ветви сплетались всё плотнее. Воздух становился гуще, наполняясь едкими испарениями болот и дурманящим ароматом хищных растений.

Маги следовали сквозь мрачные дебри, населённые дикими духами. Ядовитые орхидеи сияли в кронах деревьев подобно звёздам. Землю, точно змеи, опутывали движущиеся корни. Почва под лапами волка и лисы пульсировала и дышала, словно живая плоть. Бежать по ней и дальше стало опасно.

Тогда Дженна вновь обернулась человеком и исчезла в тени, перейдя на лисью тропу. И вновь Сайрон последовал за подругой.

Ощущая отголоски их бега, дремлющие лешие приоткрывали глаза и с укоризной покачивали головами. Каменные гиганты, укрытые одеялами мхов и россыпями лишайников, недовольно скрежетали трещинами ртов. Плещущиеся в озёрах русалки замирали, прислушиваясь и всматриваясь в тени своими бирюзовыми глазами.

Маги бежали, пока не достигли самого края Ферихаль. Здесь леса отступали, и ласковый шелест волн прокатывался по побережью, усыпанному золотисто-розовой галькой и причудливыми ракушками. Крики чаек разливались под лёгкой дымкой облаков. Вдали, пригревшись на валунах, нежились под солнцем морские львы.

Чёрно-белые птицы бродили вперевалочку вдоль пляжа и ныряли в воду с утёсов. И хотя на суше они казались забавными и неуклюжими, в море удивительные создания проявляли себя прекрасными охотниками — даром что вместо крыльев на их округлых боках росли плавники.

Как и сотни раз прежде, Дженна выбрала им место у воды. Она любила ручьи, озёра и реки, но особое место в сердце девушки занимало море. Именно море Сайрон недолюбливал больше других водоёмов, но сопротивляться её воле не стал.

Как и сотни раз до того, он позволил ей вести, забыв о своих недавних угрозах. Чёрный хищник позволил себе быть покорным, доверяясь ласковым рукам. Рядом с Дженной он становился нежнее домашнего пса.

Сайрон любовался растрепавшимися волосами девушки и её позолоченной солнцем кожей. Его сводил с ума её жар и аромат. Её сильные бёдра держали его в плену, нежные груди касались его груди. И казалось, что сами ветви Древа Жизни, проявившись в синих небесах на Праздник плодородия, раскачиваются в такт её танцу.

Созревшие к концу лета семена Сэасим призрачным дождём орошали Ферихаль. Сияющими каплями живой воды они застывали на нагом теле девушки.

Маг пил этот золотой нектар, скользя губами по её шее, плечам, груди и животу. Он покрывал поцелуями всё тело чародейки, заставляя её стоны восходить до крика. И морские волны, с шумом ударяясь о берег, вплетались в песнь их любви.

Как и сотни раз прежде, маг отдал Дженне своё пламя в обмен на её нежность. Тело силы чародейки крепло день ото дня. Сайрон же слабел. Ученица, не подозревая того, подобно суккубам, забирала энергию учителя.

Впервые это случилось в ночь, когда Дженна встретилась с гостями из царства духов. Если в пещере Ледяницы Сайрон «пожрал» её, то в пещере Совета он вернул ей долг. Общаясь с духами, девушка действовала за счёт энергии своего партнёра. Но как сообщить о таком, не задев гордости?

После любви Дженна направилась к полосе прибоя. В этом волшебном месте тёплое течение Пролива снов встречалось с ледяными водами Красного моря. Искупавшись, чародейка вернулась и обняла мага, щедро одарив его влажной прохладой своего тела.

— Тебе доставляет удовольствие моя чувствительность к холодной воде, — заметил он, нежно оглаживая плечи и грудь подруги, горячими ладонями иссушая капли с её покрытой мурашками кожи.

— Я люблю, когда ты чуть более эмоционален, чем скалы Туй-гая, — улыбнулась чародейка, ловя и направляя его руки дальше. — Даже пик удовольствия ты переживаешь внутри себя. Только холодная вода в силах смыть с тебя маску безразличия… Вода и сражение!

Девушка играючи укусила возлюбленного за плечо, рыча