Молот Люцифера - Ларри Нивен

Его коллеги вслед за Форрестером спешили к выходу. Как раз в этот миг за спиной Дана закрылись стеклянные двери, ведущие на улицу. Эта его переваливающаяся походка: Дан Форрестер никогда не был спортивным типом, но наверняка он мог бы двигаться быстрее. Значит, еще есть время? Шарпс побежал — чтобы догнать Форрестера.

— Парковочная стоянка, — сказал, отдуваясь, Дан. — Осторожнее…

Шарпс замедлил шаг. Он приходил в себя. Дан балансировал на одной ноге. Земля ощутимо вздрогнула. «Ну, если так, то это не так плохо, — подумал Шарпс. — Здания даже не пострадают…»

— Скорей! — сказал Форрестер и побежал к парковочной стоянке. К стоянке вела — снизу вверх — длинная бетонная лестница. Не добежав до верха, Дан остановился, тяжело дыша. Шарпс подставил плечо ему под руку и помог Форрестеру пройти остаток пути. Добравшись до верха, Дан повалился ничком. Шарпс с жалостью наблюдал за ним.

Форрестер пыхтел, пытаясь что-то сказать, но это ему не удавалось. Он слишком вымотался. Тогда он поднял руку и показал ладонью сверху вниз: садитесь.

Слишком поздно. Земля дрогнула под ногами. Шарпс упал. Затем понял, что его откатило к лестнице. Раздался звук бьющегося стекла, но когда Шарпс оглянулся на здание ИРД, он не увидел никаких явных повреждений. Далеко внизу из дома Центра фон Кармана начали выбегать репортеры, но после первого несильного толчка многие остановились. Некоторые повернули обратно.

— Скажите им… пуф-пуф… скажите им, пусть они выйдут из здания, — сказал Форрестер. — Худшее еще впереди…

— Будет большой толчок! — крикнул Чарльз Шарпс репортерам. — Все выходите наружу! — Он узнал сотрудника «Нью-Йорк таймс». — Пусть они выйдут наружу! — закричал ему Шарпс.

Обернувшись, он увидел, что Форрестер уже встал на ноги и торопливо движется в глубь стоянки, подальше от автомобилей. Никогда еще Шарпс не видел, чтобы Форрестер двигался так быстро.

— Скорее! — крикнул Шарпс своим товарищам.

Из здания ИРД выбегали люди — мужчины и женщины. Некоторые бежали к стоянке, по направлению к Шарпсу. Другие бесцельно закрутились между домами, не зная, куда идти. Шарпс яростно жестикулировал. Потом он посмотрел на Форрестера. Тот выбрался на открытое пространство и сел наземь…

Шарпс повернулся и побежал к Форрестеру. Добежал и кинулся ничком на асфальт. Какое-то мгновение ничего не происходило.

— Первый толчок… эта волна дошла по земле… как результат удара, пришедшегося в Долину Смерти, — пыхтел Форрестер. — Потом… волна от удара в Тихий океан. Не знаю, сколько еще ждать…

Земля застонала. Птицы взлетели в воздух. Повеяло ощущением неминуемой гибели. В дальнем конце стоянки показалась группа людей, они только что поднялись по лестнице и направлялись к Форрестеру и Шарпсу.

Земля застонала снова. Взревела.

— Сан-Андреас, — сказал Форрестер. — Там сейчас начинается движение. Этого и следовало ожидать. Энергия — сто мегатонн. Может быть, больше.

По лестнице поднялось с полдюжины человек. Двое направились к Шарпсу и Форрестеру. Остальные разыскивали свои машины.

— Пусть они уйдут оттуда, — пыхтел Форрестер.

— Выйдите на открытое пространство! — кричал Шарпс. — Подальше от лестницы! Уходите!

На верхней площадке лестницы появилась телекамера. Камеру волок мужчина, сопровождаемый женщиной. Сзади шло еще несколько человек. Телевизионщики двинулись через парковочную стоянку…

Земля закачалась. От первого толчка люди попадали наземь. А от следующих — через две-три секунды — зашатались здания. Земля снова взревела, снова к реву приметались другие звуки: крики, звон бьющегося стекла, треск разламывающегося бетона, а затем звуки потеряли всякую определенность, и началось царство беспорядочного кошмара. Шарпс, сидя, попытался выпрямиться и оглянуться на здание ИРД, но в мире уже не осталось ничего твердого. Асфальт качался и плыл волнами. Горячая мостовая со скрипом ползла куда-то в сторону — Шарпс нелепо закувыркался. Потом мостовая застыла на миг. И снова задергалась. И весь мир был заполнен треском, ревом и криками.

Наконец все закончилось. Шарпс сел и попытался сфокусировать зрение. Мир изменятся. Шарпс посмотрел вверх — на горы Анджелес — и увидел, что их вершины изменились. Не очень, но все же изменились. Рассмотреть что-то большее Шарпс не успел. Какой-то звук раздался за его спиной, он обернулся и увидел, что часть стоянки исчезла, а оставшийся участок изогнут под самыми невозможными углами. Многие автомашины исчезли: их поглотила пропасть, разверзшаяся между Шарпсом и лестницей… но ведь нет уже никакой лестницы. Она тоже рухнула в пропасть. Оставшиеся на стоянке машины с лёта наезжали друг на друга — словно дерущиеся звери. И сплошной грохот, в котором сливались все звуки. Грохот, издаваемый автомобилями, зданиями, скалами.

На Шарпса тяжеловесно катился «фольксваген». Он походил на стальное перекати-поле, он приближался, он делался все огромнее… Шарпс закричал, он попытался убежать с пути машины. Но не смог устоять на ногах. Шарпс упал, пополз. И увидел, что «фольксваген» кувыркается, превращаясь в кучу раскрашенного металла: «фольксваген» налетел на «линкольн»… и снова он был размером всего лишь с «фольксваген».

Вон еще один маленький автомобиль опрокинулся, и кто-то, сбитый, лежал под ним. О Господи, да ведь это Чарлин, и нет никакой возможности добраться к ней. Внезапно Чарлин замерла, перестала шевелиться. Земля продолжала трястись и стонать, шла разломами и трещинами. Большая часть парковочной стоянки отвалилась в сторону. А потом медленно обрушилась вниз, унося Чарлин и убивший ее автомобиль. Шарпс уже не слышал рева. Он оглох. Он неподвижно лежал на трясущейся земле — ждал конца.

Башня, возвышавшаяся в центре ИРД, исчезла. Вместо нее осталась лишь куча, в которой перемешались стекло, бетон, куски перекрученного металла, обломки компьютеров. Центр фон Кармана тоже превратился в руины. Одна стена обрушилась, и Шарпс видел автоматический лунный отсек, металлического паука, который должен был отправиться на Луну для исследования ее поверхности. Космический аппарат выглядел совершенно беспомощным под обрушившейся крышей. И сразу обрушились и остальные стены, похоронив под собой и аппарат, и помещения научного пресс-центра.

— Когда ж это кончится?! Когда?! — закричал кто-то. Шарпс едва смог расслышать этот крик.

Наконец тряска начала стихать. Шарпс продолжал неподвижно лежать. Ему не хотелось испытывать судьбу. От парковочной стоянки осталось немного, и это немногое превратилось в крутой откос с горбом посредине. Теперь у Шарпса было время на то, чтобы подумать, кто же там стоял на лестнице за спинами телеоператоров. Впрочем, сейчас это уже не имело значения. Те люди исчезли вместе с телевизионщиками. Все, кто находился в радиусе пятидесяти футов от лестницы, исчезли. Их погреб оползень, похоронили обломки автомобилей.